Почему российские реки остаются грязными

Текущие меры контроля и регулирования в сфере водоохраны могут не соответствовать ни поставленной задаче, ни интересам страны
Евгений Разумный / Ведомости

Росприроднадзор объявил о начале масштабной кампании по мониторингу состояния водных ресурсов – акваторий крупнейших рек и морских побережий. По планам ведомства, в период с июля по октябрь 2021 г. специальные комиссии проведут комплексный анализ состояния объектов на предмет соответствия требованиям природоохранного законодательства.

Объявленная программа станет далеко не первой, реализуемой в рамках нескольких подпунктов национальной программы «Экология». С начала ее реализации в 2018 г. Минприроды уже запускало несколько точечных проектов, одним из которых было «Оздоровление Волги» с бюджетом почти в четверть триллиона рублей.

Несмотря на масштаб программ и их значимость, эксперты и население, проживающее вблизи акваторий, продолжают регулярно говорить о неослабевающей проблеме промышленного загрязнения рек практически во всех регионах России.

«Ведомости» разбирались, как на самом деле обстоят дела в сфере защиты водных объектов, как ситуация менялась в последние годы, в чем на самом деле причины загрязнения и каким образом их пытаются решить надзорные ведомства.

Чем богаты российские реки

По данным Государственного доклада Минприроды о состоянии и об охране окружающей среды Российской Федерации от декабря 2020 г., уровень загрязнения рек в стране в 2019 г. вырос более чем на 15% по сравнению с предыдущим отчетным. Из документа следует, что за весь 2019 г. в России было зафиксировано 3095 случаев высокого и экстремально высокого загрязнения воды.

Минприроды пока не публиковало полный доклад о состоянии водных ресурсов в 2020 г. При этом, по данным исследования аудиторской компании FinExpertiza, за период с января по сентябрь 2020 г. число подобных нарушений уже превысило 2200. По словам аналитиков компании, даже снижение числа загрязнений не обязательно означает качественное снижение вреда. В первую очередь оно зависит от веществ, попадающих в воду.

Также негативно состояние водных ресурсов оценивали аудиторы Счетной палаты, которые по итогам двух лет реализации нацпроекта «Экология» говорили о «загрязнении практически всех рек в стране». По данным ведомства, 88% сточных вод, подлежащих очистке, сбрасываются неочищенными до требуемого уровня.

Основную нагрузку водные объекты несут из-за большого количества попадающих в них промышленных отходов, содержащих вредные химические элементы. Особенно актуальна эта проблема стала на фоне участившихся аварий на расположенных вблизи рек добывающих предприятиях. По данным все того же доклада Минприроды, в Волге, Оби и Енисее ежегодно фиксируют наличие в воде нефтепродуктов, фенолов и аммонийного азота.

По мнению заместителя председателя комитета по экологии «Деловой России» Натальи Беляевой, экологическое состояние водных объектов пока находится на достаточно низком уровне и требует постоянного мониторинга.

«Досконально оценить пропорциональность вклада промышленности и населения при коллективном сбросе достаточно сложно. Но, по данным Росводресурсов, все-таки наибольшая часть исходит именно от первых», – считает собеседник «Ведомостей».

В Минприроды запрос «Ведомостей» переадресовали в Росприроднадзор. В ведомстве в свою очередь заявили, что при проверках крупных рек, а также Черного и Каспийского морей, специалисты Росприроднадзора уделят особое внимание тому, как природопользователи соблюдают требования водоохранного законодательства.

Борьба с нарушителями

В текущей конфигурации основным держателем процесса по контролю чистоты водных ресурсов является Росприроднадзор. В последние годы ведомство приковало к себе особенно большое внимание, потому что именно ему на откуп было отдано разрешение всех крупных промышленных аварий – в том числе разлив нефтепродуктов на дочернем предприятии «Норникеля» на Таймыре или контроль утечек на продуктопроводах «Лукойла» в Коми.

При этом одной из ключевых задач Росприроднадзора является не только контроль состояния окружающей среды, но и определение размеров ущерба и сбор штрафов с нарушителей. Ведомство постоянно отчитывается об объемах полученных бюджетом средств. Например, в июне 2021 г. Росприроднадзор сообщил о двукратном превышении размера экосборов. По данным на 24 июня, ведомство уже собрало более 4,8 млрд руб., хотя за весь 2020 г. эта сумма составила почти 4 млрд, а в 2019 – около 2,5 млрд. 

При этом опрошенные «Ведомостями» эксперты неоднозначно оценивают такой механизм контроля и считают, что увеличение сборов и штрафов наоборот может говорить об ухудшении ситуации.

«Росприроднадзор и природоохранные ведомства должны отчитываться не за собранные деньги, а за то, насколько чище или грязнее стало. Высокие сборы, на самом деле, могут обозначать ухудшение экологической ситуации, а не ее улучшение», – считает генеральный директор компании «Карбон Лаб», эксперт международного центра устойчивого энергетического развития при ЮНЕСКО Михаил Юлкин.

При этом одной из основных причин сильного загрязнения рек может быть не безответственное отношение промышленности, но отсутствие возможности привести производство к высоким экологическим стандартам в короткие сроки.

Александр Фролов, заместитель генерального директора Института национальной энергетики считает, что в России «есть большой провал, связанный с отсутствием модернизации нашей промышленности в 90-е, от части в первой половине нулевых. По словам Фролова, до сих пор есть предприятия, которые не прошли модернизацию.

С ним, однако, не согласна Беляева из «Деловой России». По ее словам, «ситуация взята под федеральный контроль, и государственная политика становится жестче с каждым годом. Поэтому ситуация с загрязнением рек должна улучшиться».

В Росприоднадзоре планируют изучать объекты, которые являются потенциальным источником загрязнения водных ресурсов. «Данная работа позволит увидеть «объемную картину» экологического состояния конкретного водного объекта, установить основные очаги загрязнения водных объектов, в том числе для принятия управленческих решений как на федеральном, так и на региональном уровне», – подчеркнули в Росприроднадзоре.

А кто в ответе?

Помимо прогнозируемого улучшения ситуации с экологией на фоне крупных штрафов для бизнеса, взимания Росприроднадзора также имеют и другой эффект. Участники бизнес-сообщества и общественность еще с аварии «Норникеля» на Таймыре обсуждают необходимость более четкого регламентирования штрафов и их справедливости.

В июле 2020 г. президент России Владимир Путин подписал закон о зачислении штрафов за ущерб экологии водных объектов в бюджеты субъектов, на территории которых были зафиксированы нарушения. При этом в стране до сих пор нет четкого определения о необходимости направления этих средств на улучшение инфраструктуры, а распоряжаться ими можно и в других сферах.

Первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал считает, что такой подход к распределению средств со штрафов логически не отвечает задаче улучшения условий промышленных производств. Также, по его словам, еще одной причиной запроса бизнеса на справедливость является освобождение от ответственности реальных виновников проблем нынешней инфраструктуры.

«Перенаправляя средства на другие сферы жизнедеятельности власть накладывает на предприятия по сути двойной тариф – они должны и выплатить крупную сумму государству, и потратить средства на собственную инфраструктуру», – считает эксперт.

Вопрос инфраструктуры довольно остро стоит на повестке в том числе крупных предприятий добывающей промышленности. Многие заводы и транспортные узлы в России были построены еще в середине XX века, и с тех пор проходили в основном лишь небольшие работы по обновлению. В то же время, нефтегазовая отрасль, или, например, сектор химических удобрений являются одними из основных в структуре российского ВВП, и от их постоянной работы зависит и доход государственного бюджета, и уровень жизни во многих регионах. Помимо этого – иногда возникают ситуации, когда вред экологии наносится из-за технического брака, допущенного при строительстве объектов. В том числе в период, когда текущие эксплуататоры не являлись их заказчиком и принимающей стороной.

Таким образом, периодически возникают ситуации, в которых бизнес, в том числе, готов возместить нанесенный природе ущерб, но сталкивается с проблемой справедливости взысканий. Это может быть связано с привлечением третьих лиц, которые отвечали за качество возводимых объектов, но не привлекаются к ответственности за экологический вред, что также относится к последствиям тяжелого для промышленности периода девяностых и начала нулевых.

Фактически, крупный и средний бизнес сталкиваются с тем, что, во-первых, не имеют возможности использовать «стоп-кран» для реставрации или замены своей инфраструктуры, а во-вторых – несут ответственность за работу субподрядчиков, идущих через несколько колен компаний.

Под описание такого события, например, попадает авария на трубопроводе дочерней компании холдинга «Сибур» на Оби, произошедшая в марте 2021 г. По результатам проверки аварии Ростехнадзором было установлено, что причина аварии не была связана с эксплуатацией, а связана с работами на этапе установки третьей стороной.

Полученные результаты проверок будут использоваться при подготовке новых законодательных инициатив в части защиты водных объектов, пояснили в ведомстве. Кроме того, данная работа позволит расставить приоритеты в действиях властей при обеспечении охраны водоемов, пояснили в Росприроднадзоре. «Наша цель – объединить и сопоставить информацию о водопользователях и иных объектах, влияющих на экологическое состояние рек, с информацией о качестве природной воды, основных проблемах («горячих точках»), требующих незамедлительного решения», – отметили в ведомстве.