Олег Тиньков перешел в новый жанр

Разрыв сделки с «Яндексом» стал беспрецедентным по своей форме
Андрей Гордеев / Ведомости

Надежда, что «Яндекс» вместе с «Тинькофф банком» составит конкуренцию экосистеме «Сбера», оказалась обманутой. Письмо, разрывающее обещанную сделку, выпущенное Олегом Тиньковым, беспрецедентно по своей стилистике. Не то чтобы в России предприниматели не ругались между собой, однако некоторая сдержанность в подборе выражений обычно отличала их полемику. Тиньков задал принципиально другой стиль, выбрав жанр личного обращения к своему персоналу.

Его послание похоже на нервный срыв, на письмо оскорбленной женщины, в которой гнев, досада, обида и жажда мести сплелись в один клубок ярости. Такие письма не перечитывают перед отправкой, не исправляют ошибки, не размышляют о том, что «месть – это блюдо, которое нужно подавать холодным». После них не возвращаются – если только обидчик не станет на колени.

Еще пару недель назад Тиньков восторгался и «Яндексом», и будущей синергией. Теперь он пишет, что прочитал комментарии в социальных сетях и узнал: «Яндекс» не любят пользователи, ему же лично компания показалась забюрократизированной и не способной держать слово. Поверить, что чтение блогов смогло разрушить такую многообещающую сделку, сложно. Но все же некоторые догадки можно сделать.

Действительно, «Яндекс» – партнер сложный и жесткий. Как уже регулярно говорят на рынке, процессы в нем кажутся бюрократическими, дух инноваций испаряется, на его место приходит сложная система управления. Представления о молодой инновационной компании все чаще вступают в конфликт с реальностью. «Яндекс» может позволить себе поглощать небольшие структуры. Но при интеграции с крупным зрелым бизнесом стыковки корпоративных культур будут проходить крайне сложно. Не случайно до Тинькова оборвалось и плотное сотрудничество «Яндекса» со «Сбером» (который не менее сложный и жесткий).

В таких ситуациях каждый игрок доказывает, что его ценности важнее, и конфликт был бы неизбежен. В случае с «Тинькофф банком» «Яндекс» – на правах объективно более сильной стороны – сохранил бы контроль над финансовым активом, но почти наверняка потерял бы значительную часть его команды. Даже хорошо, что стороны почувствовали это на входе. Возможно, менеджмент банка сделал все возможное, чтобы остановить сделку, а находящийся за рубежом акционер вынужден был учесть позиции своих коллег.

Но и банкира здесь можно понять. Первоначальные разговоры шли вокруг слияния, а не поглощения, пишет Тиньков. Возможно, он сейчас в той ситуации, когда чистый кэш ему не так интересен, – важнее оставить наследие, связанное со своим именем, и продолжать участвовать в большом проекте. Начать новый бизнес ему будет уже сложно, поэтому сделка казалась идеальным инструментом реализовать этот план. Для этого надо было убедить партнера сохранить за ним большую часть управленческих полномочий. Но «Яндексу» присутствие в своем корпоративном теле такой специфичной фигуры показалось слишком рискованным.