Статья опубликована в № 4216 от 02.12.2016 под заголовком: Налог на будущее

Чиновники уже начинают обсуждать реформу налогов на доходы и труд

После 2018 года налоговую систему ждут изменения, предупредил Путин
  • Елизавета Базанова,
  • Маргарита Папченкова,
  • Филипп Стеркин
  • / Ведомости

О предстоящей налоговой реформе в четверг объявил в послании Федеральному собранию президент Владимир Путин: предложения должны быть рассмотрены в 2017 г., приняты – в 2018 г., заработать – с 2019 г. и зафиксированы надолго. Налоговая система должна быть стабильна шесть лет, пояснил позже министр финансов Антон Силуанов. То есть в течение следующего президентского срока.

Некоторые изменения Путин назвал – упорядочить льготы, повысить их адресность, отказаться от неэффективных, чтобы стимулировать деловую активность. О первом повышении нагрузки уже объявлено: с 2019 г. страховые взносы в ФОМС вырастут на 0,8 п. п. до 5,9%, общая ставка – до 30,8%.

Систему налоговых льгот нужно улучшать, говорится в отзыве Высшей школы экономики на проект бюджетного прогноза Минфина.

Пока у чиновников нет готовых рецептов реформы. Нужно решить – сдерживать расходы или повышать налоги: смотреть на НДС, налог на прибыль, который можно централизовать в федеральный бюджет (доля уже увеличена с 2 до 3 п. п. из 20%), перечисляет человек, участвующий в обсуждении налоговой политики. Необходимо оценивать ситуацию с точки зрения не только бюджета, но и социально-политических целей, говорит федеральный чиновник. Два вероятных источника дополнительных доходов – прогрессивная шкала НДФЛ и реформа нефтяных налогов, считает он: это отвечает социальным целям и не ухудшает ситуацию в экономике.

Нарушения моратория

В 2014 г. Путин объявил мораторий на изменение налоговых условий для бизнеса и населения. Но выполнялся он частично. Будут расти сильнее, чем ожидалось, ставки акцизов, всему бизнесу придется больше платить налога на прибыл. В 2017–2020 гг. налогооблагаемую прибыль можно будет уменьшить на прошлые убытки не более чем на 50%. Ограничено будет и применение так называемой модернизационной льготы – по налогу на движимое имущество, поставленное на баланс после 2013 г. С 2018 г. она будет действовать в тех регионах, которые ее одобрят. К росту нагрузки и на население, и на бизнес может привести и отмена моратория на изменение кадастровой стоимости недвижимости с 2018 г.

Думать надо в первую очередь о налогообложении труда – нужны ли страховые взносы и прогрессивный НДФЛ, считает человек, участвующий в обсуждении налоговой политики, отказываться от единой ставки подоходного налога не стоит. Минфин подготовит предложения по прогрессивной шкале НДФЛ к 2018 г., обещал Силуанов, но «с точки зрения администрирования плоская шкала наиболее эффективна». То, что идея обсуждается, подтверждала и вице-премьер Ольга Голодец. Она предлагает освободить от его уплаты бедных. Но для покрытия выпадающих доходов пришлось бы существенно повысить ставку, предупреждает федеральный чиновник.

Прогрессивная ставка дестимулирует предложение труда, которое сокращается на 0,5% в год из-за демографии, говорила директор Института социального анализа и прогнозирования Татьяна Малева. Правильный вариант – повысить общую ставку, оставив ее плоской и освободив от уплаты бедных, считает руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич.

Из бизнеса первым может пострадать нефтегазовый сектор, предупреждает чиновник финансово-экономического блока. Нагрузка на нефтяников и «Газпром» в 2017–2018 гг. и так вырастет по сравнению с 2016 г. почти на 600 млрд руб. Основные варианты дальнейшей реформы в нефтяной отрасли – завершение налогового маневра в 2018 г. (повышение НДПИ и снижение экспортных пошлин) и переход на части месторождений с НДПИ на новый налог, который зависит от дохода (НДД). Обе реформы не подаются как повышение нагрузки, хотя фактически означают отмену льгот. Льготы по НДПИ самые дорогие из всех налоговых преференций, говорил чиновник: в 2014 г. из-за пониженных ставок бюджет потерял 420,2 млрд руб.

Следом на очереди вся экономика. Минфин уже объявил, что после 2018 г. вернется к идее снизить взносы в обмен на повышение НДС, говорил Силуанов. Сейчас его бывший заместитель Максим Орешкин, разрабатывавший «маневр», стал министром экономического развития.

На бюджетных совещаниях Минфин предлагал снижать ставку взносов с 30 до 26% к 2019 г., а НДС – повысить с 18 до 20%. Путин отверг предложения, рассказывали чиновники, подтвердив объявленный им мораторий до конца 2018 г. «Маневр» должен был стимулировать чистый экспорт – снижение издержек на труд повышает конкурентоспособность экспортеров, которые не платят НДС, нагрузка переносится на импортеров, ждет Минфин, – а также вывести теневой сектор экономики и снизить бедность.

В первую очередь от повышения НДС пострадают потребители, предупреждает Александра Суслина из Экономической экспертной группы.

Повышение НДС крайне инфляционно: его рост на 1 п. п. разгонит инфляцию на 0,4–0,6 п. п., говорил эксперт, знакомый с обсуждением, а 1 п. п. инфляции – это 120 млрд руб. дополнительных расходов бюджета. Снижение общей ставки до 29% без отмены порога (сейчас зарплаты свыше определенного размера облагаются взносами по ставке 15,1%) приведет к выпадению доходов внебюджетных фондов в размере 0,3% ВВП, оценивает Суслина. Производители также боятся маневра. Для серьезного эффекта нужно и ставки сильно менять, предупреждает предправления крупной компании. Заложить повышение НДС в стоимость продукта не всегда получится, отмечает директор крупного производства. Особенно при ограниченной платежеспособности покупателей, согласен сотрудник крупного ритейлера. В условиях 2019 г. от маневра больше всего пострадает сектор частных услуг и торговля, признает федеральный чиновник, выиграют сельхозпроизводители, сферы образования и здравоохранения.

Рост издержек по НДФЛ при сохранении затрат на страховые взносы увеличит базу и для НДС и, следовательно, еще больше увеличит нагрузку по этому налогу, говорит директор промышленного холдинга: это двойной удар. И даже если нагрузка частично сократится, предприниматели не будут наращивать инвестиции без перспектив роста экономики, опасается он.