Игорь Чернышев: «Хороший подарок остается рядом с человеком»

Ч то такое сейчас «премиальный подарок»?

Для одного статусным подарком будет коллекционная пластинка, для другого – произведение искусства, для третьего – предмет ручной работы. Алкоголь и дорогие продуктовые наборы тоже никуда не исчезли. Однако главный элемент все же не материальный, а смысловой: подарок должен быть связан с характером человека, его профессией, пространством, тем, что для него действительно важно.

Есть простой способ проверить, удался ли подарок: посмотреть, что с ним произошло через неделю после вручения. Если он оказался в ящике стола или был выпит-съеден, даритель отметил повод, но не решил задачу. Хороший подарок остается рядом с человеком: им пользуются, его замечают. Он продолжает отношения после того, как встреча закончилась.

Насколько устойчив спрос на дорогие бизнес-подарки в текущих экономических условиях?

Рынок сегодня нельзя назвать легким. Экономсегмент сохраняется за счет базового спроса, премиум – за счет аудитории, которая не пересматривает свои принципы выбора. Наиболее уязвимыми оказываются средний сегмент и люкс.

Рынок постепенно очищается, но не потому, что конкурировать стало проще. Просто слабые идеи и модели не выдерживают проверки временем.

Газоразрядные часы «Богач, бедняк» с корпусом из американского ореха и черненого дубаАрхив пресс-службы

Стал ли уход западных брендов с российского рынка шансом для локальных производителей или свободную нишу заняли параллельный импорт и азиатские бренды?

Мы работаем в премиум-сегменте, а не в люксе, и прямого замещения здесь не произошло. Однако уход западных игроков действительно дал российским производителям больше пространства. Клиенты стали внимательнее оценивать то, что создается внутри страны: не просто, где собран предмет, а кто разработал конструкцию, откуда материалы и электроника, есть ли собственное производство или за красивым сайтом стоит посредник. Параллельный импорт и азиатские бренды закрыли часть спроса в экономсегменте, но там, где нужен авторский предмет, возможность адаптировать изделие под конкретную задачу и прозрачное происхождение продукта, у локального производителя очевидное преимущество.

Есть ли динамика у рынка хендмейд-подарков премиум-класса? Появляются ли новые участники?

Появляются. В последнее время заметно больше небольших дизайнерских брендов, которые делают яркие, фактурные вещи – например, светильники в виде знаковых зданий. Это качественный продукт, и его появление радует. Однако премиальная аудитория, с которой мы работаем, устроена иначе: там важна не столько «хайповость», сколько классика и устойчивость формы. Мы тоже могли бы договориться с модным дизайнером и «пошуметь» в соцсетях, но на нашей аудитории это работает слабо. Новых достойных проектов стало больше, и это хороший знак. Но кто из них действительно строит долгосрочный бизнес, станет понятно не по первому сезону продаж. На этом рынке два-три года – не срок. Даже наши шесть лет для серьезного разговора о состоятельности – только начало. Рынок быстро проверяет, есть ли за красивой картинкой продукт и внятная бизнес-модель. Одного станка и аккаунта в социальной сети недостаточно. Чтобы оставаться в игре, нужно выдерживать сроки, иметь резервные мощности, контролировать качество и отвечать за происхождение материалов. Без этого красивая история быстро превращается в недолговечный проект.

Ламповые часы с газоразрядными индикаторами – откуда появилась эта идея и где вы берете детали?

Мы используем подлинные советские газоразрядные индикаторы, которые не производят уже более 30 лет. Находим их на старых складах и предприятиях, выкупаем, тестируем и даем им вторую жизнь в наших изделиях. Сейчас ведем поиск по всему СНГ. Одно крупное «месторождение» ламп мы уже полностью выработали, и нельзя исключать, что в какой-то момент их запас действительно иссякнет. В мире сегодня существует лишь один производитель новых газоразрядных ламп – чех Далибор Фарни. Его лампа стоит около 100 евро, и такие часы обходятся от полутора миллионов рублей. Однако подход Фарни иной: его лампы значительно крупнее, и их замена требует пайки, что для клиента неудобно. В наших часах лампа при поломке (что случается крайне редко) просто высылается владельцу, и он самостоятельно заменяет ее, вставляя новую в подготовленное гнездо. Изначально такие часы собирали советские радиолюбители. Сами индикаторы создавались не для интерьера – они применялись в вычислительной технике, на подводных лодках, в авиации и космической отрасли. Технология крайне надежна: внутри светится не нить накаливания, а газ вокруг одной из десяти цифр; электрический разряд поочередно подается на нужный символ, поэтому индикаторы могут работать годами.

Настольные часы с вечным календарем «Заратустра» с корпусом из дуба и сталиАрхив пресс-службы

Есть ли реальный запрос на экологичность и происхождение материалов со стороны покупателей в премиум-сегменте?

Иногда происхождение материалов и возможность подтвердить состав действительно становятся частью технического задания. Однако называть это обязательным требованием рынка я бы не стал. Скорее, это позиция конкретных людей или компаний, а не сложившийся стандарт. Самые востребованные материалы – дерево, металл, бетон. С кожей работать накладно: трудно найти мастеров, которые стабильно держали бы и качество, и сроки. Прозрачность происхождения должна быть принципиальна для самого изготовителя, независимо от того, прописана она в брифе или нет. Ясень под морилкой не должен выдаваться за «почти орех», китайская плата – за российскую разработку, а лазерная резка – за гидроабразивную. Экологичность начинается с честного ответа на вопрос: что именно вы продаете?