Политика
Бесплатный
Елена Мухаметшина
Статья опубликована в № 4000 от 25.01.2016 под заголовком: Агентам легче не станет

Минюст уточнил определение политической деятельности НКО для закона об иностранных агентах

К облегчению их участи это не приведет, считают эксперты

Минюст уточнил определение «политическая деятельность» для некоммерческих организаций (НКО), законопроект размещен на regulation.gov.ru. Поправки в закон об НКО Минюст разработал во исполнение поручения президента после того, как правозащитники неоднократно жаловались президенту на закон об иностранных агентах. Ими признаются НКО, занимающиеся политической деятельностью и получающие зарубежное финансирование. Уточнением понятия «политическая деятельность» занималась рабочая группа под руководством первого замруководителя администрации президента Вячеслава Володина.

Политической предлагается считать деятельность, целью которой является влияние на выработку и реализацию госполитики, формирование госорганов и органов местного самоуправления, их решения и действия. Эта деятельность осуществляется в сферах госстроительства и основ конституционного строя, правопорядка, обороны, социально-экономического и национального развития России, регулирования прав и свобод человека. Также она осуществляется в семи формах – в виде публичных мероприятий, участия в деятельности, направленной на получение результата на выборах, и наблюдении за выборами, публичных обращений к госорганам, распространения оценок решений госорганов, формирования общественно-политических взглядов и убеждений, в том числе с помощью соцопросов, а также вовлечения граждан в такую деятельность и ее финансирования. При этом к ней не относится деятельность в области науки, культуры, соцподдержки граждан, защиты природы, благотворительности и др., если она не оказывает влияния на выработку и реализацию госполитики.

Стояла задача – уточнить формулировку, чтобы не было злоупотреблений со стороны правоприменителей, когда нахождение НКО в реестре сомнительно, говорит председатель комитета Госдумы по делам общественных объединений Ярослав Нилов (ЛДПР): «Например, политической деятельностью признавали вхождение руководителя НКО в Совет по правам человека (СПЧ) или в ОНФ». В то же время была задача не допустить, чтобы организация пряталась за формулировками, добавляет он: «Одно дело, когда экологи защищают птиц, другое дело, если они еще и высказываются по поводу присоединения Крыма». Более четкие критерии, по мнению Нилова, позволят правоприменителю точнее анализировать деятельность организаций, в чьих интересах она работает и какими методами.

Было слишком кратко

Сейчас политической деятельностью считается участие НКО в организации политических акций для воздействия на принятие госорганами решений, направленных на изменение госполитики, а также участие в формировании общественного мнения.

СПЧ проведет специальное заседание, где обсудит законопроект, сказал «Ведомостям» председатель совета Михаил Федотов: «В целом принцип трех фильтров (целей, форм и сфер) верен, но если критерии перечислить неправильно, то эта схема ничего не даст. Чтобы понять, выполнено ли поручение президента, надо протестировать по этому проекту сотню НКО, находящихся в реестре. Если оттуда выйдет хотя бы половина НКО, значит, поручение в значительной степени выполнено».

Минюст предлагает семь форм политической деятельности, которые власти считают недопустимыми, говорит правозащитник Павел Чиков: «Такая конкретизация создает рамочный подход, под который потом можно увеличивать круг субъектов. Например, закон можно распространить на средства массовой информации, коммерческие организации». Практика правоприменения вряд ли изменится, считает сопредседатель «Голоса» Григорий Мельконьянц: «Минюст аккумулировал всю свою практику и включил ее в это определение. Очевидно, что ведомство не готово к реальному изменению закона в пользу НКО. Поскольку это удобный инструмент для преследований, то зачем от него отказываться».

«Можно было написать, что политическая деятельность – это все, что не согласовано с государственными органами», – сказал председатель Комитета по предотвращению пыток Игорь Каляпин. Он напоминает, что президенту неоднократно говорили, что закон нельзя исправить, «его уже три года совершенствуют, а он с каждым разом становится все хуже». «Однако это определение не относится к организациям, созданным с государственным участием. Такой организации можно делать все – и получать иностранное финансирование, и заниматься политической деятельностью», – отмечает он.

Экологи подпадают под критерии Минюста, потому что ни одно экологически полезное действие невозможно без взаимодействия с органами власти, говорит руководитель центра «Дронт» Асхат Каюмов: «Вместо нормального взаимодействия Минюст пытается весь некоммерческий сектор обвинить в политической деятельности, а вместо решения социальных задач – разогнать всех, кто этим занимается». Принципиальных изменений законопроект не несет, считает политолог Алексей Макаркин: «Ставилась задача – внести изменения, но не менять смысл. Закон как был охранительным, так и остался, а НКО продолжают восприниматься как угроза. Поэтому существование всех НКО, у которых есть иностранное финансирование, остается переходом через минное поле».