Природа по наследству: семейная история

Л юди, выросшие в семьях биологов, геологов и археологов, легко поймут нашего героя: Дмитрий Горшков с детства мечтал о полевой работе – и долгие годы посвятил охране заповедных мест. Не намерен он бросать свое дело и на новом месте службы. Сегодня, замечает Дмитрий, ряд видов животных находятся на грани исчезновения, а потому борьба с браконьерами и вредом, наносимым природе, продолжается: «Если человечество не будет предпринимать практические шаги по сохранению природы, многое мы потеряем навсегда».

«В первую экспедицию я попал в полгода. Родители взяли меня на месяц на острова, где они проводили научные исследования. Так что можно сказать, что я в природоохранном деле, сколько себя помню», – вспоминает Дмитрий Горшков. 

Новый директор WWF России – из династии биологов. «Среди Горшковых – девять человек биологов разных специальностей: гидробиолог, биохимик, ихтиолог и так далее. Но мне больше всего нравилось направление, в котором работал мой отец Юрий Горшков. Именно полевая зоология была мне интересней всего. Проблема выбора профессии для меня не стояла никогда», – подчеркивает мой собеседник. 

Дмитрий долгие годы посвятил охране заповедных местИз личного архива Д. Горшкова

В 1999 году Дмитрий, окончив Казанский государственный университет по специальности «зоология», пришел научным сотрудником в Волжско-Камский заповедник. Здесь он начал работать, еще будучи студентом, вел исследования с 1995 года. В 2004 году Дмитрий защитил кандидатскую диссертацию. К 2013 году дорос до должности заместителя директора. Кстати, Горшков-старший до сих пор директорствует здесь. При Юрии Горшкове Волжско-Камскому заповеднику был присвоен статус биосферной территории ЮНЕСКО. А сам Юрий Горшков стал единственным в России специалистом, получившим премию ЮНЕСКО имени Мишеля Батисса «За эффективное управление биосферной территорией».

Именно там, в заповеднике, Горшков-младший начал углубленно заниматься любимым делом – полевой работой: «В заповеднике можно многое узнать о дикой природе. Главное – что здесь можно увидеть природу в почти первозданном состоянии, без людей. Заповедники – одно из таких мест, где тишина еще осталась, и этот ресурс тишины нужно беречь». 

В Волжско-Камском заповеднике Дмитрию встречались медведи и кабаны, только, замечает наш герой, это не то, чего нужно бояться, особенно если ты знаешь, как себя вести при встрече с ними в дикой природе. 

В Сихотэ-Алинском заповеднике есть шанс встретить тиграWWF

И это умение пригодилось Дмитрию потом на Дальнем Востоке, когда он стал директором Сихотэ-Алинского заповедника, – там уже звери посерьезней. «Это прекрасное место. Море, сопки, кедры, тигры, киты, места экспедиций русского путешественника и писателя Владимира Арсеньева – такой сгусток невероятных историй и уникальной природы! – вспоминает Горшков. – Возможность встретиться с тигром или медведем заставляет чаще смотреть по сторонам. Когда находишь их свежие следы или следы их жизнедеятельности, сердце начинает биться быстрее. Но если ты подготовлен, это вопрос техники». 

Супруга и три дочери Дмитрия всегда и всюду сопровождали его, словно семья декабриста. Из Татарстана все вместе отправились на восточные рубежи страны, в небольшой поселок на берегу Японского моря. «Моя жена Ольга – тоже биолог по специальности, – рассказывает Дмитрий. – Детей мы специально в эту профессию не тянем. Тем не менее старшая дочь в этом году сдает ЕГЭ и думает работать в сфере международного экологического права. Средняя – ей сейчас двенадцать – мечтает совместить в своей профессии космос и биологию. Младшая пока не решила. Но очень приятно и радостно, когда у детей есть понимание, чем они хотят заниматься».

За пять лет работы в Сихотэ-Алинском заповеднике удалось много сделать, говорит Дмитрий Горшков, и не только осязаемые вещи вроде строительства новых кордонов, зимовий, ремонта музея: «Нам удалось создать сильный молодой коллектив – средний возраст сотрудников около 40 лет, а для заповедной системы это довольно редкое явление, поверьте. Удалось привлечь много партнеров, развить экологический туризм, запустить процессы, которые продолжаются и сейчас. Сегодня заповедник вместе со своим новым директором продолжает движение вперед». Заповедное дело по-прежнему сложная сфера. Финансирование заповедников и национальных парков недостаточное, нужно придумывать новые проекты, и это могут быть необязательно экотуристические проекты, но и научные исследования, экспертные работы. 

В сентябре 2018 года Дмитрий пришел в WWF России как директор программы по сохранению биоразнообразия. К этому времени он уже был награжден почетной грамотой Министерства природных ресурсов и экологии РФ «За многолетнюю и добросовестную работу, большой личный вклад в развитие заповедного дела и системы особо охраняемых природных территорий» и знаком «За заслуги в заповедном деле». 

Основная угроза сегодня – это исчезновение мест обитания животных и браконьерство, считает ГоршковИз личного архива Д.Горшкова

В 2020 году прошел конкурс на позицию директора фонда, которую и занял Дмитрий. «С фондом мы сотрудничали еще во время моей работы в Волжско-Камском заповеднике, все-таки делаем одно дело, сохраняем природу. Для меня работа в фонде – это возможность внести больший вклад в природоохранную работу, посмотреть на эту ситуацию уже в другом масштабе, – замечает Горшков. – И хотя заповедной тишины в московском офисе уже нет и это совсем другой ритм жизни, но это новый путь к сохранению удивительных уголков природы». 

Проблема сохранения биоразнообразия сегодня по-прежнему остра, замечает Дмитрий Горшков: «Даже в регионах, где плотность населения низкая и есть много нетронутых мест, ситуацию с состоянием окружающей среды сложно назвать радостной, не говоря уже о густонаселенных территориях. Основные угрозы сейчас – это исчезновение мест обитания животных и браконьерство. Взять тех же северных оленей или сайгаков: их еще несколько десятилетий назад было так много, что никто не представлял, что они могут исчезнуть, а сейчас угроза очевидна. Сайгак недавно занесен в Красную книгу России, их осталось в Северо-Западном Прикаспии всего около шести тысяч. Таймырская популяция северных оленей, самая многочисленная, сократилась драматически. Сейчас необходимо продолжать изучать причины снижения численности редких животных, противостоять браконьерству, чтобы не потерять эти виды навсегда».

Сайгаков в Северо-Западном Прикаспии осталось около 6 тысячWWF