Как изменилась отрасль GR с 2022 года

В 75% компаний крупного и среднего бизнеса присутствует GR-функция (Government Relations; деятельность бизнеса по выстраиванию отношений с властью), причем чаще она поддерживается штатными специалистами. К такому выводу пришли аналитики Baikal Lobridge, опросившие в формате онлайн-анкетирования 32 руководителей крупного (22 человека) и среднего (10) бизнеса как российской, так и иностранной юрисдикции (результаты есть у «Ведомостей»).

В исследовании принимали участие представители фармацевтики (6), розничной торговли (5), химической отрасли (4), транспорта, строительной отрасли, консалтинга, IT (по 2) и др. Согласно полученным данным, 83% компаний выделяют отдельный бюджет на GR. При этом 63% компаний не планируют усиления этой функции в ближайший год. В компаниях же, где GR-функции нет вовсе, скорее отсутствует тенденция к ее созданию (5 из 8). Компании объясняли это необходимостью экономии бюджета.

Как менялся рынок GR с 2022 г.

Взаимодействие с государством перестало быть узкой, специализированной темой и воспринимается бизнесом, особенно крупным, как управленчески и экономически значимая функция, констатирует гендиректор Baikal Lobridge Эдуард Войтенко.

При этом с 2022 г. наблюдается постепенное смещение GR из операционного контура в зону внимания советов директоров и акционеров, говорит он. И хотя пока таких примеров немного, важен сам тренд: в компаниях начинают появляться ответственные за GR на самом высоком уровне, где ранее такой функции либо не было, либо она рассматривалась как вспомогательная. «Это отражает изменение восприятия роли GR в условиях возросшего участия государства в экономике», – подчеркнул он.

Меняется и содержание самой функции, продолжает Войтенко: «Если раньше GR в основном воспринималась как коммуникация, то сегодня она все чаще дополняется отраслевой и правовой экспертизой, а также анализом геополитических процессов». Руководство компаний, в свою очередь, начинает видеть прямую связь между работой с регуляторными рисками и финансовыми результатами бизнеса. Регуляторика все сильнее влияет на бизнес-модели и компании уже не могут позволить себе дистанцироваться от государства, резюмировал Войтенко.

О том, что с 2022 г. значение GR возросло, говорят и представители крупных компаний. Переломным моментом в работе GR стали пандемия и начало спецоперации, отметила директор Т2 по взаимодействию с государственными органами Юлия Гошко. После 2022 г. GR «большой четверки» телекомоператоров (МТС, «Мегафон», «Билайн», Т2) «консолидировалась как никогда» в выработке оптимальных решений и предложений для регулятора, подчеркнула она.

В последние годы в сфере телекоммуникаций возникали инициативы, которые требовали максимальной вовлеченности GR-функции: проекты по верификации абонентской базы, новый порядок подключения иностранцев, выработка решения для доступа к мобильному интернету на фоне ограничений сервиса, проекты импортозамещения, кибербезопасности и запуска новых технологий, поделилась Гошко.

«Реалии времени требуют от бизнеса и регулятора крайне оперативного ответа на возникающие инициативы, колоссальной адаптивной способности отрасли к регуляторным изменениям, так как существенно сократился time-to-market их реализации», – сказала она в беседе с «Ведомостями».

Существенные изменения с 2022 г. претерпела GR и в IT. «В связи с тем, что IT стала крупной отраслью, от которой напрямую зависит эффективность и безопасность всех без исключения отраслей экономики, разработкой и внедрением ПО занялись не только рыночные IT-компании (вендоры и интеграторы), но и государственные структуры, зачастую наделенные правами регуляторов, а также госкорпорации в лице кэптивных [зависимых от госкорпораций] компаний», – сказал «Ведомостям» вице-президент ассоциации «Руссофт» по GR Роман Клецких.

Новые участники рынка привнесли в отрасль нерыночную конкуренцию, подкрепленную сильным административным ресурсом, сетует он. «Случается, что продвигаемые ими нормативно-правовые акты принимаются в форматах, которые крайне затрудняют знакомство с ними представителей рынка. Например, нормативно-правовые акты принимаются сразу во втором и третьем чтениях в последний день перед каникулами, при этом первоначальный текст в первом чтении существенно и до неузнаваемости перерабатывается», – рассказывает Клецких.

В последние годы интенсивность госрегулирования выросла, что ставит компании в ситуацию постоянно изменяющегося контекста и неопределенности, говорит председатель совета директоров «Базальт СПО», член правления «Руссофта» Алексей Смирнов. Органы власти активно стараются регулировать IT-отрасль, издавая нормативные документы, поэтому компаниям важно обеспечивать постоянную обратную связь, чтобы регулятор получал информацию о том, что реально нужно отрасли, а что будет мешать работе, продолжает он. «Задачи GR выросли, и сейчас участникам отрасли понятна необходимость занять проактивную позицию и формировать свои инициативы», – сказал Смирнов «Ведомостям».

Директор по взаимодействию с органами государственной власти РТК-ЦОД Дмитрий Панышев также обратил внимание на то, что изменился объем разрабатываемых правительством и регуляторами документов по импортозамещению, информационной безопасности и критической информационной структуре. «Все это требует непосредственного участия экспертов со стороны отрасли», – подчеркнул он.

GR – это прежде всего работа через отраслевые объединения, продолжает гендиректор OSMI IT Михаил Шрайбман. «Благодаря системной коммуникации <...> нам удалось участвовать в диалоге с регуляторами по вопросам налогового режима для отечественного ПО. Такой формат позволил консолидировать позицию рынка и внести вклад в сохранение нулевой ставки НДС – критически важную меру для развития и конкурентоспособности российской IT-отрасли», – поделился он.

«Наша GR сейчас направлена на то, чтобы с точки зрения нормативной базы ужесточить условия для конкурентов – так, чтобы они не смогли быть поставщиками для органов власти по ряду закупок», – рассказал «Ведомостям» собеседник в одной из крупных IT-компаний. Изменение условий тендеров позволяет получать конкурентные преимущества, пояснил он.

GR действительно помогает предотвращать риски с помощью заблаговременного участия компаний в обсуждении законопроектов, сказал «Ведомостям» член совета директоров сервиса путешествий Tutu Игорь Сивец. «Это позволяет избежать появления норм, которые могли бы неожиданно осложнить жизнь миллионам путешественников или остановить развитие цифровых сервисов», – подчеркнул он. Также GR в том числе способствует созданию равных и честных правил для всех участников рынка, укреплению репутации компании как ответственного участника рынка, добавил Сивец. «Бизнес не существует сам по себе в вакууме, а взаимодействует с внешним полем, которое регулируется государственными органами», – резюмировал он.

Многие компании переориентировались на работу с министерствами как регуляторами, бизнес-сообществами или губернаторами, говорит преподаватель Высшей школы экономики, член РАСО Павел Склянчук. Он объясняет это тем, что за последние годы «сильно деградировала» именно парламентская GR: утратили свое прежнее значение экспертные советы и публичные слушания, а круглые столы теперь ассоциируются с прошлогодним скандалом о продаже мест среди их участников.

«При этом парламентариями очень востребованы качественные экспертиза и аналитика. Поэтому бизнесу важно за рамками решения текущих GR-задач выстраивать и поддерживать коммуникацию с отдельными депутатами, которые могут быть полезны в качестве стратегических союзников», – сказал Склянчук «Ведомостям».

Среди тенденций в отрасли GR из-за увеличения количества заказчиков заметен рост спроса на мониторинг готовящихся нормативно-правовых актов и «предупреждающий мониторинг», в рамках которого анализируются риски для компании и отдельных отраслей, говорит глава «Минченко консалтинга» Евгений Минченко. Второй тренд – это увеличение устойчивости бизнеса, считает он. В связи c этим, по его словам, важная задача для бизнеса – войти в контур государства как структуры, решающей важные государственные задачи.

В подготовке материала участвовала Валерия Кузьменко