Политика
Бесплатный
Елена Мухаметшина
Статья опубликована в № 4068 от 05.05.2016 под заголовком: Меджлис наказан за слова

Меджлис оправдывал терроризм и нарушал права человека, считает крымский суд

Это сказано в мотивировочной части решения о запрете организации крымских татар

С 2014 г. в Крыму активизировалась деятельность общественных организаций крымских татар, зарегистрированных по российским законам, поэтому нельзя считать, что меджлис крымскотатарского народа представляет интересы крымских татар, и его запрет не повлечет нарушения их прав, говорится в мотивировочной части решения Верховного суда Крыма о запрете меджлиса как экстремистской организации, принятого 26 апреля. В Крыму действует более 30 организаций в защиту прав и интересов крымских татар, объединяющих более 20 000 человек, говорится в документе, поэтому даже представитель госкомнаца Крыма просил удовлетворить иск прокуратуры о признании организации экстремистской. А представитель минюста подчеркнул, что меджлис подпадает под признаки общественного объединения, поскольку ему не обязательно иметь юрлицо.

Среди доказательств экстремистской деятельности меджлиса суд упомянул несанкционированную акцию по встрече лидера крымских татар Мустафы Джемилева в Армянске, которая воспрепятствовала деятельности погранслужбы и полиции, и неоднократные высказывания председателя меджлиса Рефата Чубарова о том, что война с Россией прекратится только после «деоккупации Крыма»: таким образом он призывал к нарушению территориальной целостности России и восстановлению территориальной целостности Украины, подчеркивает суд. Кроме того, осенью 2015 г. Чубаров объявил о продуктовой блокаде, а вице-президент Всемирного конгресса крымских татар Ленур Ислямов заявлял, что вместе с членами меджлиса не допускает к месту подрыва ЛЭП в Херсонской области ремонтные службы «Укрэнерго».

Суд пришел к выводу, что меджлис осуществляет экстремистскую деятельность, публично оправдывает террористическую деятельность, нарушает права человека и препятствует законной деятельности госорганов. Хотя конкретных примеров оправдания терроризма в тексте решения нет.

Позиция ответчика

Меджлис иск не признавал, заявляя, что является не общественной организацией, а представительным органом крымскотатарского народа, а свои высказывания Чубаров делал в личном качестве, а не как представитель меджлиса.

Возможно, под этим имели в виду блокаду Крыма, хотя по подрыву ЛЭП дело возбуждено по статье «Диверсия», говорит зампред меджлиса Нариман Джелялов. По его словам, суд добавил к прокурорским доводам несколько своих: «Почему-то суд говорит, что меджлис создан в 2013 г., хотя мы говорили, что его создали в 1991 г. Также суд считает, что мы не представили доказательств того, что меджлис является международным, так как наши подразделения в Киевской и Херсонской областях Украины не зарегистрированы. При этом их не смущает, что в России меджлис тоже не зарегистрирован». По словам Джелялова, решение о запрете организации будет обжаловано в Верховном суде России, а затем в Европейском суде по правам человека.

Руководитель центра «Сова» Александр Верховский видит в решении суда немало нестыковок: «Не понятно, можно ли вменять организации выступления Чубарова, украинского гражданина. Было бы странно, если бы люди, которые всегда выступали против присоединения Крыма, вдруг изменили свою точку зрения». Также вызывает недоумение, почему вопрос о ремонте ЛЭП на Украине рассматривает российский суд, полагает эксперт: «Глава меджлиса находится за границей, он организует акт самоуправства, это нестандартная ситуация, результат тяжелого переходного периода. Основания о признании организации экстремистской очень шаткие, единственный серьезный довод – столкновение с пограничниками в Армянске, но после этого они два года не участвовали в несанкционированных акциях и не призывали к ним».