Россия настороженно отнеслась к предложению США о встрече президентов

Ситуация в отношениях двух стран остается хрупкой
Maxim Shemetov / Reuters

В Белом доме назвали приблизительное время саммита, на котором могли бы встретиться президенты России Владимир Путин и США Джо Байден. Пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки заявила на брифинге 14 апреля, трансляция которого велась на Facebook, что «ближайшие месяцы», в течение которых Байден предложил провести встречу, «были бы и этим летом».

13 апреля на фоне обострения ситуации вокруг Донбасса Байден и Путин провели телефонный разговор. Американский лидер предложил российскому президенту лично встретиться на саммите в третьей стране. Желание стать площадкой для саммита уже изъявили представители Мюнхенской конференции по безопасности, Австрия и Финляндия.

В Кремле на предложение из Вашингтона отреагировали с осторожностью. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил 14 апреля, что о месте и времени саммита говорить пока преждевременно. «Безусловно, дальнейшая проработка предложения встречи в одной из европейских стран возможна только с учетом анализа реальной ситуации и дальнейших шагов наших визави», – подчеркнул Песков.

Он также отметил, что диалог между Россией и США необходим, однако по множеству вопросов у двух стран проявляется «абсолютное разногласие». В свою очередь, официальный представитель МИД России Мария Захарова сообщила, что вопрос саммита находится в ведении администрации российского президента. Куда более жесткое заявление сделал секретарь Совета безопасности Николай Патрушев. Он обвинил США в подготовке провокаций на Украине с целью начала последней военных действий против Крыма.

«Заигрывая перед новой администрацией США, Киев готов ввергнуть страну в военные авантюры, невзирая на дальнейшее ухудшение экономической ситуации в стране. <...> Поводом для начала военных действий могут стать организованные Украиной при поддержке США провокации с гибелью военнослужащих и потерей военной техники».

Николай Патрушев
секретарь Совбеза

По мнению научного сотрудника Института США и Канады РАН Павла Кошкина, на предполагаемом саммите Путина и Байдена можно было бы обсудить вопросы кибербезопасности, сотрудничества в контроле над вооружениями и прав человека. Лидеры обеих стран могли бы начать искать замену продленному 27 января на пять лет договору СНВ-3.

«Главное – чтобы саммит поднимал проблемы, по которым мы можем договориться. Желательно избегать острых вопросов, по которым нет согласия», – считает Кошкин. К таким острым вопросам относится и эскалация вокруг Украины. При этом положение дел сейчас эксперт оценивает более оптимистично, чем ситуацию перед провалившимся саммитом Путина и бывшего президента США Дональда Трампа в Хельсинки в 2018 г. По словам Кошкина, тогда на Трампа давили, так как он был «нежеланным президентом, его считали ставленником Путина». У Байдена в этом плане больше легитимности.

Осторожная реакция России, по словам Кошкина, обусловлена крайней хрупкостью ситуации. Проблемы вроде кризиса вокруг Украины могут обостриться, что приведет к отмене саммита. Именно поэтому в Кремле занимают одновременно «реалистичную и пессимистичную позицию».

При этом инициативу США можно даже считать косвенным извинением за инцидент, когда Байден в интервью согласился с тем, что журналист назвал Путина «убийцей». «Американцы своим желанием провести саммит косвенно признают, что Байден погорячился. Россия показывает, что она обижена, и пытается определить конфигурацию, кто какую роль будет играть на этих переговорах», – говорит Кошкин. При этом он отмечает, что для преодоления кризиса российско-американских отношений одного саммита явно недостаточно и требуется систематическая работа ведомств обоих государств.

Руководитель Центра прикладных исследований Института США и Канады РАН Павел Шариков также полагает, что одной из тем для обсуждения на саммите может стать кибербезопасность.

В целом перед Путиным и Байденом стоит обширная повестка, по каждому из пунктов которой у сторон «диаметрально противоположные подходы». При этом, «если есть воля провести саммит, значит, есть воля к продуктивным переговорам», отмечает Шариков.

Однако события могут развиваться абсолютно непредсказуемо, и ответственность за успех лежит не только на президентах, но и на дипломатах. Встреча, по его мнению, может носить скорее символический характер, так как на ней будут зафиксированы достигнутые ранее договоренности. Осторожную позицию Москвы эксперт сравнивает с неожиданностью предложения из Вашингтона. «Когда от США поступают такие сообщения, это основание для оптимизма, но поводов к оптимизму мало. Пока не понятно, чего хотят США. Впрочем, зная американскую дипломатию, в Вашингтоне уже выработали план, так что саммит – это часть их продуманной стратегии», – резюмирует эксперт.