Мнения / Аналитика / Республика
Статья опубликована в № 4819 от 24.05.2019 под заголовком: Испорченная пластинка номенклатуры

Испорченная пластинка номенклатуры

Российские политики продолжают чувствовать необходимость в том, чтобы коллекционировать эксклюзивные объекты недвижимости в своем пользовании
Максим Трудолюбов

Место жительства и символического пребывания государственного лидера – дворец, резиденция, дом, квартира – часть языка власти. Это образ, который говорит нам о государстве и обществе часто больше, чем речи правителей.

Цари древнего мира гордились своими дворцами. Величие резиденции воспринималось как отражение могущества царства и благополучия подданных. Авторы библейской Книги Царств (3 Цар, гл. 7) в деталях, с указанием измерений описывают дворец, который построил для себя царь Соломон: «И в основание положены были камни дорогие, камни большие, камни в десять локтей и камни в восемь локтей, и сверху дорогие камни, обтесанные по размеру, и кедр».

Дворец правителя мог быть единственным, помимо храмов, капитальным строением, вокруг которого сосредоточивалась экономическая, политическая и культурная жизнь царства. Но уже в античности мы знаем примеры иного отношения к дому правителя – частный дом уходит на второй план по отношению к публичным пространствам, фортификационным постройкам, храмам и форумам. Превращение дома принцепса в фактический дворец отражало превращение республиканского Рима в империю.

Призывы к «войне дворцам» были лозунгом народных восстаний еще до появления самой этой фразы, а с ее появлением дворцы и вовсе стали символом старых режимов. В Новое время дворцы постепенно превращались из предметов ненависти в предмет любопытства и изучения, в достопримечательности. Советская история нарушила мерное течение этого исторического расколдовывания дворцов, превращения их в недвижимость и музеи.

Сегодняшняя российская элита коллекционирует резиденции, и самые высшие лидеры, судя по всему, убеждены, что дворцы, находящиеся в их распоряжении, должны быть «элитнее», чем у других, и по количеству их должно быть больше, чем у нижестоящих членов номенклатуры. Иначе трудно объяснить непрекращающиеся открытия все новых резиденций (умный дом патриарха, еще одна резиденция президента).

В мире, где политику легче заявить о себе, снизив значимость резиденции, показав ее обыденность, близость к народу, российские политики продолжают чувствовать необходимость в том, чтобы коллекционировать эксклюзивные объекты недвижимости в своем пользовании.

При СССР государство расселяло по квартирам и дачам партийных и советских руководителей – реальный господствующий класс СССР (см. классическую книгу Михаила Восленского «Номенклатура»). Эта система рухнула. Сегодняшние резиденции иногда формально частные, иногда записанные на управление делами президента. Но история, которую они рассказывают о своих обитателях, какая-то запутанная.

Обитатели не гордятся своими дворцами, как царь Соломон, но и не подчеркивают своего демократизма, как правитель Афин Перикл, который собирал в своем доме философов и ученых. Гордиться своим могуществом или, например, гордиться тем, что живешь в обычной квартире или доме, – это было бы понятным посланием. В нашем случае это какое-то комическое размножение резиденций, похожее на испорченную пластинку, которая все крутится и крутится.

Вероятно, это не столько что-то новое, сколько разложение системы номенклатуры, которая умела недвусмысленно расставлять всех по местам. Сейчас сами члены корпуса, вероятно, не могут разобраться, кто из них выше и могущественнее. Обычный набор из хорошей квартиры и хорошей дачи есть у слишком многих. Нужно идти выше. И даже дом на юге Франции или в Италии и яхта есть у слишком многих. Поразительно, что президент и его приближенные в принципе испытывают необходимость вступать в эту гонку. Но выглядит это именно так. Известно, что у президента очень много резиденций, числом N, но их всегда должно быть N+1, чтобы никто не мог заявить о своем превосходстве.

Алексей Навальный совершенно правильно настаивает на том, что живет в обычной квартире. Он и другие политики, которые тоже осознают, что место жительства политика – часть языка власти, – когда-нибудь (может быть) смогут доказать, что политика и жизнь в панельной многоэтажке должны быть в России связаны напрямую.

Читать ещё
Preloader more