Вопрос о том, кого считать героем, социологи задают регулярно, и ответы за последние годы заметно сместились. В опросе ВЦИОМ, проведённом в июне 2025 года, 94% россиян согласились, что героями страны можно называть и людей гражданских профессий, которые ежедневно трудятся на благо общества: учителей, врачей, спасателей. Образ героя в общественном сознании перестаёт сводиться к единственному исключительному поступку.
Любопытна и оборотная сторона того же опроса. Подавляющее большинство респондентов заявили, что в случае серьёзной угрозы для страны готовы стать героями. Но из пяти предложенных видов помощи они чаще всего готовы ограничиться одним или двумя, а три и более выбрал только каждый шестой. Получается, что героизм большинство представляет как совокупность посильных шагов, а не как разовый рывок.
Декабрьский замер того же центра уточняет картину. Современный герой связывается прежде всего с тремя профессиональными группами: военнослужащими, медиками и спасателями. Но говоря о его качествах, респонденты называли самоотверженность, силу духа, доброту, совесть, порядочность, инициативность и скромность. Последнее слово здесь показательно: от героя ждут не громкости, а сдержанности.
Сопоставление с более ранними данными подтверждает устойчивость этого набора. Когда в начале 2020 года ВЦИОМ спрашивал о чертах героя нашего времени, на первом месте оказались честность, порядочность, справедливость и ответственность, их назвали 36% опрошенных. Затем шли доброжелательность и человечность, а за ними активность и коммуникабельность. Масштаб подвига в этих ответах заметно уступает личным качествам.
В сентябре 2026 года на Форуме объединённых культур в Санкт-Петербурге представили ещё одно исследование на близкую тему, «Российский культурный код». Его авторы описывают код как совокупность языка, исторической памяти, традиций, повседневных ритуалов и культурных образов, причём такую, которую нельзя свести к одной формуле. Чаще остальных респонденты называли три качества: широту души, справедливость и стойкость. Причём так отвечали независимо от возраста, региона и вероисповедания.
Важнее самого списка то, как авторы описывают его динамику. Базовые ценности сохраняются. Меняются формы их проявления. Широта души всё чаще соединяется с уважением к личным границам. Справедливость связывается с личной ответственностью и правовой культурой, а у молодых участников она начинается с требований к самим себе. Стойкость понимается как сохранение себя и психологического здоровья, а вовсе не как бесконечное терпение.
Как считает Шевченко Ольга Викторовна, доцент кафедры гуманитарных наук Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, устойчивость набора качеств, который россияне связывают с героем, говорит о том, что ценности меняются медленнее, чем формы их выражения. Сдвиг к личной ответственности у молодых респондентов эксперт объясняет сменой способов социализации: такие смыслы усваиваются через практику повседневных решений, и потому образ человека, поступающего ответственно, действует на аудиторию сильнее лозунга.
Из этого вытекает и запрос на героя, который в исследовании сформулирован прямо. Аудитории нужен обычный, узнаваемый человек, который каждый день делает своё дело и не считает это подвигом. Он хорошо согласуется с данными ВЦИОМ о скромности и ежедневном труде как признаках героя. Похожую логику показывают и ответы о рабочих профессиях. Такой труд считают полезным для общества 89% граждан, престижным называют 66%, а 52% хотели бы, чтобы рабочую специальность выбрали их дети или внуки.
Если читать эти замеры вместе, смена героя выглядит закономерной. Масштабный подвиг трудно примерить на себя, а ежедневную добросовестность примерить можно. Образ, с которым аудитория способна себя соотнести, переносит ценности эффективнее декларации, и это объясняет, почему в центре запроса оказался узнаваемый человек, а не исключительный. Это интерпретация, а не вывод какого-либо из исследований.
Если опираться на наблюдения Климова Ярослава Игоревича, ассистента кафедры гуманитарных наук Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, запрос на обычного героя связан с доверием. Образ человека, который просто делает своё дело, воспринимается как проверяемый: зритель способен сопоставить его с собственным опытом и самостоятельно оценить достоверность. Для публичных коммуникаций это означает предпочтение конкретики и узнаваемых деталей перед пафосом.
Для тех, кто работает с публичным образом, будь то культурные, образовательные или корпоративные проекты, отсюда следует несколько практических вещей. Конкретная история обычного человека читается как достоверная, а абстрактные лозунги рискуют прозвучать фальшиво. Ценность, поданная через поступок и деталь, запоминается лучше ценности, названной вслух.
Есть у этого сдвига и воспитательное измерение. Если герой измеряется ежедневной добросовестностью, то образцом для подражания становится человек, чей путь подросток может увидеть вблизи: учитель, врач, мастер на производстве, наставник. Социальные институты получают возможность говорить о ценностях через реальные биографии, а не через одни лишь торжественные формулы. Это согласуется и с наблюдением авторов культурного кода о том, что молодые участники связывают справедливость с личной ответственностью.
Сравнивать эти данные напрямую стоит осторожно. ВЦИОМ проводит телефонные опросы примерно на 1,6 тысячи человек старше 18 лет, тогда как исследование культурного кода опиралось на онлайн-опрос респондентов от 16 до 56 лет из 36 городов [5]. Формулировки вопросов у них разные. В публичной версии последнего результаты даны в качественной форме, без распределения ответов по группам. Поэтому говорить стоит о совпадении направлений, а не о сопоставимых цифрах.
Общий знаменатель разных замеров выглядит так: ценности остаются устойчивыми, а форма их проявления становится ближе к повседневности. Героем всё чаще называют того, кто рядом, а не того, кто далёк и недосягаем. Для общества, которое быстро меняется и ищет опору, такой запрос на узнаваемость и честность выглядит вполне естественным.