Адрес из прошлого

В цифровую эпоху привязка предприятия к местности лишена смысла
Варвара Гранкова для «Ведомостей»

Одним из реальных экономических достижений нулевых годов стала простая, без лишней бюрократии, регистрация юридических лиц. С тех пор эта процедура занимает пять дней, а в 2010-х гг. стала возможна и в удаленном режиме. Однако для регистрации любой новой компании по-прежнему нужна такая штука, как юридический адрес.

Завести такой адрес между тем проблема для множества малых предприятий, не имеющих своей недвижимости. Далеко не все, кто фактически готов сдать им в аренду помещение, согласны предоставить свой адрес как юридический, засветиться в учредительных документах новой компании. А опыт самоизоляции показывает, что многие виды бизнеса можно вести, не имея вообще никаких специальных помещений.

Закон определяет, что государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа. В 2001 г., когда закон принимали, на практике уже можно было руководить небольшим предприятием откуда угодно. Однако в то время еще обязательны были бумажная документация и синяя печать, и это должно было где-то храниться. Сейчас, когда вся документация может храниться в цифровом виде, норма о месте нахождения стала откровенно архаической.

В ответ на эту норму возник целый сектор бизнеса – предоставление юридических адресов, за которые берут вроде бы и немного. Если вы создаете новую компанию в Москве, то, например, за предоставление реально существующего юридического адреса придется заплатить 30 000–40 000 руб., а ежемесячная плата (подразумевающая, что доставленная по этому адресу бумажная почта до вас дойдет) составит около 5000 руб. И конечно, никакой ваш исполнительный орган за эти деньги там размещаться не сможет.

Но не все так просто. Чтобы отменить юридические адреса, надо решить две фундаментальные проблемы. Первая – как потом найти это самое лицо, куда прийти. И вторая – где предприятию платить региональные и местные налоги.

Если говорить о зарубежном опыте, то, например, в Великобритании или США не существует такой проблемы, а юридическими адресами служат адреса консалтинговых компаний, обслуживающих клиентов, или адреса регистраторов, уполномоченных осуществлять регистрацию юридических лиц.

То обстоятельство, что по юридическому адресу, мягко говоря, не всегда можно найти предприятие, стало понятно еще в 2004 г., когда журналисты искали в Твери мощную компанию «Байкалфинансгруп», а нашли только рюмочную «Лондон». Даже для крупнейших компаний, которые ни от кого не скрываются, разные адреса – обычное дело: «Русгидро», например, имеет юридический адрес в Красноярске, а фактический – в Москве. А обманутые дольщики расскажут много историй, как безуспешно пытались найти по юридическому адресу застройщиков.

Проблема физического бытия «фикции, порожденной коллективным воображением», как называет Юваль Ной Харрари юридические лица, действительно есть. Она может решаться, например, усилением ответственности физических лиц – руководителей и учредителей. Физическое лицо в отличие от юридического должно где-то физически находиться, закон может возложить на него обязанности – например, отвечать государственным органам по электронным видам связи или являться по вызову в налоговую инспекцию. Причем в любую на территории страны: если раньше на каждое предприятие у налоговиков было дело – папка с бумагами, – то теперь у них (да и у других госструктур) все должно быть в цифровом виде. А значит, порядок, при котором дело такого-то предприятия ведет такая-то налоговая инспекция, тоже уходит в прошлое. То есть, конечно, специалисты по налогообложению редкой отрасли могут физически работать в одной конкретной налоговой инспекции. Но если руководителю предприятия этой редкой отрасли удобно лично явиться в инспекцию на другом конце страны – ничего страшного, видеоконференция в помощь.

Проблема правильного распределения налогов от экстерриториального, без юридического адреса, субъекта экономики более сложная, требует осмысления и научной дискуссии. Просто было в прежние времена: стоит завод, дымит труба, тут же заводоуправление, и все руководство с документацией на бумаге там. А как географически локализовать место приращения стоимости, если в бизнес-процессе участвуют люди, дистанционно работающие в разных концах страны?

Пока палочкой-выручалочкой служит юридический адрес, но для малых предприятий, как мы видим, он часто фиктивен. А для крупных – следствие договоренностей с губернаторами и причина искажений статистики: понятно, что гидроэлектростанции не переехали вслед за юридическим адресом компании в Красноярск из Москвы, а как были, так и остались по всей стране.

По логике бюджетной системы в регионах и муниципалитетах должны оставаться налоги с тех объектов налогообложения, которые имеют географическую привязку. Прежде всего с недвижимого имущества (земля, здания и сооружения). Во вторую очередь – налоги с населения. Это уже сложнее, потому что еще с советских времен многие живут не по месту прописки (регистрации), кто-то живет на два дома (например, квартира и дача) – и неизвестно, где больше. Но все-таки для большинства населения формальная привязка к месту жительства отражает и фактическое проживание.

А налоги с юридических лиц, не владеющих недвижимостью, по юридическому адресу имеют формальную, но не всегда фактическую привязку к региону и муниципалитету. Отказ от обязательности юридического адреса должен сопровождаться корректировкой налоговой системы (чтобы местный уровень власти не остался без доходов). Возможно, надо идти по пути увеличения ставок имущественных налогов (с одновременным снижением налогов на прибыль и добавленную стоимость), а возможно, делить часть налогов безадресных предприятий на все регионы и муниципалитеты страны – например, пропорционально численности их населения.

Как добровольную опцию юридический адрес следует сохранить, даже поощрять его как признак ответственности бизнеса перед конкретной территорией. Представляется, что безадресные предприятия будут возникать в основном в тех отраслях, где будет расти удаленная занятость, прежде всего в информационной индустрии.

Возразят, что от отмены юридических адресов упростится создание и фирм-однодневок, с которыми налоговики пытаются бороться много лет. Но, надо сказать, так их и не побороли, да и побороть их в условиях заявительного принципа регистрации юридических лиц просто невозможно. А вот повышение персональной ответственности учредителей и руководителей, которым должна сопровождаться отмена юридических адресов, будет объективно против однодневок.

Пострадает при отмене обязательного юридического адреса только бизнес по предоставлению таких адресов. Но слезы по такому бизнесу будут крокодиловы, никто по миру не пойдет. Чтобы предоставлять юридические адреса, нужно иметь в собственности реальные помещения. А с них можно получать реальную прибыль, тогда как предоставление юридических адресов – это практически незаработанная сверхприбыль.

Так что не надо экономике дальше тащить такую поклажу доцифрового прошлого, как обязательные юридические адреса. Пусть ненамного, но нагрузку на малый бизнес их отмена снизит.