Верховный суд выступил против заемщиков

Очевидные форс-мажорные обстоятельства таковыми не признаны
Евгений Разумный и Максим Стулов / Ведомости

Верховный суд разъяснил, что в кризис Владимир Путин и банки важнее, чем заемщики. Люди не работают именем президента, доходы их снижаются, но должны совершить апрельские платежи по кредитам.

Верховный суд поддержал позицию Центробанка – что режим нерабочих дней, объявленный Владимиром Путиным с 30 марта по 30 апреля, не дает заемщикам права на отсрочку платежей по кредитам. Нерабочие дни, установленные указами президента, не могут считаться нерабочими в том смысле, которое придает этому понятию Гражданский кодекс, следует из разъяснения в обзоре по вопросам судебной практики от 21 апреля, утвержденном президиумом Верховного суда.

Значит, обязательство платить по кредитам в апреле сохраняется.

Под видом обзора судебной практики по случаям с COVID-19, которой пока еще нет, Верховный суд пытается вроде бы внести ясность, как действовать, но получается не очень убедительно. С формальной точки зрения суд, наверное, прав, так как такого понятия, как «нерабочие дни», в Трудовом кодексе нет (есть выходные или праздничные), считает юрист Роман Бевзенко. Но ситуации у людей могут быть разные, а обстоятельства, влияющие на их готовность платить по кредиту, вызваны не ими – эпидемией COVID-19 и решением Владимира Путина. 

Одно дело, если у заемщика на счете есть деньги, источник дохода сохранился. В этих обстоятельствах не платить по кредитам, сославшись на «нерабочие дни», было бы, видимо, неверно (нет извинительного нарушения договора). Другое дело, когда заемщик лишился работы, большей части или всего дохода – и, как следствие, возможности платить по кредиту. 

Разъяснение Верховного суда положение таких заемщиков не учитывает, что, во-первых, объясняется попыткой оправдать неправовое решение Путина. Президент сделал то, чего не имел по закону права делать: объявлять «нерабочие дни», уточняет Бевзенко. Другой возможный мотив невнятного с правовой точки зрения разъяснения Верховного суда – поддержка банков, которые часто и активно субсидируются государством в кризисные времена. Едва ли Верховный суд прямо зависит от банковской отрасли, но два крупнейших розничных кредитора – государственные: Сбербанк и ВТБ, у которых кредитный портфель физических лиц на 1 января 2020 г. составлял 7,4 трлн и 2,9 трлн руб. соответственно (по данным «РИА Рейтинг»). Подыграть им в кризисной ситуации стало формально проще, когда пресс-секретарь президента Дмитрий Песков выступил с интерпретацией, что «нерабочие дни» означают рабочие дни, но на «удаленке».

Когда фактический форс-мажор случился, а эпидемия COVID-19 и указ Путина к числу форс-мажоров явно относятся, то было бы гуманно освободить заемщиков, потерявших доход, от ответственности за нарушение сроков платежа в пользу банка. Это было бы равносильно отсрочке, предусмотренной законом о кредитных каникулах, поскольку заемщики фактически перестанут платить банкам без негативных последствий, считает юрист Василий Малинин из юридической компании «Рустам Курмаев и партнеры». ЦБ первую нерабочую неделю так и интерпретировал, рекомендовав не считать перенос срока платежа нарушением. Но когда Путин продлил нерабочие дни до 30 апреля, передумал.

Решение в такой ситуации должно приниматься через понятие обстоятельств непреодолимой силы, полагает Бевзенко, к ним относится и пандемия COVID-19, которая освобождает от ответственности за нарушение обязательств. В идеале Верховный суд должен был объявить, что указы президента в части объявления нерабочих дней нарушают закон и потому не порождают правовых последствий, уверен Бевзенко. Но, видимо, Верховный суд не имеет достаточной смелости для этого. Вместо этого он объясняет, что путинские «нерабочие дни» – это на самом деле «мера, направленная на предотвращение распространения коронавируса». В кризис защита имиджа президента и устойчивости банковской системы (а значит, в перспективе и финансовых резервов) оказалась в приоритете.