«Продажа из «Монако» всегда будет дороже». Клуб Дмитрия Рыболовлева стал фабрикой молодых звезд

Мбаппе, Родригес, Тчуамени — инвестиции в талантливых игроков работают
Переход Килиана Мбаппе в ПСЖ летом-2018 — главная сделка в истории «Монако» /IMAGO / Tass

Выручка русского владельца

Мадридский «Реал» оформил трансфер полузащитника Орельена Тчуамени из «Монако» и решил таким образом одну из главных задач на период переходов. Не факт, что 22-летний француз сразу попадет в основной состав, в нем скорее видят долгосрочную замену 30-летнему бразильскому центральному полузащитнику Каземиро. Но для «Монако» это в любом случае успешная сделка.

Клуб, выступающий во французском чемпионате, за последние годы приучил к тому, что грамотно развивает молодых игроков и регулярно получает крупные суммы на трансферном рынке, продавая их на пике. Тчуамени провел в «Монако» два с половиной сезона, из «Бордо» в январе 2020 г. его покупали за 18 млн евро.

При этом «Монако» действует аккуратно: крупные сделки случаются не каждый год, а в некоторые сезоны клуб больше инвестирует в приобретение игроков. Предыдущему пику продаж способствовали высокие результаты в главных турнирах: в сезоне 2016/17 команда выиграла чемпионат Франции и дошла до полуфинала Лиги чемпионов. 

Летом 2017 г. клуб выручил 200 млн евро на трансферах, а через год — 367 млн, в первую очередь благодаря 180 млн евро, которые за французского нападающего Килиана Мбаппе заплатил ПСЖ. Параллельно «Монако» вкладывал часть выручки в новичков: на 122 млн и 146 млн евро, по данным Transfermarkt, соответственно.

Дмитрий Рыболовлев владеет «Монако» с 2011 г., тогда он за символическую сумму приобрел убыточный клуб с договоренностью вложить не менее 100 млн евро за четыре года в развитие. 

Нынешняя схема работы активно развивается в период его руководства. На ключевых исполнительных позициях у него тоже работают представители России: с 2013 по 2019 г. вице-президентом и генеральным директором был Вадим Васильев, после него — Олег Петров.

Орельен Тчуамени перешел из «Монако» в «Реал» — сделка оценивается более чем в 100 млн евро /Juan Manuel Serrano Arce / Getty Images

«Важнейший фактор для большой сделки — откуда покупают игрока, — говорит «Ведомости. Спорту» владелец спортивного агентства FM Sports Agency Александр Маньяков. — «Монако», «Бенфика» — клубы, гарантирующие качество футболиста: если ты там, значит, что-то из себя представляешь. Потому что у таких клубов и хорошие селекционные отделы, и есть возможность платить за перспективных игроков даже в 16–17 лет. Продажа из «Монако» почти всегда будет намного дороже, чем из команды-середняка того же чемпионата Франции».

Маньяков уверен: «Монако» покупал Тчуамени не только для решения спортивных задач в чемпионате Франции и еврокубках, но с прицелом развивать футболиста для дальнейшей продажи.

Переход молодого игрока напрямую в команду уровня «Реала» мог и не сработать, добавляет Маньяков: это было бы связано с лишним риском не справиться с конкуренцией и адаптацией. А покупок за небольшие деньги топ-клубы почти не совершают, потому что предпочитают проверенные варианты: они готовы переплачивать, но за подтвержденное качество. Благодаря клубам вроде «Монако», готовым выводить футболистов с уровня перспективных до топового, европейская элита и получает надежное усиление.

Маньяков не случайно привел в одном ряду с «Монако» пример «Бенфики»: еще один большой трансфер только что оформил «Ливерпуль» — подписал 22-летнего уругвайского нападающего Дарвина Нуньеса из португальского клуба. 

Суммарно он обойдется финалисту Лиги чемпионов 2021/22 даже дороже, чем Тчуамени «Реалу»: 75 млн евро англичане платят сразу, еще 5 млн — когда игрок проведет за команду 10 матчей, еще 10 млн — за 60 игр, дополнительные 10 млн «Бенфика» сможет получить в зависимости от достижений самого игрока и его новой команды. Таким образом «Ливерпуль» рассрочил 100-миллионный платеж.

Самые выгодные сделки «Монако» /Transfermarkt

Проектный менеджмент Мбаппе

Главной сделкой в истории «Монако» остается переход Килиана Мбаппе в ПСЖ, его — как и карьеру француза в целом — курировал Вадим Васильев.

В 2020 г. на встрече клуба Sport Connect он рассказывал, что при Федерации футбола Франции работает 14 центров надежд, где самые талантливые игроки 13–15 лет обучаются два года, — это система, которая помогла воспитать и вообще найти Мбаппе. Профессиональные клубы следят за этими игроками, могут подписать контракт уже с 13-летним, но соглашение вступает в силу только по окончании учебы, в 15.

«Такая структура спасает от нечистоплотной агентской деятельности, — говорил Васильев. — Если игрок в 13 лет подписал контракт с «Монако», завтра он уже не сможет передумать и пойти в ПСЖ — все жестко регламентировано. У несовершеннолетнего игрока может быть агент, но он не может получать вознаграждение до совершеннолетия. За нарушение — уголовная ответственность. Мы в «Монако» предпочитали иметь дело с родителями и тренерами — как правило, когда речь шла о 13–15-летних, агентов даже не допускали до переговоров».

По словам Васильева, ключевым фактором подписания Мбаппе был контакт с семьей футболиста. Килиан с 10-летнего возраста привлекал внимание клубов как главный талант поколения. У скаута «Монако» получилось найти подход к родителям игрока и оформить контракт.

При годовом бюджете в 7 млн евро в академии «Монако» постоянно обучают около 70 игроков, выступающих за команды до 17 и до 19 лет, а также во второй команде клуба, которая ближе всех к основной. Для более эффективной работы клуб построил новую тренировочную базу за 55 млн евро.

Кроме того, у «Монако» есть и фарм-клуб в другой стране: в 2017 г. Дмитрий Рыболовлев приобрел еще и бельгийский «Серкль Брюгге», туда из Франции могут отправлять футболистов за игровой практикой. 

Кстати, Васильев вспоминает и неприятную историю из периода, когда Мбаппе еще учился в центре надежды, а по выходным уже играл за команду «Монако» своего возраста.

«Один из тренеров чуть не загубил Мбаппе — Килиан собирался уходить, — рассказывал Васильев. — Ему было около 15 лет. Естественно, сработал характер. Многие тренеры вели себя жестко: бежать налево-направо, упасть-отжаться, я начальник, а ты... Вот такой тренер старой школы стал очень жестко давить Мбаппе, подавлять его индивидуальность. Чуть что не то — иди в стороночку. Мы запереживали. Мама даже отказалась со мной встречаться, папа сначала не хотел, но потом из уважения приехал на встречу. И так медленно мы наладили контакт».

Особенность истории Мбаппе в том, что его дела и по сей день ведет семья — «Монако» было достаточно сохранять доверительные отношения с ближайшим окружением игрока, считает Александр Маньяков.

«Принципиально не допускать агентов до переговоров невозможно: если игрок в 16 лет скажет, что хочет дальше общаться через своего представителя, клуб не может ничего с этим сделать, — объясняет Маньяков. — Ситуации, когда футболист полностью доверяет клубу и готов вести все переговоры без посредников, редки, это всегда большой успех руководителей. В России, например, этим отличался бывший директор «Чертаново» Николай Ларин, к нему воспитанники академии постоянно приходили советоваться о продолжении карьеры».

Работа клубов, которые строят свою политику вокруг выгодных перепродаж, отличается проектным подходом к развитию футболистов, объясняет «Ведомости. Спорту» Армен Маргарян, отработавший сезон главой селекционного отдела в «Нижнем Новгороде», а до этого возглавлявший направление молодежного скаутинга в «Зените».

«Когда футболиста воспринимают как актив, который принесет пользу сначала самому клубу, а затем за счет продажи, его развивают соответствующим образом, — рассказывает Маргарян. — В «Монако», в «Бенфике» понимают, что готовят игрока на экспорт, и отталкиваются от того, что нужно для повышения трансферной стоимости. Подведение к основному составу — только первый, самый очевидный шаг. Психолог, чтобы повысить самооценку и уверенность в себе, индивидуальный подход к физподготовке и восстановлению, капитанская повязка и т. д. — все работает на статус и ценник».

Когда речь об игроке из собственной молодежной системы, как в случае с Мбаппе и «Монако», на первый план выходит перевод из юношеского футбола во взрослый — и это в первую очередь задача тренеров. Их преимущество — доскональное понимание сильных и слабых сторон игрока, а дальше — постепенный рост игрового времени, адаптация на новом уровне. Так параллельно клуб и извлекает пользу для себя, и презентует футболиста на рынке.

Если игрок входит в европейский топ среди ровесников на своей позиции, клуб уже уверен: у него в распоряжении талант, который сначала дойдет до класса того же «Монако», а затем сам будет повышать средний уровень команды, продолжает Маргарян.

Где место наших клубов

Александр Маньяков уверен, что и российские клубы могут быть частью эффективных трансферных цепочек, но в этом случае команда должна следовать соответствующей философии.

«В России чаще просто мерятся амбициями: победить, чтобы в определенном кругу этим похвастаться и указать, что один клуб не чета другому», — рассказывает он «Ведомости. Спорту». И уточняет, что такой подход трудно состыковать с кропотливым развитием системы, в которой росли бы молодые футболисты для выгодной продажи.

В то же время, напоминает Маньяков, успешные сделки в российской лиге были: серб Неманья Видич переходил из «Спартака» в «Манчестер Юнайтед», голландец Квинси Промес — в «Севилью» тоже из московского клуба, Мартин Шкртел — из «Зенита» в «Ливерпуль». Не такой очевидный пример: ивуариец Эбуэ Куасси, которого «Краснодар» развил в своей системе младших команд, а затем продал в шотландский «Селтик» за 3,5 млн евро. Все эти продажи были выгодными для представителей РПЛ.

Александр Головин переехал в Монако сразу после ЧМ-2018 /imago images / PanoramiC

Отдельно на этом фоне — переход в «Монако» Александра Головина из ЦСКА сразу после чемпионата мира-2018. Он переехал в Москву из Кемеровской области 16-летним, в 20 лет стал основным игроком и в клубе, и в сборной России (в том числе сыграл на Евро-2016), а в 22 был продан за 30 млн евро — это рекордная стоимость для российского футболиста. 

Контракт россиянина с «Монако» действует еще два года, варианты продажи атакующего полузащитника обсуждают регулярно, но из-за травм он пока не стал главным активом клуба на трансферном рынке, хотя регулярные сделки по другим футболистам снижали конкуренцию в атакующей линии.

Армен Маргарян в разговоре с «Ведомости. Спортом» приводит более скромный, но тоже показательный пример развития игрока из своей практики: «Нижний Новгород» перед началом сезона взял в аренду 19-летнего на тот момент полузащитника Кирилла Кравцова у «Зенита» — селекционер хорошо знал его по работе в Петербурге, главный тренер Александр Кержаков — по юношеской сборной, которую возглавлял до «Нижнего».

«Мы были уверены, что Кирилл сразу поможет команде, а он, более того, стал прогрессировать и потянул вверх средний уровень, — рассказывает Маргарян. — Таким образом мы решили сразу две задачи: и сиюминутную по усилению команды, и по выводу футболиста на новый уровень. К тому же для «Зенита» это тоже плюс: теперь они, если не захотят оставить у себя, могут продать Кравцова за 1,5–2 млн евро».

У европейских клубов есть еще и двухлетний гандикап перед российскими, обращает внимание Маргарян: там переходить игрок может с 16 лет, а в Россию приехать — только с 18, потому что по регламенту Российского футбольного союза иностранцы не могут участвовать в соревнованиях, а значит, их бессмысленно приглашать в академии. Из-за этой особенности средние европейские клубы раньше получают талантливых футболистов в свою систему.

«При этом качество работы скаутов, принципы поиска, на мой взгляд, у нас с ведущими европейскими организациями не отличаются, — говорит Маргарян. — Например, в «Зените» мы сотрудничали со спортивным директором Хавьером Рибалтой, который до этого работал в «Ювентусе» и «Манчестер Юнайтед», и мы говорили на одном языке, сходились во взглядах на оценку потенциальных новичков. Эрик Штоффельхаус в «Локомотиве», работавший в «Шальке», — тоже. Специалисты у нас не хуже, чем в европейских клубах. Дальше работает просто разница в подходах».