Многие страны, пытаясь стимулировать бизнес, снижают ставки налога на прибыль

Но компании все еще предпочитают офшоры
Многие компании все еще предпочитают офшоры /Максим Стулов / Ведомости

За последние 18 лет средняя ставка налога на прибыль компаний сократилась на четверть – с 28,6% в 2000 г. до 21,4% в 2018 г. Даже если исключить страны, где налог на прибыль не взимается (12 юрисдикций), снижение было существенным – до 24%. За это время ставку снизили 76 стран, оставили неизменной только 12 и еще шесть стран ее повысили. И если еще в 2000 г. в 12 странах ставка корпоративного налога превышала 40%, в 2018 г. на таком уровне она осталась только в Индии и то в отношении прибыли от дивидендов. К таким выводам пришли аналитики Организации экономического сотрудничества и развития, проанализировав налоговые поступления почти в 100 странах.

Снижение ставок приводит к росту ресурсов для инвестиций, но концентрируются они в руках богатых людей и среднего класса, что увеличивает неравенство, предупреждала директор Института социальной политики Высшей школы экономики Лилия Овчарова. Это подтверждали результаты исследования Суреша Налларедди и Хуана Карлоса Суареа Серрато из Университета Дьюка и Этана Руана из Гарвардской школы бизнеса: снижение ставки налога на прибыль в США на 1 п. п. увеличивает долю 10% самых обеспеченных американцев в доходах населения на 0,94–1,5 п. п., а 80% выгоды извлекает 1% самых богатых.

Экономисты Международного валютного фонда (МВФ) предлагают сменить корпоративные налоги на налог с денежных потоков. Отчасти такой переход реализовал президент США Дональд Трамп, проведя налоговую реформу. По ней базовая ставка налога на прибыль с 2018 г. была снижена с 35 до 21%. Налог на денежные потоки побуждает компании больше инвестировать, стимулируя в долгосрочной перспективе производство, потребление и рост ВВП, говорилось в исследовании МВФ: экспорт освобождается от налога на прибыль, а валюта укрепляется без защиты внутреннего рынка.

Но даже в США, которые пытаются приблизиться к такой налоговой модели, отношения к реформе неоднозначные. Снижение налогов придало дополнительный стимул и без того уверенному восстановлению экономики США, рост которой в 2018 г. превысил 3%. Но обещания бизнеса увеличить инвестиции полностью не реализовались – отчасти из-за торговой войны с Китаем. Между тем рост бюджетного дефицита, который еще больше увеличился из-за налоговой реформы и наращивания госрасходов, в долгосрочной перспективе может нанести экономике серьезный урон. «Мы выбрали очень нестабильную фискальную политику», – говорил Алан Ауэрбах, профессор экономики Калифорнийского университета в Беркли.

Не ясно, выиграют ли экономики других стран от снижения налогов для бизнеса. Пока они сражаются друг с другом за налоги, бизнес продолжает искать способы минимизировать их: в 2015 г. юрисдикции с почти нулевыми налоговыми ставками привлекли около 40% прибыли международных компаний, или 8% своего национального дохода, писали Томас Торслов и Людвиг Виер из Копенгагенского университета, а также Габриэль Цукман из Калифорнийского университета в Беркли: $600 млрд из $1,7 трлн транснациональной прибыли было выведено в офшоры. Из них 32% лишился ЕС, 30% – развивающиеся страны и еще 25% – США.