Риски контрафакта диктуют новые стратегии в торговле

После ухода из России ряда международных компаний образовался рыночный «вакуум», который быстро заполнился новыми игроками. Как рассказали собеседники «Ведомости. Правила торговли», это значительно усилило конкуренцию и привело к росту количества споров об интеллектуальных правах. С 4 января 2026 г. в России вступили в силу поправки в Гражданский кодекс (ГК) РФ, которые усиливают защиту интеллектуальной собственности (ИС), предоставляя правообладателям новые механизмы для возмещения ущерба. Ключевое изменение – максимальный размер денежной компенсации, взыскиваемой в твердой сумме, увеличен в два раза и теперь достигает 10 млн руб. По мнению экспертов, это не только повышает риски для незаконного использования товарных знаков, но и создает экономический стимул для активной защиты прав.

При этом нарушения прав на товарный знак часто совершаются неумышленно, отметил заместитель председателя Совета по ИС Торгово-промышленной палаты (ТПП) РФ Борис Герасин. К основным рискам, по его словам, относятся сотрудничество с недобросовестными контрагентами, ошибки в документах при работе с товарами параллельного импорта, а также использование собственного товарного знака, сходного с известным брендом. «Зачастую виноваты недобросовестные поставщики, у которых нет разрешения правообладателя на продажу», – считает эксперт.

Трудности параллельного импорта

Под определение контрафактной продукции, с точки зрения международного права, попадают и оригинальные товары, ввезенные без разрешения производителя и правообладателя. В 2022 г. Россия легализовала параллельный импорт. «Изменение цепочек поставок и логистики усложнило отслеживание происхождения товаров, что повысило риски претензий по товарным знакам, промышленным образцам и авторским правам», – считает научный сотрудник лаборатории анализа лучших международных практик Института Гайдара Мария Гирич.

С ней согласна доцент Президентской академии Александра Ерш. По ее словам, развитие параллельного импорта, с одной стороны, стимулировало отечественного производителя, но с другой – способствовало увеличению доли контрафакта. При этом розничные сети, как конечное звено цепочки поставок товара потребителю, несут ответственность за продажу товаров с незаконным использованием чужого товарного знака, подчеркнула эксперт. Сегодня, продолжила Ерш, ритейл стал «контрольным пунктом» в борьбе с нелегальным оборотом благодаря внедренной государством системе прослеживаемости товаров «Честный знак». «Продавец должен знать, какие товарные знаки утратили правовую охрану, а какие – нет, чтобы не нарушить права даже при параллельном импорте», – сказала она, добавив, что только квалифицированный подход к управлению ИС помогает избежать штрафов, изъятия товара, репутационных рисков.

Но если крупные розничные сети стали таким «контрольным пунктом», то ситуация с быстрорастущими маркетплейсами оказывается сложнее, констатировали эксперты. С увеличением числа продавцов на маркетплейсах, таких как Ozon или Wildberries, растет и доля контрафакта, особенно в сегменте одежды и обуви, указал аналитик ФГ «Финам» Магомед Магомедов. Согласно российскому законодательству, площадки обязаны проверять лишь сертификаты и маркировку, а не подлинность самого бренда, рассказал он. Как пояснил эксперт, хотя продажа реплик изначально незаконна, некоторые продавцы честно указывают на неоригинальность товара. Основной же проблемой для потребителей, по словам Магомедова, являются торгующие на маркетплейсах компании, которые выдают подделку за оригинал. «Такие действия нарушают права не только собственников бренда, но и обманывают покупателей, которые рассчитывают получить качественный продукт за соответствующую цену», – подчеркнул Магомедов.

Таким образом, бизнес столкнулся с двойным вызовом: необходимостью навигации в сложных правилах параллельного импорта и ростом контрафакта на новых цифровых площадках. Для решения накопившихся правовых проблем, связанных в том числе и с параллельным импортом, был предложен законодательный инструмент. В 2025 г. возникла инициатива создать реестр иностранных брендов, покинувших рынок из-за санкций или иных политических причин (законопроект №879812-8), напомнила Гирич. «Включение в такой реестр предполагает дополнительные меры защиты российских компаний», – сказала она. Но законопроект был отклонен на рассмотрении Госдумой в декабре прошлого года.

Отклонение инициативы во многом было предопределено ее концептуальными противоречиями, считают эксперты. Эффективность этой идеи, по мнению Герасина, упирается в ее «сырость», то есть в нерешенные фундаментальные вопросы. Самый главный из них – проблема легитимности в глобальном масштабе. Даже если государственный реестр в России признает права за российским предпринимателем, оригинальный иностранный владелец бренда и международные суды с этим вряд ли согласятся. Из-за этого реестр, по сути, не решает главную проблему – признание прав на международном уровне, пояснил эксперт.

В условиях, когда прямое заимствование иностранных правовых механизмов оказалось тупиковым, стратегический фокус сместился на защиту активов, созданных внутри страны, отметили собеседники «Ведомости. Правила торговли».

Интеллектуальная безопасность

Еще одна важная часть защиты ИС связана с большими вложениями торговых сетей в собственные бренды. За последние годы из недорогой замены известным маркам они стали серьезным источником прибыли, считает Ерш. «Такой актив необходимо защищать», – уверена она.

По мнению Гирич, ритейлерам также важно защищать собственные IT-разработки. Эксперт отметила, что государство поддерживает это направление, ссылаясь на законопроект №922784-8 о расширении патентной охраны на технические решения, реализованные в программном коде. Согласно инициативе, программные продукты смогут регистрироваться как изобретения или полезные модели, если обеспечивают измеримый технический результат. Эксперт пояснила, что это касается алгоритмов, решающих технические задачи, в том числе с использованием искусственного интеллекта (ИИ), а также программ, которые в связке с оборудованием управляют процессами, обрабатывают данные или обеспечивают работу устройств.

Поэтому сегодня защита ИС – это не только вопрос права, но и выстроенных внутренних процессов бизнеса. Ему необходима система комплаенса в сфере ИС, считают опрошенные специалисты. «Компании могли бы разрабатывать внутренние политики, проводить проверку правоустанавливающих документов и при необходимости согласовывать подходы с Роспатентом», – отметила Гирич.

Герасин считает, что для защиты бренда ритейлеру необходимы свидетельства Роспатента на товарный знак и промышленный образец. Для продаваемых товаров обязательны договоры с правообладателями или дистрибьюторами с четким описанием прав, а при параллельном импорте – полная документальная цепочка, подтверждающая легальность приобретения. Соблюдение правил помогает избежать серьезных проблем, уверен эксперт. Он привел два примера. Одна крупная сеть избежала суда и штрафа, предоставив Роспотребнадзору договор с дистрибьютором и лицензионное соглашение от европейского правообладателя на товар параллельного импорта. «Это был исчерпывающий пакет», – подчеркнул Герасин. А вот сеть минимаркетов была привлечена к ответственности за продажу контрафактных шоколадных батончиков, продолжил он. Несмотря на ссылки на «непроверенного поставщика», суд обязал компанию выплатить компенсацию и изъять товар из-за отсутствия должной осмотрительности.

На практике защита сводится к скрупулезной документальной работе, но в стратегической перспективе Россия формирует собственную модель регулирования, отметили эксперты. Страна движется в сторону жесткого административного и цифрового контроля, опережая многие другие государства по глубине внедрения систем отслеживания товаров, уверен Герасин. «Но в соблюдении баланса интересов правообладателя и общества (например, в авторском праве) и международного признания прав наблюдается существенное расхождение с рядом западных юрисдикций из-за геополитических факторов», – сказал он. Это создает для нас технологический суверенитет в сфере ИС, очень эффективный для внутреннего рынка, но иногда отсекающий его от части глобальных процессов, добавил Герасин.