Технологии
Бесплатный
Ханна Кюхлер
Статья опубликована в № 4080 от 24.05.2016 под заголовком: «Я не соответствую стереотипам, и это смущает людей»

«Я не соответствую стереотипам, и это смущает людей»

Гендиректор YouTube Сьюзан Вожицки о том, как изобрести телевидение еще раз и почему Кремниевой долине выгодно нанимать больше женщин

Десять лет назад Google купил YouTube за $1,65 млрд. Видеохостингу был год от роду. Об этой сделке ветеран дотком-индустрии, гендиректор HDNet и HDTV cable network Марк Кьюбан отозвался лаконично: «Идиотская». Сейчас для нее больше подходит слово «пророческая».

Как Google 10 лет назад

На YouTube загружается 400 видео в минуту. Его ролики смотрит более 1 млрд человек, т. е. каждый третий интернет-пользователь в мире. Благодаря YouTube ребятишки, играющие с видеокамерой в детской, просыпаются знаменитостями с миллионами просмотров. Некоторые потом дойдут до собственных телешоу, книг и коллекций одежды.

Музыку на YouTube слушает больше людей, нежели вместе на Spotify и Apple Music.

Я говорю Сьюзан Вожицки, что YouTube перекраивает поп-культуру и целые индустрии во всех странах так, что по степени воздействия напоминает сам Google. «Google очень велик, – отвечает она на комплимент. – Но вот смотрю я на YouTube, и возникает чувство, что он – как Google 10 лет назад. Я вижу потенциал для роста».

Youtube

Видеохостинг Владелец – Google. Финансовые показатели официально не раскрываются. Выручка (2015 г., оценка исследовательской компании eMarketer) – $2 млрд. Интерфейс переведен на 76 языков мира, сайт локализован более чем в 88 странах. По данным DigitalTrends, аудитория – 1 млрд уникальных пользователей в месяц (каждый третий интернет-пользователь в мире). По данным comScore, занимает первое место по собственности онлайн-контента в феврале 2016 г. (только в США) с 182,2 млн уникальных пользователей. По данным Alexa, является вторым по популярности сайтом в мире (после Google). По данным eMarketer , контролирует около 20% рынка видеорекламы США. Общая продолжительность просмотра всего отснятого контента составляет уже больше 70 млн часов (март 2015 г.). Основана в феврале 2005 г., поглощена Google в ноябре 2006 г. за $1,65 млрд.

Мы встречаемся в Tamarine, фешенебельном ресторане вьетнамской кухни в калифорнийском Пало-Альто, который напоминает гостиничный бар. Вожицки одета в черную майку без рукавов. В ушах у нее серьги-кольца в виде шестигранников, которые, когда она здоровается со мной, колышутся, как логотип Windows при загрузке, да и сверкают не хуже. За соседним столом группа юношей спорит о том, что стартапам не обойтись без методологии. Ресторан расположен на Университи-авеню, где самое что ни на есть логово мировой технологической индустрии маскируется под заурядную улицу в пригороде. 47-летняя Вожицки впервые пообедала на этой улице 17 лет назад, когда Google перебрался из ее гаража в свой первый настоящий офис неподалеку.

Начало

Работа Вожицки должна быть объектом зависти для подростков со всего света, пусть многие из них никогда не слышали ее имени – она не очень раскрученный в медиа персонаж. Годами она не вылезала из штаб-квартиры, управляя рекламным бизнесом Google. Начав карьеру с маркетолога, когда в компании работало всего 15 человек, она доросла до старшего вице-президента по рекламе, проводящего многомиллиардные сделки. Ее работа была одной из самых важных для компании, зарабатывающей в основном на рекламе.

Но из-за того что Вожицки – женщина, люди считали, что она была простым продавцом, а не ответственным за развитие рекламного продукта, сетует моя собеседница: «Я не соответствую стереотипам, и это смущает людей. А когда я говорю, что у меня пятеро детей, это приводит их в еще большее замешательство».

Вожицки была беременна первым ребенком, когда пришла на работу в Google в 1999 г. А самый младший появился на свет после того, как она возглавила YouTube в 2014 г. В январе этого года она была на Всемирном экономическом форуме в Давосе и постила в Twitter фото бутылочки с грудным молоком, выставленной на балкон, чтобы оно не портилось в тепле.

В YouTube перед ней поставили две задачи – отобрать рекламу у телевидения и развивать сайт. Среди ее нововведений – подписка, дающая право на просмотр без рекламы, создание оригинального контента и поддержка видеоконтента, связанного с виртуальной реальностью. «Это совсем не похоже на работу с рекламой. Но мне нравится креативность, которой требует эта должность. Думаю, это прикольно. Я прониклась этим, и я люблю знакомиться с авторами контента».

Приятельствует ли она с такими обитателями YouTube, как Тайлер Окли, у которого 8 млн подписчиков, или шведский геймер PewDiePie, у чьего канала Bro Army 43,6 млн фанатов? «Я думаю, множество людей не понимают, что YouTube – это на самом деле компания, которой управляют люди и где есть гендиректор, – смеется Вожицки. – Но я думаю, что они нервничают, волнуются и хотят знать, как мы им можем помочь. Порой они отпускают шуточки вроде «не отключайте мой канал».

Другие тоже захотят посмотреть

Нам приносят закуски. Вожицки выбрала четыре банана в тесте, похожие на латиноамериканские пирожки эмпанадас. Мое блюдо морских гребешков крудо (т. е. сырых. – «Ведомости») напоминает орнаментальную вазу в центре свадебного стола, по странной прихоти украшенную не цветами, а клубникой. Вожицки и до этого активно жестикулировала во время разговора. Теперь она берет палочки для еды и продолжает с их помощью акцентировать внимание на самых важных моментах.

Со стороны переход Вожицки в YouTube может выглядеть странно. На самом деле она была одним из инициаторов его покупки. В то время она руководила созданием собственного видеохостинга Google. Но, вместо того чтобы развивать свой проект, компания решила купить YouTube. Когда стало понятно, что на него есть другие претенденты, Google развил бурную активность. Вожицки написала бизнес-модель хостинга, чтобы обосновать сделку. «Надо было сделать это крайне быстро. Я уложилась где-то в час», – говорит она и вспоминает, как в 2005 г. поняла, что любительское видео – это серьезный бизнес. «Это были ребята, которые пели Backstreet Boys в общежитии... это было в Китае. А на заднем плане было видно, как их сосед по комнате делает домашнее задание, – рассказывает Вожицки о клипе китайского дуэта Back Dorm Boys, который в своих роликах поет под фонограмму мировые хиты. – Это был первый хит на YouTube. Я поняла: о! другие люди тоже захотят это посмотреть!»

Сейчас у YouTube больше зрителей от 18 до 49 лет, чем у американских кабельных телеканалов. Вопрос в том, как заинтересовать интернет-видеохостингом людей постарше? Ответ Вожицки – учить их чинить вещи: «Обычно, когда я встречаю представителей старшего поколения, слышу от них истории вроде «Ого! Я починил свою машину». Или, как рассказывала одна пожилая женщина, «мой муж скончался и пришлось учиться самой чинить все дома».

Сама Вожицки недавно воспользовалась YouTube, чтобы заменить сдохшую батарейку в ключе от ее гибридной Toyota, иначе та отказывалась заводиться.

Как заново изобрести телевидение

А думала ли она завести свой собственный канал на YouTube? «Здорово было бы сделать шоу о женщинах в бизнесе. Ведь я сама такая, и есть женщины-предприниматели, которым это интересно. Но реальность такова, что у меня не хватает времени, чтобы сделать шоу хорошо. Так что, может быть, позже, когда я буду работающей пенсионеркой».

YouTube активно экспериментирует. Ввел подписку Red, которая дает за $9,99 в месяц право смотреть ролики без рекламы. Выпускает собственные шоу и фильмы под брендом Red Originals. Например, передачу Prank Academy, где разыгрывают знаменитостей YouTube.

Вожицки рассказывает подробности о том, что такое «заново изобрести телевидение». Американцы проводят перед телеэкраном 3–5 часов в день. Но если телевизор будет в кармане, это время увеличится за счет поездок на метро или ожидания в очереди в супермаркете.

«Мы думаем о том, как телевидение будет бороться за следующее поколение? Сейчас, когда у нас новый способ доставки изображения, когда есть интернет, как должно выглядеть телевидение? Его нужно делать глобальным, социальным, трансграничным, показывающим по запросу – работы непаханое поле», – говорит она.

Голливуд и звукозаписывающие компании также считают YouTube конкурентом. Крупные кинокомпании попытались снизить угрозу, инвестируя в сайты, продвигающие их звезд. Музыкальные студии поносят YouTube на чем свет стоит за то, что получают мало доходов от проигрывания видеоклипов на этой платформе. Немало упреков вызывает и система, автоматически распознающая музыку пользователей и блокирующая ролики с лицензионным контентом. Вожицки застывает при этих словах. Ей как раз предстоят непростые переговоры по поводу лицензионных соглашений.

Она будет креативной

Вожицки кладет палочки на стол и переводит беседу на то, что считает новыми возможностями для звукозаписывающей индустрии: «Рекламный бизнес, например, в новинку музыкальным компаниям. Я думаю, преимущество, которое мы видим, в том, что теперь они смогут получать прибыль от всех пользователей, тогда как в прошлом доход им приносили в основном 20%, готовых платить за музыку».

Она не решается заявить, что доходы от рекламы на YouTube компенсируют падение продаж альбомов. Вожицки ограничивается туманным заявлением, что новая подписка, освобождающая от просмотра рекламы, оказалась весьма выгодным делом.

Вожицки еще не закончила с закуской, а нам несут основные блюда. У меня – сибас с лемонграссом и чесноком. Подается с манго и стеклянной лапшой с кориандром. У нее – горка тофу на тарелке. «Вау, сколько сыра!» – не может сдержать она восклицание. Поданный с блюдом тофу шарик риса приводит ее в замешательство: «Должна ли я положить его на тофу? Над шариком риса, водруженным на тофу, она спрашивает: «Могла ли я положить это на тофу? Буду креативной!»

Личное и рабочее

Forbes оценивает состояние Вожицки в $300 млн. Но ее знакомство в конце 1990-х гг. с основателями Google Ларри Пейджем и Сергеем Брином началось из-за опасений, что она не сможет рассчитаться по долгам. Вожицки только что окончила бизнес-школу и еще не выплатила студенческий заем. К тому же недавно вышла замуж. Так что она сдала паре друзей гараж и пару комнат по цене, как уверяет, чуть ниже рыночной: $1700 в месяц: «Это была честная цена. Мы все на нее согласились».

Google ютился в ее гараже всего пять месяцев, а потом снял офис в Пало-Альто. Но Вожицки успела оценить потенциал интернета и ушла из Intel, чтобы работать с Пейджем и Брином: «Я стала присматриваться к интернет-компаниям, которые выглядели инновационным, захватывающим бизнесом. То, что они делали, казалось мне важным. Естественно, я уже была в курсе дел Google, ведь они работали в моем доме».

Ожидая потока лестных слов, я спрашиваю: то есть Пейдж и Брин вызвали у нее желание работать вместе? «Ну не совсем... – замялась она, улыбаясь. – Когда я впервые пришла к ним, просто чтобы оценить перспективы, я была старше них, у меня был диплом о бизнес-образовании и опыт работы. Так что я с опаской думала о работе на двух студентов. Именно так я к ним и относилась: студенты, затеявшие свою первую компанию». Но сейчас, имея за плечами годы совместной работы, Вожицки признается: когда нужно принимать трудные решения, она часто задумывается, что сказали бы Пейдж и Брин.

Несмотря на то что Вожицки выросла в Кремниевой долине, с IT-индустрией она практически не пересекалась, если не считать того, что срезала путь к школе через парковку Hewlett-Packard. Семья была далека от компьютерных технологий. Отец – Стенли – преподавал физику в Стэнфордском университете. Бабушка возглавляла славянский отдел библиотеки конгресса США во времена холодной войны. Но работу в Google Вожицки считает продолжением семейной традиции – ведь она тоже имеет отношение к свободному обмену информацией.

Google стал частью ее семьи. В этой компании работал ее муж Деннис. Ее сестра Энн, гендиректор стартапа по генетическому тестированию 23andme, была замужем за Брином. Стал ли их развод в 2013 г. трудным периодом и для Вожицки? Она невозмутимо парирует, что никогда не мешала личное и рабочее и другим это не советует. К тому же она подчиняется не Брину и Пейджу: «Для любой семьи любой разрыв – нелегкий этап, но на работе он никак не отразился».

Большая несправедливость

Какие чувства она испытывает, когда публично рассказывает о своей семье? «Я во всеуслышание говорю, что родила пятерых детей, потому что, думаю, многим женщинам трудно поступить так же. Они не хотят говорить на эту тему, опасаясь, что это навредит карьере. И это большая несправедливость», – объясняет она.

Я соглашаюсь, что справедливости тут мало. Но предполагаю, что у нее было куда больше возможностей совмещать работу и семью, чем у большинства женщин. «Да, это так. Но в самом начале работы все было иначе. У меня не было никаких особых ресурсов – помните, я сдавала часть дома? Это правда, сейчас у меня возможностей куда больше. Но и детей у меня побольше, чем у многих», – смеется она.

Женщины-руководители редки в технологической отрасли, где к прекрасному полу принадлежит менее пятой части работников крупных компаний. Вожицки перечисляет топ-менеджеров по пальцам одной руки: Мег Уитман из HP, Вирджиния Рометти из IBM, ее бывшая коллега по Google Марисса Майер, возглавившая Yahoo, и Шерил Сэндберг из Facebook.

Последняя активно агитирует женщин строить карьеру, высказываться без опаски и занимать жесткую позицию на переговорах. Ее книга «Не бойся действовать: Женщина, работа и воля к лидерству» стала бестселлером.

Вожицки идет другим путем. Она призывает женщин становиться программистами и ратует за введение оплачиваемого декретного отпуска. Это сумасшествие, что США – единственная развитая страна, где нет такого федерального закона, возмущается она (см. врез).

Что нужно женщинам

В США женщина может претендовать только на 12 недель неоплачиваемого декретного отпуска, да и то с рядом оговорок (например, закон не распространяется на проработавших менее года или компании со штатом менее 50 человек). Часть зарплаты родившая американка может сохранить только в двух случаях. Если она живет в Калифорнии, Нью-Джерси, Нью-Йорке, Род-Айленде и на Гавайях, где местные власти приняли соответствующий закон. Или компания добровольно платит роженицам. В колонке для The Wall Street Journal за 2014 г. Вожицки писала, что на оплачиваемый декрет могут рассчитывать 12% американских работниц. В итоге четверть женщин возвращается в офис менее чем через 10 дней после родов. Это увеличивает риск послеродовой депрессии и мешает грудному вскармливанию (в итоге на лечение детей тратятся миллиарды долларов ежегодно). Сам Google в 2007 г. увеличил срок оплачиваемого декретного отпуска для сотрудниц с 12 до 18 недель, что и другим советует. Вожицки ссылается на опрос работодателей Калифорнии после того, как закон обязал их платить ушедшим в декрет. В 91% случаев прибыль компании или увеличилась, или как минимум не изменилась. Опрошенные особо отметили увеличение производительности, повышение морального духа и снижение текучести кадров.

СвернутьПрочитать полный текст

Виртуальная реальность

Вожицки изучала в Гарварде историю и литературу. Но за год до выпуска обнаружила, что ей интересно программирование, и перевелась на другой поток. «Программирование – это как писательство, а мы живем в эпоху новой промышленной революции. Сложилось так, что, может, каждый и умеет пользоваться компьютером, как умеет читать, но не умеет писать. Как бы выглядела литература, если бы только 20% авторов были женщинами? Ну у нас было бы куда меньше великих книг», – проводит она ассоциацию, видимо вспоминая о всемирно известных англоязычных писательницах романов – жанра, который стал ведущим в XVIII–XIX вв.

Едва притронувшись к тофу, Вожицки возвращается к бананам в тесте. «Думаю, вы заказали блюдо получше», – замечает она, но хвалит свой тофу и предлагает мне попробовать. Я отказываюсь.

Мы говорим уже полтора часа. Хотя Вожицки выглядит безмятежно, я осознаю, что у нее наверняка полно дел. Перед тем, как расстаться, я намерен выведать ее точку зрения на будущее онлайн-видео. Доведется ли нам пожить в мире виртуальной реальности, где трансляция идет в прямом эфире, а картинка – панорамная, с углом обзора в 360 градусов?

YouTube инвестирует во все три технологии, но Вожицки остается реалистом: виртуальная реальность – вещь крайне увлекательная, но она пока что будет технической новинкой, а не нормой жизни: «Мы не смотрим безвылазно фильмы, но они влияют на наше мировоззрение. Мы не ходим часто в парки развлечений, но, когда все-таки их посещаем, это запоминается. Думаю, виртуальная реальность может восторгать нас так же, как путешествие или поход в кино. Я верю, что она станет важной частью повествования в будущем». Энтузиастов, творцов YouTube затянет виртуальная реальность? Мне становится немного страшно...

Аккуратно складывая салфетку, Вожицки благодарит меня и официанта. Мы договариваемся еще раз встретиться на конференции VidCon, которая ежегодно проходит в Калифорнии. Охваченные современной версией битломании подростки стремятся туда, чтобы встретиться с любимыми звездами YouTube. Я спрашиваю, не берет ли она с собой на эту конференцию затычки для ушей. Меня как-то придавила к стене лифта ватага галдящих фанатов YouTube. «О, нет. У самой дом полон вопящих детей», – говорит она и снова улыбается.

Перевел Антон Осипов