Уборевич-Боровский: «Раньше важнее были квадратные метры, сегодня – эстетика»

В условиях активного развития российских городов – от столицы до региональных центров – стоит вопрос поиска эффективных градостроительных подходов и сочетания современных стандартов комфорта с сохранением исторического облика.

О том, как совместить новую архитектуру с идентичностью городов, почему важно обновлять промышленные зоны и насколько применима концепция «15-минутного города» в России, в интервью «Ведомости. Городу» рассказал председатель Московского архитектурного общества, член Союза московских архитекторов, профессор МАрхИ, руководитель архитектурной студии ub.design Борис Уборевич-Боровский.

– Сегодня многие российские города активно развиваются. И я имею в виду не только Москву, Санкт-Петербург, но и Казань, Калининград, Екатеринбург и пр. В этих городах немало примеров того, как новые жилые комплексы реализуются с акцентом на комплексную застройку и комфорт для жителей, а исторические здания удачно интегрируются в современную среду.

Население в целом пришло к осознанию, что все мы достойны жить в красивых домах и качественных интерьерах. Именно этот запрос и формирует современную городскую среду.

Этот тренд – закономерная реакция на прошлое. Достаточно вспомнить неудачные архитектурные периоды в истории страны – не только советские хрущевки и брежневки, но и нулевые годы с их «муравейниками». Они оставили после себя множество проблем в градостроительной сфере. Бывало, что в историческом городе с уникальной малоэтажной застройкой внезапно вырастали уродливые 15-этажные кварталы, безвозвратно разрушавшие архитектурное наследие.

Сейчас ситуация выравнивается. Потребности горожан стали более сформулированными, и это естественный эволюционный процесс, который подпитывается доступностью информации. Так называемой насмотренностью. Сегодня каждый может увидеть в интернете примеры качественной архитектуры и дизайна. Все стремятся к этому уровню.

– Первый и, пожалуй, основной – это комфортная среда. Речь о том, что приоритет теперь отдается преимущественно человеку, а не машине. Мы видим это по развитию пешеходных зон, велодорожек, появлению парков и скверов с малыми архитектурными формами в столице и других городах. Например, в новом жилом проекте в Сочи появится прогулочная набережная протяженностью более километра с камерными аллеями. А в Нижнем Новгороде создают общедоступное игровое пространство с тематическим маршрутом в виде «реки» и площадками-островами для развития детей. Подобная работа кардинально меняет структуру городов и, что важнее, – отношение к ним жителей.

Второй важнейший тренд – эстетика места. Сегодня значительное внимание уделяется визуальной составляющей среды. Это и отделка фасадов, и качественные окна, и мощение тротуаров, и озеленение, и дизайн скамеек или скульптур. Этот тренд, как я уже сказал, напрямую связан с ростом информированности горожан. Если раньше в приоритете были квадратные метры, то сегодня – эстетика.

И, наконец, на первый план выходят экологические нормы, качество воздуха, чистота. Создание крупных парковых зон – это часть тренда, актуального для всей страны. Причем в Москве из-за чрезвычайно плотной исторической застройки организовывать новые парки сложнее всего. Но мы видим сегодня множество примеров: от «Зарядья», где воссозданы различные ландшафты России и предусмотрены разные сценарии отдыха, до «Ходынского поля», где появились водоемы, спортивные площадки и зоны отдыха.

– Пока еще не совсем решен вопрос с ограничением этажности новой застройки в городах. Как правило, девелоперы, получая участок, все еще стремятся построить высокие дома ради получения максимальной прибыли. Но важно учитывать, что у каждого российского города есть свои визуальные связи, силуэты, рельеф и высотные акценты – церкви, колокольни и пр.

Возьмем Суздаль – город-музей древнерусского зодчества. Если застроить его высотками, можно разрушить исторический облик. У нас в целом много городов, которые являются ровесниками Москвы или даже старше столицы: Псков, Владимир, Смоленск и пр., где особенно важно учитывать целостность городской ткани. Когда застройщик игнорирует ландшафт и историческую среду, возникают серьезные проблемы.

К сожалению, сегодня требования архитектурной общественности и органов охраны культурного наследия часто не имеют достаточного веса против бизнес-интересов. Застройщики продолжают возводить многоэтажные объекты, которые заслоняют историю страны. Это системная проблема, которая преследует наши города последние 20–30 лет, и ее, на мой взгляд, нужно решать на законодательном уровне.

– КРТ – это в целом понятный и правильный метод развития территорий, требующих переосмысления. Но в то же время он не совсем прост для реализации. Многое упирается в необходимость договариваться с собственниками участков, которые планируется обновить, выплачивать им компенсации. Порой это становится причиной негативного отношения к программе со стороны бизнес-среды.

Думаю, именно из-за этого процесс в регионах отчасти буксует. Хотя эта мера, безусловно, необходима. Может быть, не в таких масштабах, как в Москве или Петербурге, но пройти подобный путь развития должны все города. Везде есть территории, требующие серьезного обновления, и у городов должен быть рычаг влияния на этот процесс. Надеюсь, что компромисс между бизнес-сообществом и властью будет найден и КРТ заработает по всей стране.

В результате реализации таких программ появляются не просто новые жилые комплексы, а целые кварталы с полноценной инфраструктурой – рабочими местами, магазинами, социальными объектами, где всё находится в шаговой доступности.

– Идея, безусловно, интересна и в целом применима, но с одним важным уточнением. Сегодня высокая миграция внутри и между городами стала нормой. Однако в городах желание людей перемещаться сталкивается с инфраструктурными ограничениями, что порождает пробки и перегруженность. В этом контексте я сторонник разумного компромисса. Если мы создадим города, где все будет сосредоточено на одном «пятачке» – вышел в тапочках из дома, зашел в офис, магазин, школу, – это, на мой взгляд, противоречит самой природе городской динамики. Особенно в таком мегаполисе, как Москва, с ее развитой сетью метро, которая обеспечивает мобильность миллионов людей.

Крайности вроде делового центра-сити и спальных окраин тоже нельзя назвать правильным подходом с точки зрения урбанистики. Решение видится в сбалансированности, которую могут предложить архитекторы и градостроители: создание кварталов, где жилые здания сочетаются с офисными пространствами. Это дает горожанам выбор – работать в центре или рядом с домом, сокращая ненужные перемещения. Такой компромиссный подход, на мой взгляд, перспективен и может успешно работать в отечественных условиях.

– Так называемый экодевелопмент уверенно становится нормой. Это уже осознанный тренд. К примеру, в России уже действует национальный стандарт «зеленого строительства» для жилых многоквартирных домов (ГОСТ Р 70346-2022. – «Ведомости. Город»). В современных проектах коммерческой недвижимости также внедряют экологические решения, которые направлены на минимизацию негативного воздействия на окружающую среду. Многие из них, такие как башни «Москва-сити» в столице или «Лахта-центр» в Петербурге, сертифицированы по международным экостандартам.

С энергоэффективностью сложнее. Привычка к доступным ресурсам пока сдерживает ее массовое внедрение. Однако это глобальный тренд, и Россия здесь движется в общем потоке.

Я против радикальных решений вроде полного перехода на возобновляемые источники энергии. Нам нужен разумный баланс: использовать национальные ресурсы, но исключить расточительство. Энергоэффективность – это прежде всего вопрос ответственного потребления, а не тотальной экономии.

– Безусловно, редевелопмент. Вот, яркий пример – нью-йоркский надземный линейный парк «Хай-лайн», построенный в 2009 г. на месте старой железнодорожной эстакады. Философия редевелопмента была применена у нас, например в «Зарядье». При создании парка проведена масштабная реконструкция Москворецкой набережной.

Есть два пути. Можно все сломать и построить заново. А можно – как в случае с московским «Артплеем» – взять старые промышленные цеха, реконструировать их и создать комфортную среду с новыми арендаторами. Такое место сразу становится центром притяжения, обладающим своей атмосферой. Это и есть самый живой и востребованный сегодня опыт – когда прошлое не уничтожается, а получает новую жизнь.

– С моей точки зрения, главная задача – это сохранить то, что требует сохранения. У нас ведь много исторических городов, и мы обязаны сберечь это наследие. Но я говорю не о фанатизме, не о том, чтобы объявить все исторические города памятниками и вообще ничего не строить. Так, конечно, нельзя.

Я убежден, что ключевая задача для урбанистов, градостроителей, архитекторов – это, создавая новое, не разрушить то, что сложилось веками. Потому что это и есть наша главная ценность – подлинная история наших городов.