Банк России снижает ключевую ставку уже 10 заседаний подряд – с 21% до 14%. Методично и по расписанию экономика принимает то самое «многократно проверенное в самых разных условиях, разными странами весьма эффективное лекарство». Механизм действия простой и банальный (казалось бы), а оттого по-своему красивый: дешевеют кредиты, бизнес выдыхает, экономика расправляет плечи и бежит вперед. Осталось только сообщить об этом самой экономике – она пока не в курсе. Прогноз роста ВВП на 2026 г. ЦБ понизил с 0,5–1,5% до 0–1%. Ноль – это даже не замедление роста. То есть лекарство принимаем исправно, но дышать легче не становится, а экономике нечем расти.
Разумеется, постоянно находятся те, кто говорит: «Снижайте сильнее – будет рост». Но председатель ЦБ Эльвира Набиуллина отвечает, что денежно-кредитная политика (ДКП) не поле для экспериментов в нашей стране (потому что это эксперимент на людях). А еще ДКП учит долготерпению – она работает с лагом, а не по щелчку.
Есть и вторая неприятная мысль – может, дело не в скорости снижения в принципе? На экономику одновременно давят вещи, которые ключевая ставка не лечит вообще: геополитика, сокращение экспортных потоков, вывод из строя промышленных предприятий атаками дронов, а еще та самая низкая производительность труда, о которой из заседания в заседание говорит Набиуллина. Ставка – лишь один из многих рычагов, просто он единственный, который красиво помещается в заголовок и пресс-релиз.
Но при этом все стороны продолжают вести себя так, будто ключевая ставка – это главный тумблер экономики. Бизнес ждет, когда же «отпустит», рынок закладывается на очередное снижение как на спасение, регулятор перед каждым заседанием слышит призыв опускать ставку активнее, чтобы не заморозить экономику. Но резкое торможение экономики на фоне смягчения ДКП – это хороший момент признать, что ставка – один из регуляторов давления в системе, состоящей из множества элементов и подверженной высокому уровню неопределенности.
Бизнесу же остается только пожелать отыскать мотивацию заняться повышением производительности труда. По крайней мере этот элемент экономической машины можно взять под контроль.