Читайте также
Театральный декабрь: спектакли без новогоднего настроения
Как работают театры с особенными актерами
Чем кормят театралов

Тереза Дурова: «Мы создаем лекарство для зрителя»

Интервью с режиссером и руководителем Театра Терезы Дуровой
Предоставлено пресс-службой Театра Терезы Дуровой

Тереза Дурова, режиссер и руководитель Театра Терезы Дуровой, рассказала «Ведомости. Городу» о том, как заманить на спектакль современного ребенка и чем увлечь его родителей.

– На карте Москвы есть два театра, в названии которых присутствует фамилия Дуровых. Во избежание путаницы расскажите про вашу династию и о том, в какой момент вы стали заниматься совершенно разными видами театра. 

– У нашей династии уже пять поколений. И у всех нас один подход к тому, чем мы занимаемся, – абсолютное чувство долга и ответственность за то, что ты делаешь. Не важно, это театр зверей, или театр людей, или вообще не театр. Мы не имеем права подвести фамилию. 

– Дворянский принцип.

– Да, ведь братья Анатолий и Владимир Дуровы – из дворянского рода, который берет свое начало в XVI в. Судьба их закинула в цирк, сейчас не буду перечислять, по каким причинам... Сначала они были два брата-акробата, грубо говоря, а затем стали заниматься клоунадой и дрессурой. В итоге ветвь Анатолия Дурова осталась в цирке, а Владимир Дуров открыл на Божедомке театр, который вы сейчас знаете как «Уголок дедушки Дурова». Я правнучка Анатолия Дурова и первая из его потомков, кто ушел из цирка в театр. И вот уже 28 лет им занимаюсь. 

– Изначально это был театр клоунады, не музыкально-драматический?

– Да, и это тоже некая дань прадедам. Они были первыми русскими клоунами-дрессировщиками, внесли огромный вклад в развитие клоунады как жанра, первыми начали заниматься сатирой на манеже, вошли в историю клоунады тем, что сняли грим и говорили на чистом русском языке. Тогда ведь в цирке были популярны только иностранцы – если ты не какой-нибудь Жандо, приходилось коверкать язык. Никто не пошел бы на Васю или Петю. 

Постепенно область моих интересов сместилась в этнический музыкально-драматический театр. 

Театр Терезы Дуровой
– Вы работаете на семейную аудиторию, и ваши спектакли – те самые, с которых у многих детей начинается знакомство с театром. Это накладывает на вас дополнительную ответственность? 

– Чем бы ты ни занимался, если говоришь людям: «Идите за мной» – это уже ответственность. А мы ведь продаем билеты родителям с детьми – представляете, что это такое? У детей другое ощущение себя в пространстве. Детскую зимнюю обувь нужно куда-то сложить – у нас в гардеробе есть для этого специальные боксы. Нужно посадить маленького ребенка – есть специальные сиденья. В зале всегда дежурят ребята, которых мы называем «пионеры». Они работают во время всего спектакля, и, если вдруг вы захотите с ребенком выйти, если ребенку, не дай бог, станет плохо, они помогут.

– Сколько у вас в зале мест?

– В большом тысяча, есть еще малый зал на 300 мест. За прошлые выходные у нас, например, побывало 4500 человек. Замечу: все пришли сюда и никто не промахнулся, не перепутал с «Уголком дедушки Дурова». Раньше мы с Юрием Дуровым договаривались, что пускаем всех перепутавших, а сейчас такого практически не случается. 

– Вы в своем театре царь и бог – и художественный руководитель, и директор?

– Вообще-то я еще и женщина. (Смеется.) Но да, я совмещаю оба поста и, соответственно, плюс режиссер большинства спектаклей. 

– И вы все время должны входить в противоречие: одна директор – про финансы, режиссер – про искусство. 

– Все совместимо. Если бы я сейчас вела какой-либо курс режиссуры – не важно, в каком театре, – то вдалбливала бы каждому студенту, что режиссер сегодня должен уметь считать деньги и не распыляться: я так вижу, я так чувствую, дайте мне миллион и право на ошибку. Это какая-то мальчишеская разухабистая жизнь, мне она совершенно непонятна. Отсюда и нежелание молодых режиссеров быть худруками. Все хотят быть творцами, ставить не за свои деньги, чтобы принесли, накрыли на стол, а они сели бы и еще просили заменить тарелки, если на них будет не та каемочка, вне зависимости от того, сколько будет стоить эта каемочка. 

У меня все разложено по полочкам, и я не вижу в этом никаких противоречий с творчеством. Как режиссер я понимаю, что у меня в кармане вот такая вот сумма и я на нее делаю спектакль. А как директор знаю, как обеспечить и финансы, и все рабочие процессы. 

Предоставлено пресс-службой Театра Терезы Дуровой
– Не было у вас, как у Табакова в лучшие годы: спектакль не получился – закрыли, декорации списали и забыли? 

– Я не могу себе этого позволить. Всякое, конечно, может случиться, но я буду добивать спектакль до тех пор, пока он не будет готов. Иначе что это такое? Я делал куклу, не получилось – взял и выкинул. Не кукла виновата, не спектакль виноват. Виновник может быть только один – режиссер.

– Вы наверняка следите за тем, что происходит в мире. Есть ли аналоги вашему театру?

– Прямых аналогов нет. Я знаю очень многие европейские театры, которые работают в этой нише. С фестивалем «Гаврош» мы объехали всю Европу, были в Южной Корее. Есть театры для детей, есть семейные, есть в драматических театрах семейные и детские спектакли, но репертуарного нет. 

– Какие сейчас существуют тренды в семейном театре?

– Само появление семейного театра уже тренд. Помните, как говорил Уолт Дисней: «Мы верили в нашу идею – семейный парк, где родители и дети могут веселиться вместе»? Вот и я верю в семейный театр, где дети и родители переживают одни и те же эмоции, получают общие впечатления. В узконаправленном детском театре взрослым неинтересно, они просто сопровождают детей. Другое дело – семейные многоуровневые спектакли. Родители не присаживаются на корточки до уровня ребенка, а дети не встают на цыпочки: просто ребенок понимает одно, взрослый – другое. И тем интереснее будет их разговор после.

– На ваш взгляд, куда будет развиваться семейный театр?

– С семейным театром все будет хорошо, потому что он отвечает базовым потребностям. Мы стадные животные и веками сбивались в племена, общины. И театр – это те же вечера у костра, когда старейшина племени передавал опыт, в том числе и эмоциональный, подрастающему поколению. Чтобы увлекательно рассказать историю, сейчас становится все больше и больше инструментов. Мы можем использовать все новейшие технологии, но увлекать все равно будет человеческий контакт между актером и зрителем. Та самая магия театра, когда из ничего возникает новый мир и ты в него веришь.

– Каким вы видите современного московского ребенка? Можете ли нарисовать его портрет?

– У современных детей острый ум, быстрые реакции и широкий кругозор. Они много путешествуют, с малых лет учат иностранные языки, их сложно удивить. Тем интереснее наша задача – найти такие темы, такие приемы, которые на два часа заставят их забыть о гаджетах!

– Я был на ваших спектаклях и хочу сказать, что это результат адского труда: вы соединяете на сцене красочные декорации, десятки костюмов, живой оркестр, заставляете актеров петь и танцевать.

– Перестаньте, ради бога! Какой адский труд? Я, когда хожу смотреть балеты и там артисты два с половиной часа не уходят со сцены, а за этим еще кроется жизнь, проведенная у балетного станка, – вот где адский труд.

– Если бы вы ставили балет, у вас балерины еще бы пели...

– Наверное. (Смеется.) Я не говорю, что мои актеры легко живут, нет. Ноты жесткие, их нужно пропеть. Для этого необходимо подготовить голос, выспаться и т. д. Хореография непростая, тело должно быть подготовленным. Если ты не готов, то зачем вообще выходить на сцену?

– Некоторые считают, что театр может быть с двумя стульями и ковриком, а у вас целая армия на сцене. 

– Театр может быть и с одним стулом. Придумать спектакль без декораций и с двумя актерами не менее сложно. У нас в одной постановке был эпизод, когда на сцене два человека: один сидел на скамейке, а второй ходил и ждал возлюбленную. Вот тот, который сидел, всегда выходил со сцены мокрый от пота. Вообще, быть публичным на сцене – это непросто. У кино своя сложная технология, но театр – это еще и семья. Мы счастливые люди из разряда тех, кто выбрал профессию по своему предназначению. 

Театр Терезы Дуровой
– Вы говорите про счастье даже сейчас, накануне премьеры нового спектакля «Однажды в Мексике: кукурузный человечек», когда все в огне и дыму?

– Абсолютно! Я занимаюсь творчеством каждый день, что бы ни приходилось делать: репетировать с актерами спектакль или общаться со зрителями в фойе, искать новый материал или решать вопросы бухгалтерии. Я всегда думаю, как бы раскачать творческую конструкцию жизни.

– И в этом ваше счастье?

– А в чем же еще?

– Я думал, счастье наступает на следующий день после премьерного банкета. 

– Нет, когда премьера прошла, нужно выспаться один день, а потом думать, как твердо поставить спектакль на ноги. Я как режиссер должна сделать мощный каркас, чтобы мои постановки не зависели, например, от пандемии. От того, что кто-то заболел или ушел в декрет. Спектакли ведь состоят из человеческих душ, а в жизни актеров тоже много чего происходит. Иногда бывает трудно подключиться всем в одну энергетическую розетку. Публике никогда не видно этих швов, никто не сможет сказать, что первые премьерные показы были плохими, а потом постановка стала лучше, но изнутри очевидно, что каркас твердеет где-то на 20–23-м спектакле. 

– Чем будете удивлять зрителей в новой постановке? 

– Спектакль выходит зимой, потому что «Однажды в Мексике: кукурузный человечек» – это концентрированный витамин D. Солнца на улице нет, а у нас в зале есть, потому что сошлось все: Мексика, ее зажигательные ритмы, яркие краски, народные предания. Не буду раскрывать секреты, скажу коротко: мы создаем лекарство для нашего зрителя.

Самое популярное
Другие города / Мнение
Самый необычный в мире речной транспорт
В Москве открыта навигация по воде. Тем временем за рубежом разрабатывают речных роботов и пытаются переосмыслить акваскутеры
Культурный город
Скажи танцем. Каким получился спектакль «Арбенин. Маскарад без слов»
Театр Сатиры выпустил спектакль для эпохи, когда все сказанное может быть использовано против тебя
Свободное время
Книговорот в столице. Как организовано движение «буккроссинг» в Москве
В городе больше 30 000 книг для буккросеров и 270 специальных полок для обмена литературой
Наш город
Футбол, игра в приставку и персональный зал. Что кинотеатры предложат зрителям вместо голливудского кино
В кинозале можно отметить праздник или устроить индивидуальный просмотр любимых фильмов
Наш город
Начинающих предпринимателей Москвы научат вести бизнес
Бесплатные тренинги и семинары будут проходить до 27 мая
Наш город / Галерея
Весенний велофестиваль прошел в Москве
Участниками велопрогулки по Садовому кольцу стали более 42 тыс. человек
Другие города
Как отдыхать за границей во время санкций
Оплачивать отели и экскурсии теперь лучше до вылета за рубеж, чтобы не столкнуться с проблемами на месте
Свободное время
Ангелы и демоны живут среди нас: новый роман от автора «Петровы в гриппе и вокруг него»
Алексей Сальников написал новый роман – «Оккульттрегер». В нем демоны и ангелы живут среди людей, а связывают весь этот разношерстный социум оккульттрегеры
Свободное время
Создатель мобильного приложения YouTube: «В любом начинании будет тяжело, но все окупится»
Андрей Дороничев рассказал, как опыт работы менеджером по продукту в Google помогает ему осваивать музыкальное поприще
Свободное время
Детектив на подводной лодке и триллер с элементами мелодрамы: 5 сериалов с сильными женскими персонажами
Девичий «Повелитель мух», шпионский роман с российским акцентом и не только
Свободное время
Куда пойти в выходные 21-22 мая
Спектакли о любви, снежная буря в мае от Полунина и новое индийское меню для тех, кому холодно
Горожане
«Барьеров нет — они в головах у людей». Вице-президент МТС — о возможностях пробивать стены в бизнесе
Александр Ханин рассказал «Ведомости. Городу» о том, как превратить «дело безумцев» в рублевого единорога
Наш город
Иностранные инвесторы вложили в развитие Москвы свыше $256 млрд
Доля столицы в общероссийском товарообороте со странами Ближнего Востока составляет 37%
Культурный город
5 вдохновляющих мемуаров: Ильф, Оруэлл и чиновник-коррупционер
Жизненные уроки известных людей для осмысления в нестабильное время
Горожане / Мнение
Что мешает отцам пользоваться отпуском по уходу за ребенком
60 лет назад отцы в среднем проводили с детьми только 16 минут в сутки, а сейчас – в 4 раза больше: 59 минут