В сентябре 1992 г. молодой Скотт Бессент, работая на Джорджа Сороса, участвовал в знаменитой валютной операции против британского фунта. Технически безупречная спекуляция принесла фонду более $1 млрд прибыли, однако для миллионов британцев «черная среда» означала драматическое падение сбережений, скачок ипотечных ставок и экономическую нестабильность. Эта асимметрия между математической элегантностью финансовой спекуляции и ее социальными последствиями редко становится частью финансовых легенд.
Три десятилетия спустя министр финансов Бессент решает схожую математическую задачу, но теперь играя за американскую казну. Вопрос в том, изменилось ли его понимание баланса между финансовой стратегией и общественным благом.
Вы видите 8% этого материала
Подпишитесь, чтобы дочитать статью и получить полный доступ к другим закрытым материалам