Эксперты сообщили о срабатывании почти всех индикаторов глобальной рецессии
Официальный кризис в мировой экономике начнется уже в 2023 году![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2022/9b/1ecv4w/original-1t9i.jpg)
Три из четырех опережающих индикаторов сигнализируют о рисках наступления глобальной рецессии в конце 2022 – начале 2023 г., говорится в аналитическом комментарии рейтингового агентства АКРА. Глобальной рецессией эксперты считают спад реального годового ВВП на душу населения в совокупности со снижением других показателей экономической активности (промышленное производство, занятость, потребление энергии и др.).
Согласно этому определению, за последние 70 лет было пять эпизодов глобальной рецессии: 1974–1975, 1981–1982, 1990–1991, 2008–2009 гг., два квартала 2020 г., оценили в АКРА. Остальные периоды снижения глобального ВВП не сопровождались спадом других макропоказателей, поэтому их нельзя назвать рецессией.
Первым индикатором, сигнализирующим о наступлении близкого кризиса, является ухудшение прогнозов мирового роста ВВП как минимум на 1 процентный пункт (п. п.) за год до событий, говорится в обзоре. Изменение прогнозов подобного масштаба наблюдается и сейчас, указывают эксперты. Международный валютный фонд (МВФ) в октябре понизил прогноз роста мировой экономики в 2023 г. до 2,7%, в июле МВФ прогнозировал рост на 2,9%, в январе – на 3,8%. В июне Всемирный банк ухудшил свой прогноз роста глобального ВВП в 2022 г. до 2,9% с ожидавшихся в январе 4,1%, в 2023 г. – до 3% вместо 3,2%. Международное рейтинговое агентство Fitch в сентябре понизило прогноз по росту мирового ВВП на 2023 г. до 1,7% с ожидавшихся в июне 2,7%.
Второй индикатор, по оценке АКРА, – это рост цен на энергоносители как минимум на 60% в реальном выражении за два года или меньше до кризиса. Это увеличивает издержки производства широкого набора товаров и услуг, что является признаком сокращения глобального предложения, отмечают аналитики. Минимум двум из пяти глобальных рецессий, произошедших за последние 70 лет, предшествовал исторически высокий рост цен на энергоресурсы, что наблюдалось и в 2021–2022 гг., говорится в обзоре. После начала специальной военной операции (СВО), 28 февраля, максимальная цена на фьючерсы Brent на лондонской бирже ICE достигала $130,14/барр., хотя еще в декабре котировки опускались до $72/барр. В марте 2022 г. цена нефти Brent превышала $120/барр., это происходило на фоне сообщений стран Запада о введении эмбарго на импорт энергоносителей из России.
1 декабря фьючерсы Brent на лондонской бирже торговались по $89,33. Из-за перебоев с поставками энергоносителей из России после начала СВО и введенных вслед за этим санкций цена на газ в начале марта установила абсолютный рекорд, когда котировки фьючерсов на TTF приближались к $3900/1000 куб. м. Впоследствии цены на газ в Европе снизились, но все еще кратно превышают допандемийный уровень.
Третий опережающий показатель – инверсия кривой доходности долларовых процентных ставок (так называемый term spread, который показывает разницу между доходностями длинных и коротких гособлигаций). Этот индикатор срабатывал с менее чем двухлетним лагом в семи из девяти эпизодов снижения глобального ВВП, отмечают в АКРА. Это означает, что многие риски на этом горизонте считаются инвесторами повышенными относительно долгосрочного равновесия. С июля 2022 г. среднемесячная разница ставок по двух- и 10-летним казначейским облигациям США находится на уровне ниже 0,15 п. п., напоминают в АКРА. «Ведомости» писали, что term spread между доходностями 10-летних и трехмесячных облигаций казначейства США впервые с марта 2020 г. вошел в отрицательную зону 18 октября, что сигнализирует о наступлении рецессии в Штатах в течение ближайших 12 месяцев.
В то же время несколько тенденций позволяют надеяться, что «на этот раз все будет иначе» и рецессии не будет, считают аналитики АКРА. Во-первых, это снижение зависимости глобального выпуска от мировых цен на энергоресурсы, во-вторых, более оперативное принятие решений регуляторами при локальных кризисах, в-третьих, низкий уровень глобального финансового стресса. Во II и III кварталах 2022 г. глобальная рецессия еще не началась, констатируют аналитики.
Совокупность событий 2022 г. приведет к тому, что по итогам этого и на протяжении 2023 г. рост мировой экономики будет минимум на 1,5–2 п. п. годовых ниже потенциала, оценивают в АКРА. По данным агентства, либо у каждой пятой страны есть существенные риски наступления рецессии на горизонте трех месяцев, либо страны уже находятся в состоянии экономического застоя. В случае реализации системных рисков в финансовом секторе хотя бы в одной из крупнейших экономик на грани спада окажутся и другие страны, полагают аналитики. Ситуация с экономической активностью и бюджетами в региональном разрезе неоднородна: с наиболее сильными шоками сталкиваются Центральная и Восточная Европа, а также страны Балтии, тогда как Центральная Азия, Ближний Восток, страны Кавказа и некоторые страны Америки пока в среднем чувствуют себя несколько лучше, констатируют эксперты.
Плохо, но недолго
Суммой этих четырех индикаторов можно предвосхитить все глобальные рецессии последних лет, пояснил «Ведомостям» автор исследования, директор группы суверенных и региональных рейтингов АКРА Дмитрий Куликов. Самое известное определение рецессии – спад ВВП два квартала подряд – пришло из США и оно далеко не всегда является признаком наступившего кризиса, добавляет экономист. Для этого также должны сработать дополнительные экономические индикаторы на рынке труда, в торговле, в финансах.
По словам Куликова, вероятность наступления мировой рецессии в следующем году достаточно высока, но пока на низком уровне находится индекс финансового стресса, который сводит воедино информацию по ставкам, спредам, ценам на финансовые активы, показывает уровень устойчивости агентов. При этом рецессия не всегда приходит из финансового сектора, иногда ее причиной становятся эпидемии, как было в 2020 г., или коллапс в энергетическом секторе, как в 1970-е, добавил он.
Рецессионные риски в крупных экономиках, безусловно, растут, отметила главный экономист «Ренессанс капитала» по России и СНГ Софья Донец. Однако, по ее словам, они вряд ли реализуются по сценарию, например, пандемии или мирового финансового кризиса. Скорее они пойдут по сценарию конца 1990-х, когда была рецессия в экономиках азиатских стран, или начала 2000-х, когда наблюдался спад либо существенное замедление роста в отдельных странах – так называемый кризис доткомов, полагает эксперт. Прежде всего риски касаются США и Европы, указала она.
Если понимать под рецессией снижение среднедушевого ВВП (иными словами, рост экономики темпом ниже роста численности населения), то в 2023 г. это с высокой вероятностью произойдет, считает директор аналитического департамента ИК «Регион» Валерий Вайсберг. Высокие цены на энергоносители и высокие процентные ставки в течение следующего года продолжат оказывать угнетающее влияние на экономическую активность, полагает он. С большой вероятностью мы увидим некоторое количество заметных долговых и валютных кризисов, добавил эксперт: ряд небольших экономик уже обратились к МВФ за стабилизационными кредитами и этот процесс продолжится в 2023 г.
Признаков наступления глобальной рецессии в 2023 г. много – от более высоких коротких ставок по сравнению с долгосрочными в облигациях США до замедления в ключевых отраслях и массовых увольнений в крупнейших компаниях, отметил главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА» Антон Табах. Но есть высокая вероятность, что «будет плохо, но недолго», считает он: рынок труда в отличном состоянии, как и бюджеты и балансы компаний реального сектора. По его словам, есть страны с бо́льшим риском, например Великобритания, но «киты» – США, Китай и Индия – могут обойтись малой кровью. Крупномасштабный финансовый кризис вряд ли возможен, полагает Табах. К нему готовились еще до 2020 г. и в пандемию все залили деньгами, пояснил он. Несмотря на рост ставок, банки и корпоративный сектор в хорошей форме – с длинным и дешевым долгом, который обесценивает инфляция, добавил эксперт.
Риск глобальной рецессии во многом зависит от возможности ее наступления в США, считает эксперт «БКС мир инвестиций» Евгений Миронюк: страна является центром мировой финансовой системы, несмотря на ослабление позиций доллара и отказ ряда международных компаний от листинга на американских биржах. По его словам, в настоящий момент наиболее вероятны два сценария развития ситуации в экономике США. Первый предполагает рецессию в течение следующих 12–18 месяцев в связи со значительным ужесточением монетарной политики – в результате возможен рост безработицы при замедлении инфляции, на фоне чего ФРС перейдет от сдерживающей монетарной политики к стимулирующей, пояснил эксперт. Схожие тенденции, по его мнению, будут наблюдаться и в других развитых экономиках. При этом рецессия будет подразумевать не значимое снижение ВВП, а отсутствие роста развитых экономик, сопровождающееся инфляционным давлением и ростом безработицы, ожидает Миронюк. В то же время сохраняется возможность второго – мягкого – сценария преодоления текущих экономических проблем США, считает он. В этом случае глобальная рецессия уступит место временной стагфляции, отметил эксперт.