Город-призрак: как архитекторы маскировали Москву во время войны
Куда в ноябре 1941 года с Красной площади исчез Кремль и другие символы столицыЛетом 1941 г. Москва начала исчезать: золотые купола закрашивали серой краской, кремлевские звезды закрывали чехлами, а на месте Красной площади с воздуха возникал обычный городской квартал. За несколько недель архитекторы, художники, инженеры и военные создали одну из крупнейших операций по маскировке в истории Второй мировой войны.
Эта задача была не символической: немецкая авиация уже в июле начала массированные налеты на столицу, а Кремль считался одной из главных целей люфтваффе (военно-воздушные силы Германии). «Ведомости. Город» вспоминает, как главные символы столицы прятали от бомбардировок.
Город, который нужно было спрятать
Формальным стартом работ можно считать 26 июня 1941 г. – всего через четыре дня после начала войны. Именно тогда комендант Кремля генерал-майор Николай Спиридонов направил докладную записку с предложением немедленно начать маскировку главного правительственного комплекса. Однако, по некоторым данным, подобные планы существовали еще с 1939 г.
9 июля вышло постановление Государственного комитета обороны «О создании службы маскировки при Московском совете». Ключевое решение о маскировке государственных зданий Совнарком РСФСР принял 10 июля 1941 г. под грифом «секретно». Работы по проектированию велись одновременно с покраской и установкой конструкций.
Времени у архитекторов и художников было немного. 28 июня 1941 г. гитлеровские войска взяли Минск, что заставило форсировать все оборонные мероприятия в Москве. Руководство страны отчетливо понимало: немцы обладают аэрофотоснимками центра столицы, сделанными еще в 1930-е гг. во время «дружественных» визитов, прекрасно знают расположение стратегических объектов.
В перечень зданий, которые необходимо было скрыть, вошли Кремль, Центральный телеграф, водопроводные станции, оборонные заводы, нефтехранилища и все крупные мосты. Руководить маскировкой города назначили академика архитектуры Бориса Иофана – автора проекта Дворца Советов и лауреата Сталинской премии. К работам привлекли десятки архитекторов, художников и инженеров, в том числе главного художника Большого театра Федора Федоровского и известного авангардиста Якова Чернихова.
Два измерения иллюзии
Группа Иофана предложила два типа маскировки: плоскостную и объемную. Плоскостная имитация заключалась в перекрашивании фасадов и крыш – так, чтобы с высоты они воспринимались как обычные городские кварталы. Стены Кремля были раскрашены под жилые дома: на красном кирпиче нарисовали ложные окна и двери. Характерные зеленые крыши кремлевских зданий перекрасили в коричневый цвет, а поверху пустили темные полосы – с воздуха они напоминали дорожное покрытие.
Золотые купола кремлевских соборов покрыли черной краской, кресты сняли, а рубиновые звезды на башнях погасили и укрыли деревянными коробами. Единственный раз их обнажили на несколько часов – 7 ноября 1941 г., во время легендарного парада на Красной площади. Сразу после прохода войск звезды вновь зачехлили.
Объемная маскировка создавала настоящие «города-призраки». По периметру Александровского сада и Тайницкого сада выстроили целые кварталы фанерных домов. На излучине Москвы-реки, которая служила отличным ориентиром для пилотов, поставили несколько барж с муляжами зданий – с воздуха казалось, что река течет среди жилой застройки. Через ту же излучину перебросили ложный мост, а настоящие Большой Москворецкий и Большой Каменный мосты замаскировали раскраской и полотнищами, лишив их узнаваемых очертаний.
Театральные декорации войны
Большой театр маскировали с особым искусством, достойным его главного художника. Фасад здания разбили на несколько частей, раскрасив их в разные цвета, так что с воздуха он выглядел как группа разномастных жилых домов. Для усиления эффекта использовали настоящие театральные декорации из кладовых театра – те самые, что еще недавно изображали древнерусские палаты в опере «Князь Игорь». Похожим образом «раздробили» фасады Центрального телеграфа и Манежа.
Отдельной задачей стала маскировка Театра Красной армии – здания в форме звезды, лучи которого указывали направления к важнейшим вокзалам столицы. Его очертания скрыли маскировочными сетями и полотнищами, а прилегающую территорию застроили макетами.
Стадион «Динамо» также превратили в парк. На футбольном поле в начале 1942 г. высадили живые ели, а саму чашу стадиона затянули сетками, имитирующими кроны деревьев. Спортивный объект перестал просматриваться с воздуха и одновременно продолжал служить тренировочной базой для формировавшихся там отрядов мотострелковой бригады.
Эффект неожиданности
Первый массированный налет на Москву состоялся в ночь на 22 июля 1941 г. 220 бомбардировщиков люфтваффе в течение шести часов пытались прорваться к центру. Несмотря на плотный зенитный огонь (город защищали более 600 зенитных орудий и сотни аэростатов заграждения), несколько бомб упало на территорию Кремля. Одна из них пробила крышу Большого Кремлевского дворца и упала в Георгиевском зале, но не взорвалась. Еще одна разрушила восточную часть здания Арсенала.
Всего за годы войны на Кремль было совершено восемь воздушных атак (пять в 1941 г. и три в 1942-м). По официальным данным ФСО, которые приводятся в книге Сергея Девятова «Московский Кремль в годы Великой Отечественной войны», на его территорию упало около 15 фугасных и 150 зажигательных бомб. Погибли 165 человек. Для сравнения: в ходе битвы за Москву вражеская авиация сбросила на столицу более 110 000 зажигательных бомб, но 96% возгораний были потушены силами противовоздушной обороны и добровольцами.
Сами немецкие летчики признавали эффективность советской маскировки. «Мы знали, что Кремль где-то здесь, но не могли его найти. Вместо знакомых очертаний под нами расстилался бесконечный жилой квартал», – говорил один из пилотов люфтваффе, участвовавших в налетах (цитата по книге «Москва военная. 1941–1945. Мемуары и архивные документы»). Тем не менее аэрофотосъемка, сделанная немецкими разведчиками осенью 1941 г., показала, что контуры центра города все же читаются – прежде всего по теням от реальных зданий, которые не могли отбрасывать фанерные декорации. Поэтому к концу 1942 г. масштабные маскировочные работы были свернуты.
Маскировку демонтировали незадолго до Парада Победы 24 июня 1945 г. С кремлевских звезд сняли чехлы, убрали фанерные кварталы, вернули в Мавзолей тело Ленина, эвакуированное в Тюмень еще в июле 1941 г.