Статья опубликована в № 4209 от 23.11.2016 под заголовком: Кроме ОПЕК, присматривать за нефтяным рынком некому

«Кроме ОПЕК, некому присматривать за нефтяным рынком»

Отправленный в мае в отставку министр нефти Саудовской Аравии Али аль-Наими раскрывает секреты ценообразования на нефтяном рынке

Я всего несколько минут обедаю с Али аль-Наими, а мысленно мы уже в тысяче миль отсюда, в другой эпохе, скачем через пески на востоке Саудовской Аравии на белом верблюде его матери. Это было ее приданое ко второму замужеству. В 1950-х она путешествовала по пустыне на верблюде, как сейчас женщины бедуинов за рулем автомобилей и грузовиков. В удаленных уголках королевства редко вспоминают возмутительные правила, которые запрещают женщинам водить машину. Восьмидесятиоднолетний аль-Наими, легендарный когда-то министр нефти Саудовской Аравии, улыбается: «В прошлом вы часто видели женщин верхом на верблюде, а сейчас вы видите их за рулем пикапа Toyota с верблюдом в кузове».

Мы сидим в George, изысканном ресторане и частном клубе в центре района Мэйфейр, за небольшим круглым столиком с принтом Дэвида Хокни (художник, график и фотограф, видный представитель поп-арта XX в. – «Ведомости»). Миниатюрный аль-Наими одет в костюм-тройку – возможно, несколько формально для шикарной модерновой обстановки. Два десятка лет, формируя политику крупнейшего в мире экспортера нефти, аль-Наими был титаном на энергетическом рынке. Нефтяной король никогда не любил журналистов. Они неотступно преследовали его все эти годы, самые настырные сопровождали его на утренних пробежках во время саммитов ОПЕК: пытались проникнуть в суть его порой загадочных высказываний, понять его настроение и даже расшифровать язык тела, чтобы выяснить, куда двинутся цены на нефть. Порой аль-Наими относился к ним с юмором, порой становился сварлив. Сейчас, через полгода после выхода в отставку, он смягчился и готов рассказывать.

Недавно вышли его мемуары под названием «Из пустыни. Мой путь кочевника-бедуина к сердцу мировой нефти» (Out of the Desert. My Journey From Nomadic Bedouin to the Heart of Global Oil). Аль-Наими возвращается к историям из детства, прошедшего в бедуинском шатре. Я же подталкиваю его к разговору о крупнейшей ставке, сделанной им за долгую карьеру. В ноябре 2014 г., когда цены на нефть падали, он уговорил королевскую семью на крупную авантюру. Десятилетиями страна играла стабилизирующую роль, наращивая или снижая добычу нефти, чтобы сгладить скачки цен. Но в тот раз Саудовская Аравия отказалась от прежней политики и всех ошеломила: вместо сокращения производства ради удержания цены страна сохранила объем добычи, чтобы не потерять долю на рынке. Мировая экономика до сих пор ощущает последствия этого решения. После четырех лет, когда за баррель давали более $100, котировки скатились к $30, а сейчас колеблются около $50.

Мы начинаем трапезу сашими из желтохвоста. Аль-Наими заказывает как основное блюдо камбалу, а я выбираю филе черной трески. Нам приносят заказ, и аль-Наими оживляется при виде брокколи – берет кусочек, одобрительно кивает и рассказывает, как впервые попробовал этот овощ в Австралии. Завзятый путешественник и геолог по образованию, аль-Наими иногда выбирает для походов необычное время. Например, его знаменитое исчезновение в преддверии встречи ОПЕК 2014 г. повергло рынки в неистовство. «Люблю лазить по горам, так что смотался в Австрию», – говорит он так, будто это была заурядная поездка.

«Встреча закончена»
«Встреча закончена»

В своих мемуарах «Из пустыни» Али аль-Наими вспоминает, что, когда его назначили министром нефти, он был далеко от родины – ловил лосося на Аляске. Услышав о новой должности, он первым делом спросил, есть ли у него выбор, и, услышав «нет», отправился рыбачить дальше. Он сидел, забрасывал удочку и размышлял о переменах, до тех пор пока перед ним внезапно не зарычал, встав на задние лапы, медведь. «Был ли это знак или нет, но я понял, что выбора нет. Надо возвращаться в Саудовскую Аравию», – пишет аль-Наими. Бывший министр вспоминает и о том, как один из помощников поинтересовался у него в ноябре 2014 г., каковы шансы, что ведущие нефтяные державы, не входящие в ОПЕК, – Россия, Мексика, Казахстан и Норвегия снизят добычу: «Я поднял правую руку и сложил пальцами знак «ноль». Он описывает, как на встрече в Вене в ноябре 2014 г. с Игорем Сечиным и представителями Венесуэлы и Мексики россиянин и мексиканец отказались уменьшать добычу. «Похоже, никто не может снизить [производство нефти], так что, думаю, встреча закончена», – заявил аль-Наими (цитата по Bloomberg). Как вспоминает в книге аль-Наими, было ясно, что даже его собственная команда оказалась не готовой к такому, не говоря уже об остальных... Фото: Depositphotos / PhotoXPress

По мере того как мы расправляемся с обедом, аль-Наими объясняет логику судьбоносного решения, принятого в 2014 г. Эпоха цен на нефть более $100 за баррель коренным образом изменила рынок. На него вышли новые производители с высокой себестоимостью добычи, а в США началась сланцевая революция. Когда нефть буквально залила рынок, не входящие в ОПЕК страны отказались сокращать добычу. Да и в самой ОПЕК не было согласия, а Саудовская Аравия не собиралась действовать в одиночку. «Со стороны Саудовской Аравии было бы глупостью согласиться на сокращение добычи нефти, – рассуждает аль-Наими. – [На рынок] вышло бы больше нефтедобытчиков не из ОПЕК. У нас не было выбора». В итоге нефти стало добываться больше, цены продолжили снижение и упали гораздо ниже, чем рассчитывали саудовцы. Это сильно ударило по доходам Саудовской Аравии, бюджет резко сократился. Аль-Наими в пух и прах раскритиковали на родине, а за рубежом многие задавались вопросом, аукнется ли ему этот шаг.

В своих мемуарах аль-Наими сохранил интригу, закончив их на моменте сразу после встречи ОПЕК два года назад. Когда я спрашиваю почему, в его глазах проскальзывает искорка и он улыбается. Полушутя он говорит, что собирается написать еще одну книгу, где подробнее расскажет о людях и событиях. Потом становится серьезнее и признается, что знал: все будет только хуже.

Аль-Наими никак не может забыть период в истории Саудовской Аравии, который в книге он описывает как ошибку, стоившую поста одному из его знаменитых предшественников – Ахмеду Заки Ямани (министр нефти в 1962–1986 гг. – «Ведомости»). Тогда, в 1980-е, произошел всплеск добычи у не входящих в ОПЕК производителей, работающих в Норт-Слоупе (Аляска), Северном море и Мексике, и Саудовская Аравия как раз сыграла роль стабилизирующего производителя. Но когда страна попыталась вернуть себе прежнюю долю рынка, цены рухнули.

Аль-Наими извлек урок и решил придерживаться иной тактики, но не войдет ли его собственный гамбит в историю как просчет? В конце концов, его преемник, Халид аль-Фалих, похоже, отыгрывает все назад. Между тем в Эр-Рияде, предсказывая, что снижение цен нанесет шельфовой добыче в США долгосрочный урон, недооценили устойчивость этого сектора. Да, несколько мелких производителей вышли из бизнеса, но в последние месяцы, когда цены стали постепенно восстанавливаться, стало ясно, что остальные выдержали бурю.

Аль-Наими известен своей целеустремленностью и упрямством и не намерен предстать перед мной с иной стороны. Без малейшего колебания заявляет, что был «абсолютно прав» в своем решении: «Я не думал и не говорил, что мы хотим убрать с рынка [шельфовую нефть]. Я сказал, что мы не хотим терять свою долю. Пусть цену определяет рынок. Любой, кто думает, что в сегодняшней ситуации он или какая-либо страна способны влиять на цены, сумасшедший». Отказываться от политики, рекомендованной им королю, неразумно, настаивает бывший министр: «Я понятия не имею, почему они хотят все переиграть, ведь высокие цены на нефть привлекут на рынок еще больше сырья и ОПЕК продолжит терять свою долю».

Он откладывает нож и вилку. Официантка бросает на нас взволнованный взгляд. Аль-Наими вежливо успокаивает ее – мол, с рыбой все в порядке: «Я сам рыбак и разбираюсь в хорошей рыбе, а это хорошая рыба». Потом поворачивается ко мне и возвращается в прошлое. В первый раз, вспоминает аль-Наими, рыбу он попробовал после свадьбы. Его жена родом из Бахрейна, островного государства к востоку от Саудовской Аравии, название которого на арабском означает «Два моря».

Удивительная история жизни аль-Наими отражает историю Саудовской Аравии, превратившейся в региональный центр силы. Аль-Наими родился в 1935 г., через три года после основания этого государства. Раннее детство он провел как бедный кочевник, чей дом – палатка посреди пустыни. Ребенком он пас овец, а в 12 лет устроился работать в офис нефтяной компании Aramco, которая тогда принадлежала американцам. Это произошло в результате семейной трагедии: Али пришел на смену старшему брату, умершему от пневмонии. Aramco стала его домом и семьей. Компания послала его получать первое официальное образование в Ливан, а затем в американские университеты (он до сих пор говорит с американским акцентом). С самого низа служебной лестницы аль-Наими поднялся до гендиректора компании. Когда в 1995 г. его назначили министром нефти и он получил влияние в ОПЕК, весь мир стал внимательно следить за аль-Наими. Два десятилетия он представлял доминирующую силу на саммитах, мировые рынки повиновались каждому его слову. Он видел нефть и по $16, и более чем по $100 за бочку. Он пережил мировые финансовые кризисы, войны и политические потрясения на Ближнем Востоке.

Снова и снова я чувствую его разочарование в ОПЕК. Он рассказывает мне о своем первом заседании комиссии в 1995 г., которое должно было начаться в 10 утра: «За пять минут до десяти я был в здании. Я ждал, я ждал, я ждал. В 11 часов почти никого еще не было. Без десяти двенадцать министры стали входить, и мы наконец-то собрались. Я поднял руку и сказал: если хотите встречаться в полдень, пожалуйста, скажите нам, что встреча в полдень. С тех пор люди начали внимательно относиться ко времени». «Некоторые министры приходили неподготовленными, – продолжает жаловаться аль-Наими. – У них не было данных, их сопровождали некомпетентные сотрудники, а иногда их не было вовсе».

В своей книге самую суровую критику аль-Наими обрушил на не входящую в ОПЕК Россию, провалившую обещание сократить добычу нефти во время финансового кризиса. Но он признается, что и члены ОПЕК лгали. Учитывая события последних двух лет, может быть, ОПЕК себя изжила, предполагаю я. «Ни за что! – настаивает аль-Наими. – Кроме ОПЕК, некому присматривать за нефтяным бизнесом. До 2014 г. она действовала успешно, но потом у всех появились отговорки».

Карьера аль-Наими подошла к завершению в мае этого года, когда ему позвонил Салман ибн Абдул-Азиз аль-Сауд, взошедший на престол 23 января 2015 г. Неделю спустя было официально объявлено об отставке аль-Наими, о которой на рынке годами ходили слухи. Это случилось через добрых 10 лет после того, как сам аль-Наими впервые упомянул об отставке, и случилось в очень неподходящий момент. Аль-Наими покинул сцену с мыслью, что не закончил дела: он все еще не знает, окупится ли ставка на сохранение доли Саудовской Аравии на нефтяном рынке.

Неудивительно, что аль-Наими истово верит в то, что ископаемое топливо будет необходимо еще долгое время. Он настаивает, что наука найдет способ снизить выбросы парниковых газов, а возобновляемые источники энергии слишком дороги для развивающихся стран. Саудовская Аравия присоединилась к Парижскому соглашению о климате, в декабре прошлого года сменившему Киотский протокол, но ее обвиняли в попытках сорвать переговоры.

«Давайте бороться с выбросами, а не с ископаемым топливом; у нас есть мозги, технологии, мы можем управлять выбросами», – говорит аль-Наими. Не в первый раз он пересказывает историю, происшедшую на конференции, участники которой призывали положить конец эпохе ископаемого топлива. «Я поднял руку и сказал: джентльмены, думаю, я вас услышал – я собираюсь вернуться в мою страну и заглушить все скважины, – аль-Наими усмехается. – В ответ разразился скандал: нет, нет, нет!»

Я рекомендую собеседнику заказать финиковый пудинг с карамелью, если он настроен на сладкое, а себе прошу принести тарелку сезонных фруктов. За кофе мы говорим о будущем Саудовской Аравии. Заняв трон, король Салман поручил экономические вопросы 31-летнему сыну, заместителю наследного принца Мухаммаду ибн Салману. Кабинет министров помолодел, а его повестка стала более радикальной.

После усиления аппаратного веса принца, которого в международных кругах прозвали по инициалам – MBS, замена 80-летнего аль-Наими казалась делом времени. Он потерял доступ к ближайшему окружению монарха и перестал быть единственным, кому позволено высказываться о нефтяной политике государства. (Принц заменил аль-Наими и на посту председателя совета директоров государственной нефтяной компании Saudi Aramco, контролирующей месторождения с запасами нефти примерно в 261,1 млрд барр. (15% мировых запасов), газа – 297,6 трлн куб. футов (4,5% мировых). – «Ведомости».) Перед встречей нефтепроизводителей в Дохе в апреле этого года Мухаммад ибн Салман и аль-Наими привели в замешательство рынки, делая заявления, частично противоречащие друг другу. Аль-Наими, впрочем, отрицает какие-либо противоречия и объясняет, что их слова были неверно истолкованы.

MBS пообещал покончить с «зависимостью от нефти». Saudi Aramco готовит IPO. Сама мысль об этом была табу во времена короля Абдуллы, с которым аль-Наими работал плотнее всех остальных монархов. Субсидии энергетическому сектору была урезаны, как и льготы госслужащих. Я интересуюсь, будет ли эта диверсификация удачнее, чем предыдущие и в основном провальные попытки, предпринимавшиеся на протяжении последних 20 лет. В ответ бывший министр советует посмотреть на нефтяные котировки. Когда цены падают, Саудовская Аравия начинает действовать, когда вырастают – «расслабляется». На этот раз все серьезнее, чем раньше. «Лучше всего прекратить болтать и начать действовать, – говорит аль-Наими. – Я верю, что мы находимся как раз на этом этапе. Мы начинаем действовать».

Пролетело уже часа два. Мы вернулись к первой теме – саудовские женщины и вождение. Может ли модернизироваться королевство, исповедующее ваххабизм в чистом виде и где священнослужители обладают всеподавляющим влиянием? Позволит ли оно женщинам богатеть и водить машину? Мой собеседник в последний раз делает исторический экскурс: 1979-й, революция в Иране. Реакция Саудовской Аравии на свержение шаха была, по словам аль-Наими, благочестиво-показной. Он верит, что контракт между монархией и религиозным истеблишментом, который дает право священнослужителям навязывать социальные нормы, потихоньку ветшает. А старшее поколение принцев, которое было главной помехой на пути женщин к водительским правам, в последние годы стало покидать этот мир. У аль-Наими пять внучек, все имеют права, полученные за пределами родины. «Я либеральный дедушка, я сказал им всем: «Не женитесь, пока не получите образования. Мир меняется. Давайте меняться вместе с ним».

Перевел Антон Осипов

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать