Русофил, а Путина оскорбил

Как Борис Джонсон добивался  и добился поста премьер-министра Великобритании
Бывший мэр Лондона Борис Джонсон /Mary Turner / AFP

Неуклюжий и растрепанный, недисциплинированный и неорганизованный, пьяница, бабник и скандалист – это все про Бориса Джонсона. Именно его, бывшего мэра Лондона и депутата нижней палаты парламента, британцы могут получить в премьер-министры. Опросы экспертов показывают, что его шансы выше, чем у второго кандидата – министра иностранных дел Джереми Ханта. (23 июля стало известно, что Джонсон займет пост премьера, сменив Терезу Мэй.)

За кресло премьера Джонсону придется заплатить немалую цену – как подсчитала газета The Times, больше полумиллиона фунтов в год. Премьер не имеет права выступать за деньги с речами перед банкирами и страховыми брокерами – а это принесло Джонсону минимум 400 000 фунтов с тех пор, как год назад он уволился с поста министра иностранных дел. Не сможет глава государства и писать за гонорар колонки в The Daily Telegraph – на этом Джонсон заработал еще около 275 000 фунтов. Взамен он получит зарплату премьера – 158 000 фунтов.

Петух вместо индейки

«Я русофил, причем русофил убежденный. У меня есть предки в Москве», – говорил Джонсон, когда в 2017 г. приехал в Москву на переговоры с Сергеем Лавровым. Насчет Москвы он погорячился, но в родословной Джонсона действительно царит интернационал. Его прабабушка – черкешенка, бежавшая в Османскую империю. Прадед – министр внутренних дел последнего Великого визиря Османской империи – был казнен после прихода Ататюрка (после этого его сын, дед Джонсона, бежал в Англию). Другой прадед был американским ученым-палеографом еврейского происхождения из города в Литве, т. е. из Российской империи. А еще Джонсон – отдаленный потомок короля Георга II.

Борис родился 19 июня 1964 г. в Нью-Йорке, где его отец Стэнли Джонсон учился в Колумбийском университете. Поэтому долгое время у Джонсона было двойное гражданство – Великобритании и США. От второго паспорта он отказался только в 2016 г., пожаловавшись, что американские налоговики стрясли с него кучу денег после продажи дома в Лондоне.

Детство Джонсона прошло в Лондоне, потом отец вернулся в США на работу во Всемирный банк, затем переехал в Брюссель на работу в Еврокомиссии. В 10 лет, когда Джонсон учился в Бельгии, учителя вызвали родителей и заявили: их сын крайне одарен и лучшее, что можно для него сделать, – как можно быстрее отправить в английскую школу-интернат. Там его натаскают в латыни, греческом и других предметах, и парень сможет поступить в лучшие вузы страны. Так в 14 лет Джонсон оказался в Итоне. Как раз в это время родители развелись, отец снял квартиру по соседству, а Шарлотта Джонсон Валь отказалась от алиментов, хотя все четверо детей остались с ней, и зарабатывала ремеслом художника. Как-то она послала детей купить индейку на Рождество. Вернулись они с тушкой крупного петуха – больше ни на что не хватило денег. «Прямо как у Диккенса», – шутила мать.

Позже она второй раз вышла замуж и добилась успеха как художник. В конце 2000-х она рассказывала, что продает небольшую картину за 1000 фунтов, а полотно побольше – от 5000. Журналиста The Telegraph поразил мастерски сделанный портрет Бориса Джонсона, висящий рядом с ее кроватью. «На самом деле это автопортрет. Борис очень талантлив и рисует, когда может», – гордо сказала Шарлотта.

От пьянок к искусству дебатов

В 1983 г. Джонсон поступил в Оксфорд на курс классической литературы, получив стипендию. Учебой там особо не загружали, пишет один из выпускников на страницах Financial Times (FT): достаточно было раз в неделю написать эссе и зачитать его преподавателю, который, как правило, не придирался. Был случай, когда студент под одобрительное кивание профессора прочитал половину эссе, прежде чем товарищи его заложили: «читал» он с абсолютно чистого листа.

Джонсон рос тихим старательным ребенком. В детстве он страдал от глухоты и перенес несколько операций. Удивительно, что он стал не зубрилой, а членом Буллингдон-клуба (The Bullingdon Club). Это сообщество оксфордских студентов известно шумными вечеринками, пьянками и хулиганскими выходками – вплоть до погромов в пабах и общежитии. Чем Джонсон и занимался вместе с другим членом клуба – Дэвидом Кэмероном.

Но на самом деле у него было три цели, уверяла журналистка Соня Пурнелл в биографии Джонсона: получить престижную корочку, найти жену и стать президентом дискуссионного общества (клуба) Оксфорда (The Oxford Union). Через него прошли почти все известные тори. Его члены носили фраки, спикеры – смокинги, и все обращались друг к другу «достопочтимый член клуба». Дебаты там выигрывались, не утомляя слушателей нюансами дела, но шутками и насмешками ad hominem – т. е. критикой не аргументов, а соперника.

Президентство в оксфордском дискуссионном клубе называют первым шагом к посту премьер-министра. Общество часто посещали политические деятели, и на обедах 20-летний президент зачастую сидел рядом с министрами и другими полезными людьми. Еще отец Джонсона мечтал возглавить общество (в Оксфорде он учился до переезда в США), однако потерпел неудачу. Сын исполнил мечту отца, но до этого получил нужный опыт – он возглавлял дискуссионный клуб Итона. Правда, со второй попытки – в первый раз проиграл сыну известного тори, несмотря на кампанию «меритократ против аристократа». Он сделал выводы и провел штурм по всем канонам политического искусства: один из аспирантов представил целое социологическое исследование «электората», а Джонсон умерил консерваторский пыл и взял в союзники оксфордских социал-демократов.

Создатель евромифа

Джонсон – старший из четырех детей в семье. После него родилась Рейчел, писатель и журналист, потом кинопродюсер Лео и журналист FT Джозеф. Рейчел, кстати, ярая противница Brexit и в феврале этого года сняла блузку в прямом эфире на канале Sky News для того, чтобы привлечь внимание к проблеме.

Борис тоже пошел по творческой стезе. Он стал репортером The Times, однако был с позором изгнан после того, как выдумал цитату героя для своей статьи. Молодой журналист перебрался на работу в The Daily Telegraph, с главным редактором которой был знаком еще по Оксфорду. Он работал корреспондентом в Брюсселе и много сделал, чтобы раздуть ненависть к ЕС в Великобритании. Его называют основоположником журналистики «евромифа» – зачастую ложных историй о тупых и бессмысленных запретах бюрократов, вроде эмбарго на импорт бананов, если они прямой, а не изогнутой формы. В его статьях такой заголовок, как «Брюссель нанимает дегустаторов запахов, чтобы удостовериться, что весь евронавоз пахнет одинаково», обычное дело .

В 1994 г. Джонсон вернулся в Лондон и хотел стать военным корреспондентом, но его сделали политическим колумнистом, редактором The Daily Telegraph и входящего в тот же холдинг журнала The Spectator. Пробовался он и в писательском ремесле. Много позже из-под его пера выйдет отличная книга «Фактор Черчилля».

Но главные силы Джонсон бросил на карьеру политика. В 2002 г. он стал депутатом парламента и зачастил на комедийное шоу ВВС Have I Got News For You, закладывая основы популярности. Его даже назначили министром по культуре в теневом кабинете тори. И тут... ему помешали женщины.

Выставили отовсюду

Помните, в планах Джонсона в Оксфорде была обязательная женитьба? Он их выполнил, познакомившись с молодой аристократкой Аллегрой Мостин-Оуэн. Брак был не слишком удачным, и в 1993 г., когда Джонсон работал в Брюсселе, они развелись. Почти сразу же он женился на подруге детства Марине Уилер, которая потом как минимум трижды выставляла его из дома, несмотря на четверых детей.

Один раз это было в 2004 г. У Джонсона случился роман на стороне – с обозревательницей The Spectator. В итоге Джонсон обманул не только жену, но и лидера собственной партии. Когда пошли слухи об измене, убедил руководство тори, что он верный семьянин, и ему поверили. Но правда вскрылась, а тори и так были недовольны Джонсоном. Всего за месяц до того случая ему велели ехать в Ливерпуль извиняться перед жителями, земляк которых, инженер Кен Бигли, был похищен и убит в Ираке. Джонсон в колонке для The Spectator назвал горе ливерпульцев «диспропорциональным», чем привел их в ярость.

Как он стал Борисом

Родители Джонсона поехали в Мехико на автобусе Greyhound, когда Шарлотта была на третьем месяце беременности. Поездка была ужасная, беременная чувствовала себя отвратительно, на ней буквально не было лица. Гостили Джонсоны у человека, которого звали Борис Литвин. Тот отозвал Шарлотту в сторону и подарил ей два авиабилета в первый класс со словами: «У тебя не хватит сил вернуться назад на автобусе». Супруги были так благодарны, что обещали назвать первенца в честь Бориса. На самом деле ему дали сложное имя Александр Борис де Пфеффель-Джонсон и все детство звали Александром. Борисом его величали, только когда он совершал проступок. Но когда Джонсон поступил в Итон, товарищи пришли в восторг от редкого имени – и с тех пор Джонсон стал Борисом (ударение на первый слог).

Так что роман с коллегой из The Spectator стал последней каплей: Джонсона попросили вон из теневого кабинета. Были и другие истории. В 2009 г. у политика родилась внебрачная дочь от искусствоведа Хелен Макинтайр, и он три года судился с журналистами, раскопавшими эту историю, прежде чем в 2013 г. пришлось признать этот факт. Подозревают, что у него есть еще как минимум один ребенок на стороне.

В прошлом году жена решила, что с нее хватит, и развелась с Джонсоном. Его новая пассия Кэрри Симондс – 31-летняя бывшая пиарщица тори. The Times считает, что именно благодаря ей Джонсон улучшил в последнее время имидж и заинтересовался проблемами экологии.

С Симондс тоже не все идет гладко. Ночью 21 июня соседи вызвали полицию. Они якобы слышали звук бьющихся тарелок и громкие голоса: пролил вино на диван, обвиняла Симондс, не думает о деньгах для их пары – пусть теперь убирается хоть на улицу. Джонсон в ответ орал, чтобы она не прикасалась к его ноутбуку. Впрочем, приехавшим полицейским любовники заявили, что у них все в порядке.

Автобус имени Джонсона

В 2008 г. Джонсона избрали мэром Лондона, он проработал два срока, до 2016 г. Главными своими успехами он считал борьбу с преступностью, решение транспортной и жилищной проблемы. Он поддержал право полиции останавливать и обыскивать людей на улицах. По всей стране число полицейских сокращалось, а в Лондоне незначительно, но выросло. При Джонсоне преступность упала на 20%.

При нем было построено 101 525 домов, квартиры в которых считаются доступными. Мэрия была среди инвесторов 94 001 из них. Это больше, чем при прежнем мэре Кене Ливингстоне, который тоже просидел два срока (2000–2008 гг.). Правда, в 2011 г. изменилось определение, что такое доступное жилье, поэтому сравнивать работу двух мэров не совсем корректно, замечает ВВС.

Джонсон принялся убирать из города автобусы-гармошки. Якобы они с трудом протискивались по узким улочкам, а благодаря их длине безбилетники успевали убежать от контролеров и выйти на ближайшей остановке. Вместо них он вернул двухэтажные автобусы Routemaster, снятые с рейсов в 2005 г. из-за несоответствия требованиям безопасности. Лондонцы прозвали новые басы BorisMaster. Их ругали за то, что стоили они дороже обычных автобусов, окна были неоткрывающимися, а гибридные двигатели часто ломались.

Джонсон – большой поклонник велосипедов, из дома на работу ездил на велосипеде и развивал сеть проката. В последний год его руководства в Лондоне было более 10 млн прокатных велосипедов, которые себя не окупали: по подсчетам ВВС, бюджет тратил на проект 11 млн фунтов в год.

В актив ему можно записать Олимпиаду-2016 (хотя основные проблемы достались все же не мэрии, а специальному комитету). Не обошлось без накладок. В честь первой золотой медали британцев Джонсон решил съехать по натянутому канату на аттракционе в парке Виктория. И застрял посередине с двумя британскими флажками в руках, сверкая голыми лодыжками: из-за страховки брюки задрались вверх.

Если к проведению Олимпиады мало кто смог придраться, то ее последствия стали предметом критики. Например, превращение олимпийского стадиона в футбольный обошлось городской казне в 323 млн фунтов, хотя поначалу планировалось 190 млн.

Джонсона вообще ругают за страсть к дорогим и пафосным проектам. Футуристический пешеходный мост-сад через Темзу должен был обойтись в 200 млн фунтов. Когда пришедший на смену Джонсону мэр Садик Хан прикрыл проект из-за дороговизны, на проектирование и подготовительные работы уже было потрачено 53 млн фунтов. 43 млн из них дал город, эти деньги пришлось списать как чистый убыток.

Канатная дорога в Гринвиче стоила 36 млн фунтов, но ею пользуется мало людей. Бюджетные средства были потрачены и на экономическое обоснование аэропорта в море – на искусственном острове в устье Темзы. Он бы увековечил имя Джонсона – проект назывался «Остров Борис», но был признан слишком сложным и дорогим.

Кругом предатели

Не дожидаясь окончания мэрских полномочий, Джонсон принял участие в парламентских выборах 2015 г. и стал членом палаты общин. Около года он совмещал это с работой главы Лондона.

Джонсон долго не мог решить, к какому лагерю примкнуть – за или против Brexit. Он то по старой памяти высмеивал евробюрократов, то говорил, что единое экономическое пространство крайне важно для Великобритании. Как заметил британский политик барон Майкл Хезелтайн, Джонсон «ждет, чтобы увидеть, куда бежит толпа, а затем бросается впереди нее». Дело кончилось тем, что Джонсон написал две статьи. Одна была за Brexit, другая – против. Положил перед собой обе, посмотрел и отправил в печать ту, что против.

Это красивая история, а истинная причина может оказаться гораздо менее романтичной. Премьер Дэвид Кэмерон ратовал за то, чтобы остаться в ЕС. Как только Джонсон сделал выбор в пользу Brexit, он увеличил свои шансы стать премьером, если победят сторонники выхода, объясняет Vox. Его желание порулить Великобританией давно ни для кого не секрет. Сам Джонсон в документальном фильме ВВС от 2013 г. весьма прозрачно намекнул на это.

Джонсон принялся агитировать за выход. «ЕС стал анахронизмом, – говорил он с трибуны. – ЕС обходится нам в уйму денег и подрывает нашу демократию». Джонсон колесил по всей стране на большом красном автобусе с лозунгом: «Мы отправляем в ЕС 350 млн фунтов в неделю. Давайте вместо этого будем финансировать нашу национальную службу здравоохранения». Это были не его слова и не совсем правда: больше половины этих денег на самом деле Великобритания получала обратно в виде субсидий фермерам и т. д. Но это Джонсона не волновало.

Когда Кэмерон покинул пост премьера, Джонсон казался самым вероятным его преемником. Однако другой лидер Brexit, Майкл Гоув, внезапно в этом засомневался. Возможно, потому, что среди кандидатов от консерваторов появилась Тереза Мэй. СМИ стали называть ее «кандидатом тех, кто против Джонсона».

Обиднее всего было то, что Гоув занимался продвижением Джонсона в премьеры, а тут сам решил попытать счастья в борьбе за это кресло. Многие тори переметнулись на его сторону, и Джонсону не оставалось ничего иного, как объявить о выходе из гонки.

Фирменный стиль

Джонсон и впрямь весьма токсичная фигура. Он не раз без стыда врал всем, от начальства до избирателей. Например, обещал лично лечь перед бульдозерами, но не допустить строительства третьей взлетно-посадочной полосы в аэропорту Хитроу, но пропустил ключевое парламентское голосование по этому вопросу, улетев в Афганистан.

Скандалы сопровождали его всю жизнь. В середине 1990-х, когда у Джонсона еще не было амбиций политика, всплыла запись его разговора с другом. Тот выражал желание начистить морду одному журналисту, а Джонсон обещал раздобыть адрес писаки. Потом Джонсон уверял, что это была просто шутка и журналист остался цел и невредим.

Джонсон производит впечатление растяпы. СМИ уверяют, что еще в Итоне ему постоянно делали замечания за неорганизованность. На самом деле это маска, уверяет Vox. Джонсон похож на Трампа – создает у людей впечатление, что он один из нас, смешной, делает ошибки и говорит, что думает. При этом, подхватывает The Guardian, у Джонсона величайший талант: «способность вызывать смех и атмосферу оптимистичного дружелюбия». Какой еще политик может застрять на канате и получить за это очки в свою пользу, спрашивает газета. Знаменитый неряшливый вид политика – на самом деле хорошо отработанный прием, уверяет FT. Бывает, что Джонсон успевает стать растрепанным, сделав пару движений рукой за секунду до того, как на него нацелится телекамера. Это давняя традиция в Великобритании, считает английский писатель и дизайнер одежды Пол Горман: аристократы носили великолепную рубашку, но с потертыми манжетами и не счищали с костюма пятна от супа. Это такой способ подчеркнуть свое привилегированное положение – им не надо выглядеть одетыми с иголочки из опасения потерять работу или репутацию.

А Гоув, который познакомился с Джонсоном в Оксфорде, вспоминал: «Он производил впечатление какого-то доброго оксфордского персонажа, но на самом деле был как гигантская акула, поджидающая, когда первокурсники подплывут поближе». Так Джонсон вербовал своих сторонников в борьбе за пост президента дискуссионного клуба. Гоув тоже попал под его обаяние и признавался, что был в то время «марионеткой Джонсона».

Высмеял Эрдогана, Путина, Трампа...

Мэй стала премьером, а Джонсон в итоге подковерных договоренностей в июле 2016 г. очутился в кресле министра иностранных дел. Шутили, что на извинения перед лидерами иностранных держав у него уйдет больше времени, чем на исполнение непосредственных обязанностей. Джонсон успел оскорбить немало иностранных политиков. Например, в мае 2016 г. стал победителем в конкурсе оскорбительных стихов про Эрдогана, организованном журналом The Spectator. Речь в лимерике шла о сексе с козами. В 2007 г. сравнил Хиллари Клинтон с «медсестрой-садисткой в психиатрической больнице».

Высказывался он резко и про Владимира Путина. Например, в декабре 2014 г. сравнивал его с эльфом Добби из книг о Гарри Поттере, но призывал не обманываться внешностью: «На самом деле безжалостный тиран». Недавно Джонсон написал для The Telegraph язвительную колонку – ответ на статью Путина о крахе либеральной идеи, где ставил ему в упрек, что 12% россиян ходят в туалет на улице.

С Трампом тоже поначалу вышло нехорошо. В 2015 г. американец подверг сомнению важное достижение мэра Джонсона, который гордился снижением уровня преступности в Лондоне. Он заявил, что в британской столице с этим большие проблемы и есть целые районы, куда приличным людям лучше не соваться. Джонсон в ответ прошелся по дремучему невежеству Трампа и добавил, что тот явно не годится на пост президента.

Затем Трамп стал президентом США, а Джонсон, как министр иностранных дел, приехал к нему с визитом. К удивлению окружающих, он бесцельно бродил по Белому дому, наугад заходил в кабинеты, чтобы поздороваться с сотрудниками, и в какой-то момент врезался в зятя Трампа Джеральда Кушнера. Но отношения с Трампом у него установились весьма теплые, признает WSJ.

Джонсон допускал и явные промахи, провоцирующие скандалы в Великобритании. Например, в Иране за участие в заговоре с целью госпереворота была осуждена британка иранского происхождения Назанин Загари-Рэтклифф. Джонсон публично обмолвился, что она поехала в Иран преподавать журналистику. Сама женщина уверяла, что была в Иране в отпуске. После заявления Джонсона против Загари-Рэтклифф выдвинули новые обвинения, она до сих пор за решеткой.

Министерская работа Джонсона закончилась в июле прошлого года. Он уволился в знак несогласия со слишком мягким сценарием Brexit, за который ратует Мэй. В своем письме об отставке он посетовал: «Великобритания на пути к статусу колонии».

Рычаг Джонсона

Джонсон учел ошибки своей попытки в 2016 г. стать премьером – точно так же, как когда-то извлек урок из неудачи на выборах президента дискуссионного клуба Оксфорда. Он усилил закулисную работу, навербовал сторонников из своей и других партий и тщательно поработал над имиджем лидера сторонников Brexit, констатирует Vox.

Изменилась за последние три года и политическая обстановка. Великобритания должна была покинуть ЕС еще 29 марта этого года, но срок был сорван, следующий тоже, теперь час Х назначен на 31 октября. «Если мы хотим поддержать либеральные ценности, мы обязаны покинуть ЕС до 31 октября – и мы это сделаем», – заявил Джонсон на страницах The Telegraph. В том же ключе высказываются и лидеры ЕС, но уверенности, что срок будет соблюден, ни у кого нет.

На выборах в европарламент консерваторы оказались на пятом месте, а победителем вышел один из идеологов Brexit – Найджел Фарадж со своей The Brexit Party. Теперь тори опасаются, что на ближайших выборах он со сторонниками завоюет кресла в парламенте. Недавний опрос YouGov показал, что 46% членов партии тори были бы счастливы видеть Фараджа своим лидером, хоть он и не входит в их партию. Похоже, консерваторы считают Джонсона лучшим человеком не столько для проведения Brexit, сколько для возвращения симпатий избирателей, пишет Vox.

Джонсон столкнется с той же проблемой, что и премьер-министр Мэй. Парламент отклонил сделку в редакции Мэй, но и отказывается выходить вообще без сделки. Джонсон уверен, что надо быть жестче – ведь у британцев есть действенный рычаг давления на ЕС. «Чем решительнее мы будем стремиться к отказу от сделки, тем меньше шансов, что на самом деле придется прибегнуть к Brexit без сделки, – говорил он в июне на выступлении в парламенте. – Я совершенно не хочу этого. Но чтобы добиться правильно организованного выхода из ЕС, важно быть готовым к такому повороту событий».

В статью внесены изменения: добавлена информация от 23.07.2019 о том, что Джонсон действительно займет пост премьер-министра Великобритании.