Политика
Бесплатный
Елена Мухаметшина
Статья опубликована в № 4277 от 10.03.2017 под заголовком: Города плохо разделились

Эксперты комитета Кудрина раскритиковали муниципальную реформу

Введение внутригородского деления пока себя не оправдало, считают они

Создание городских округов с внутригородским делением привело к повышению управляемости политическими процессами в региональных столицах, а эффект децентрализации, которым обосновывалась эта реформа, проявился ограниченно. Об этом говорится в докладе Комитета гражданских инициатив (КГИ) Алексея Кудрина о новой системе местного самоуправления, внедренной пока лишь в трех городах: Челябинске, Самаре и Махачкале.

Президент постоянно говорит, что власть должна быть ближе к народу, и создание более близкого к людям уровня власти смотрелось логично, сказал один из авторов доклада – Александр Озяков: «Хотя основным подтекстом реформы было создание дополнительного инструментария для власти по контролю за ситуацией в городах». Объем полномочий, переданных на районный уровень, остался почти тем же, районные бюджеты тоже не выросли, говорится в докладе. При этом районы находятся в полной финансовой и управленческой зависимости от города и региона, а увеличение числа депутатов за счет создания райсоветов лишь формально приближает власть к населению: на практике они не обладают ни ресурсами, ни квалификацией, чтобы влиять на принятие управленческих решений.

Во всех трех городах исчез избираемый населением орган и теперь гордума избирается методом делегирования, замечает еще один соавтор доклада – Андрей Максимов: «Районные депутаты стали напоминать выборщиков в США. На деле область формирует список городских депутатов, под них формируется список районных депутатов, в которые зачастую идут помощники городских депутатов». В результате в Челябинске на выборах в райсоветы в сентябре 2014 г. «Единая Россия» получила 156 из 170 мандатов, а в гордуму были делегированы 48 единороссов и один представитель КПРФ. «Система делегирования обеспечивает контроль партии большинства. Например, если шесть из 10 человек в райсовете представляют одну политическую силу, то они большинством голосов могут направить всех делегатов в гордуму от своей партии. Вопрос в том, готовы ли они учитывать интересы оппозиции – обычно учитывают», – поясняет Максимов. Так, в Самаре в гордуму прошли три коммуниста и по одному депутату еще от трех оппозиционных партий.

Если раньше районы были частью единой административной системы и было общее хозяйство, то сейчас город разорвали на семь муниципалитетов, говорит директор Ассоциации сельских муниципальных образований и городских поселений, челябинский эксперт Юрий Гурман: «Если случится какая-то беда, то юридическая ответственность окажется на муниципалитетах, хотя, по сути, все решения принимает горадминистрация. Так что это мина замедленного действия».

Целью выбора этой модели было желание ограничить прямые выборы и сделать так, чтобы местная власть максимально контролировалась, считает политолог Николай Миронов: «В итоге выбрали более простой вариант – повсеместный отказ от прямых выборов и передача части полномочий на региональный уровень. Двухуровневая модель рассматривалась на начальных этапах, она попала в итоговый закон, но оказалась не самой главной, поскольку она сложна в употреблении: много депутатов, которых надо избирать, проводить ротацию, а эффект тот же, как если поставить под контроль муниципалитеты более простым путем, отменив выборы главы». Там, где эта система была введена, особого эффекта она не принесла, добавляет эксперт: «Полноценно работать она может там, где система власти децентрализована. То есть там, где достаточно полномочий на местном уровне, есть свобода для общественной инициативы и где не администрируются выборы так жестко, как у нас».