Нетаньяху против глубинного государства

За что в действительности воюет премьер Израиля
Война Биньямина Нетаньяху с судебными органами – не только война за выживание между политическим лидером и неподконтрольными ему элементами государственной машины /Wikimedia

Израильская прокуратура обвиняет премьер-министра Биньямина Нетаньяху (Биби) в коррупции. Начался суд. Пресса обсуждает, как Биби будет проводить время в элитной тюрьме «Масияху». Премьер ведет контратаки. Он хочет добиться принятия новых законов, которые разрушили бы существующую судебную систему и усилили власть правительства.

Тут у нас дьявол в деталях, и они многое объясняют в нынешнем политическом кризисе в Израиле.

Биньямин Нетаньяху родился в 1949 г., спустя год после создания Государства Израиль, в семье Бенциона Нетаньяху – профессора истории и личного секретаря ведущего теоретика сионизма Зеэва Жаботинского. Он, как и его шеф, придерживался националистических праворадикальных взглядов, возможно даже более антиарабских, чем у Менахема Бегина, тогдашнего лидера израильских «ревизионистов», противников доминирования в сионизме социал-демократического течения.

В 1930-е гг. один из видных ревизионистов – Абба Ахимеир написал книжку «Записки фашиста», и ее название не было шуткой. Некоторые представители данного течения полагали, что «Гитлер – отличный парень и все бы хорошо, если бы не его антисемитизм». В годы Второй мировой войны наиболее радикальные ревизионисты предлагали сотрудничество Гитлеру с целью добиться освобождения Палестины от англичан и создания там еврейского государства.

Ревизионисты также осуждали идеи господства государства в экономике, характерные для государственного социализма. Определенно в «эпоху фашизма 1919–1945», как ее называл историк Эрнст Нольте, сионистские правые несли на протяжении десятилетий некоторые черты фашизма (радикальный национализм, культ государства и вождей, ненависть к социалистам всех видов).

Ненависть между ревизионистами и еврейскими социалистами была громадной. Часть еврейского бизнеса рассматривала ревизионистов как альтернативу социалистической угрозе – изъятию частных предприятий из рук владельцев. Тот же механизм вел к финансированию представителями бизнеса и их сыновьями европейских фашистских движений.

В Палестине, где формировалось ядро будущего Государства Израиль, дело одно время шло к гражданской войне. Представители праворадикалов, сформировавшие свои боевые группы «Эцель» и «Лехи», пытались дополнительно вооружиться – тогда силы израильской армии потопили судно «Альталена», которое везло им оружие. В Тель-Авиве вспыхнули столкновения, и социал-сионисты-«республиканцы» победили в этой миниатюрной версии испанской гражданской войны. До войны между евреями дело не дошло – обе стороны слишком опасались арабского окружения Израиля и решили не искушать судьбу, а совместно противостоять грозному противнику.

По иронии судьбы не ультраправые, а социалисты-сионисты провели депортацию подавляющего большинства палестинских арабов за пределы занимаемой Израилем территории. Но ревизионисты были недовольны: тогда социалисты доминировали в политике и экономике, контролируя армию, полицию, правительство, СМИ и профсоюзы.

Хотя представителям других течений – ревизионистам, сталинистам и религиозным партиям – позволяли участвовать в выборах (система все же отличалась от СССР), они стали чужими на этом празднике жизни. Кроме того, оппозиционеры находились под плотным колпаком наблюдения. Исер Харель, контролировавший аппарат спецслужб, был другом премьер-министра Давида Бен Гуриона и вторым лицом в государстве, так что многие важные вопросы эти двое решали за обедом. Формально Израиль был многопартийной демократией, фактически – суровой диктатурой верхушки социал-сионистов.

Так продолжалось до 1977 г., когда впервые в израильской истории ревизионистам – партии «Ликуд» удалось выиграть выборы и прийти к власти. С тех пор правительственные коалиции из наследников ревизионистов, социал-сионистов и других партий сменяют друг друга у власти.

Вернемся к семье Биби. В ситуации, сложившейся в 1950–1960-е гг., его отец не мог оставаться долго на своем месте. Из университета его вынудили уйти, во всяком случае семья Нетаньяху была в этом уверена. И Биби на всю жизнь сохранил ненависть к тем, кто преследовал его отца, и к их глубинному государству.

Поэтому правление Нетаньяху – представителя националистического партийного блока и партии «Ликуд», наследницы ревизионистов, – это «возвращение «Альталены». Хотя взгляды людей в какой-то мере изменились и не являются копией идей ревизионистов 1930–1940-х гг., правый блок объединяет вокруг себя тех, кто в разное время пострадал от правления социал-сионистов или считает себя наследниками пострадавших. Это потомки евреев – выходцев из арабских стран (многие жаловались на дискриминацию со стороны белой европейской элиты социал-сионистов), ультраортодоксальные верующие иудеи (их не устраивал преимущественно светский характер государства), крайние националисты. Здесь лежат истоки войны Нетаньяху с глубинным государством социал-сионистов, которые все еще контролируют значительные сегменты израильского общества – армию и судебные институты.

Война Биньямина Нетаньяху с судебными органами – не только война за выживание между политическим лидером и неподконтрольными ему элементами государственной машины. Это месть «Альталены» – продолжение той войны, которая сотрясала сионистское движение еще даже до создания Государства Израиль.