Почему выборы премьера Ирака вызвали вмешательство Дональда Трампа
Он грозит отказать в помощи, если правительство возглавит близкий к Ирану политик
Бывший премьер Ирака шиит Нури аль-Малики назвал нарушением иракского суверенитета обещания президента США Дональда Трампа прекратить помощь Багдаду, если он будет вновь избран парламентом премьером страны. Об этом аль-Малики написал в среду, 28 января, на своей странице в соцсети Х. «Мы категорически отвергаем вопиющее вмешательство США во внутренние дела Ирака и считаем это нарушением суверенитета Ирака», – заявил он.
Хотя угрозы Трампа все же возымели действие. Накануне 27 января парламент Ирака не стал проводить голосование. В тот же день президент США написал в своей соцсети Truth, что «великая страна Ирак может сделать очень плохой выбор и вернуть на пост премьера Нури аль-Малики». Трамп считает, что аль-Малики, будучи премьером Ирака в 2006–2014 гг., привел свою страну «к нищете и хаосу». Под ними президент США подразумевает гражданскую войну 2011–2017 гг. на фоне притеснений суннитов, а затем и взлет группировки ИГ
В отставку аль-Малики ушел в августе 2014 г. под давлением США, дружественного шиитам Ирана и иракского шиитского аятоллы Али Систани, возглавившего сопротивление ИГ. Аль-Малики уступил пост приемлемому для суннитов премьеру Хайдару аль-Абади. Аль-Малики впоследствии упрекал американцев в попустительстве продвижению ИГ. Попытка привлечь аль-Малики в 2015 г. к ответственности за захват ИГ Мосула не увенчалась успехом – он продолжил пользоваться влиянием в иракской политике. «Если его [вновь] назначат, США больше не будут помогать Ираку. А без нашей помощи у Ирака не будет шансов на успех, процветание и свободу», – написал Трамп.
19 января по договоренности с правительством премьера Мухаммеда ас-Судани от 2024 г. США завершили вывод войск из Ирака за исключением Иракского Курдистана. Войска выводят в результате сворачивания операции «Непоколебимая свобода» против ИГ, начатой в 2014 г. Военное присутствие США, имевшее целью борьбу с ИГ, в 2025 г. сократилось и в курдских районах Сирии. Эти районы новые сирийские власти надеются взять под контроль. К границе с Сирией стянуты иракские шиитские проиранские ополчения.
Трамп хочет обеспечить слаженный процесс свертывания прямого военного присутствия США в Ираке, не потеряв стратегического влияния, считает научный сотрудник ИМИ МГИМО Владимир Павлов. По сложившемуся после свержения в 2003 г. Саддама Хусейна политическому балансу президент страны избирается из числа кандидатов от курдских партий, премьер – из числа шиитов, а спикер парламента – из суннитов. С 2022 г. пост президента занимает курд Аблуд Латиф Рашид, премьера – ас-Судани. В ноябре 2025 г. Координационный рамочный блок, объединяющий лидеров шиитских партий, победил на парламентских выборах. Блок выдвинул 24 января аль-Малики кандидатом в премьеры.
Координационный блок, включающий большую часть шиитских политических сил, еще до отложенного 27 января голосования по кандидатуре премьера претерпел внутренние изменения, отмечает научный руководитель Центра внешнеполитического сотрудничества им. Е. М. Примакова Руслан Мамедов, и аль-Малики добился своего выдвижения. Замдекана восточного факультета ГАУГН Григорий Лукьянов говорит, что бывший премьер и после отставки сохранял влияние, способствуя назначениям на государственные посты, включая и избрание прежнего премьера ас-Судани.
Более важным элементом угроз президента США в отношении Багдада, по словам Павлова, является его стратегия по ослаблению региональных союзников Тегерана, включая шиитские движения Ирака и их ополчения. Трамп 28 января сообщил, что к берегам Ирана движется мощная авианосная ударная группировка ВМС США, и пригрозил новым, более мощным, нежели в июне 2025 г., ударом, если Тегеран не заключит устраивающую Вашингтон сделку по ядерной программе.
Сейчас, по мнению Лукьянова, внешняя политика в Ираке довлеет над внутренней в условиях региональной турбулентности вокруг Ирана: «Тегерану, готовящемуся к новому удару, нужен стабильный предсказуемый человек в Багдаде, не лавирующий и способный брать обязательства в безопасности, включая вопрос шиитских проиранских милиций. Таким стал аль-Малики».
Американцы, вероятно, воспринимают аль-Малики как «человека Ирана», он для Вашингтона «красный флаг», отмечает Мамедов: «Но теперь позиция Трампа и его четкие сигналы могут и подорвать положение аль-Малики, если тот все же будет избран премьером».
Давление Трампа на Ирак – часть его антииранской стратегии, говорит замдиректора ИСКРАНа по научной работе Андрей Евсеенко. Но эксперт считает, что пошлины не единственный инструмент, который готов применить американский президент. В случае Ирака не исключаются и банковские санкции, направленные на паралич финансовой системы страны: это одновременно может помешать нелегальному потоку долларов в Иран, а также сделать иракские власти более сговорчивыми, полагает эксперт.