Статья опубликована в № 4531 от 22.03.2018 под заголовком: Бесславные чудовища

За чудовищ обидно

Продолжение фантастического боевика «Тихоокеанский рубеж» ревет и лязгает не меньше оригинала, но лишилось и ума, и сердца
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Кайдзю, выходи! Выходи, чудовище! Не выходит.

Кажется, мы ошиблись залом. Это не продолжение «Тихоокеанского рубежа», где гигантские роботы дерутся с годзиллами, а очередные зубодробительные «Трансформеры», где гигантские роботы дерутся между собой. И не все ли равно, как их называть, – автоботами, десептиконами или егерями.

В первой серии «Тихоокеанского рубежа» (2013) люди создали мегароботов-егерей для войны с чудовищными кайдзю, которые выползли из дыры в параллельное измерение где-то в районе Марианской впадины. В финале их загнали обратно, а дыру заткнули термоядерным взрывом. И вот прошло 10 лет, люди привыкли к миру, заново отстроили растоптанные чудовищами города. И даже сын одного из главных героев войны с кайдзю (Джон Бойега) не спешит продолжать уже не актуальное дело погибшего отца, хотя и унаследовал его талант пилота.

Вместо тренировок он шляется по кладбищам списанных егерей и тырит оттуда запчасти для продажи на черном рынке. Тем же промышляет юная Амара (Кэйли Спэни), только она собирает собственного егеря, пусть и небольшого, ростом с пятиэтажку. Зато таким можно управлять в одиночку. А гигантскими егерями только вдвоем – с помощью ментального дрифта, в котором пилоты объединяют свои сознания в единый боевой супермозг.

Ментальный дрифт был сюжетообразующей идеей первого «Тихоокеанского рубежа», написанного Трэвисом Бичемом и снятого Гильермо дель Торо. Это был фильм о войне и фильм о любви. Доказывающий, что даже в эпоху «Трансформеров» можно сделать ревущий и громыхающий блокбастер с человеческим лицом. Где боевого партнера выбирают сердцем. И нет лучшего секса, чем совместное сражение с чудовищем.

А в «Тихоокеанском рубеже – 2» любви нет. И даже чудовища не возбуждают.

Другие кинопремьеры недели

«Тебя никогда здесь не было» (You Were Never Really Here, Великобритания, Франция, США, реж. Линн Рэмси)
Главная артхаусная премьера недели. Если судить по синопсису, то это кровавый боевик про то, как суровый бывший спецназовец спасает дочь сенатора из элитного борделя для педофилов. Но в роли спецназовца – один из главных американских актеров-неврастеников Хоакин Феникс, а картина участвовала в конкурсе Каннского кинофестиваля (где получила приз за лучшую работу актера, а сценарную награду разделила с «Убийством священного оленя» Йоргоса Лантимоса). Британская постановщица Линн Рэмси любит и умеет портретировать социопатов и психопатов. Медленно и мучительно.

«Гонка века» (The Mercy, Великобритания, реж. Скотт З. Бёрнс)
Эталонный экранный джентльмен Колин Фёрт в роли английского яхтсмена-любителя, который в 1968 г., заложив все свое состояние, отправился в одиночное кругосветное плавание. Но «Гонка века» – не история героического выживания, а история аферы. Помимо Фёрта звезды фильма – Рейчел Вайс и Дэвид Тьюлис.

«Полночное солнце» (Midnight Sun, США, реж. Скотт Спир)
Мелодрама о любви солнечного юноши и девушки с гиперчувствительной кожей. Для тех, кому интересно посмотреть на сына Арнольда Шварценеггера.

«Незнакомцы: Жестокие игры» (The Strangers: Prey at Night, США, реж. Йоханнес Робертс)
Фильм ужасов про нападение психопатов в масках на добропорядочную семью, решившую навестить родственников. Для тех, кто не устал восхищаться выдающимися формами рыжеволосой Кристины Хендрикс.

«Кролик Питер» (Peter Rabbit, Великобритания, Австралия, США, реж. Уилл Глак)
Мультфильм про шустрого кролика, поедающего морковку на чужом огороде. Экранов всего на сотню меньше, чем у «Тихоокеанского рубежа – 2»: 1200 против 1300.

СвернутьПрочитать полный текст

Гильермо дель Торо отказался от съемок продолжения в пользу «Формы воды». И не прогадал, получив «Оскаров» за лучший фильм и режиссуру. А место Трэвиса Бичема заняли четверо других сценаристов, включая режиссера-постановщика Стивена С. Денайта.

Они накрутили сюжет, на пересказ которого можно извести газетную полосу, но это говорит лишь о том, что ничего по-настоящему оригинального в нем нет. Хорошие сюжеты обычно можно пересказать одной-двумя фразами. И этот минимализм особенно ценится в боевой обстановке, когда спецэффекты свистят у виска и некогда объясняться.

Поэтому лучшие моменты второго «Тихоокеанского рубежа» – не более чем обрывки изначальных идей Бичема и дель Торо. Строго говоря, такой момент в новом фильме всего один. И это не грандиозное сражение, а сугубо мирная сценка с безумным биологом (Чарли Дей) – фанатом кайдзю, чья сексуальная ориентация оказалась куда более нетрадиционной, чем намекали его комические отношения с коллегой-математиком (Берн Горман).

В фильме 2013 г. эти двое, вступив в ментальный дрифт, сумели проникнуть в сознание кайдзю, что и стало залогом великой победы. Но в каком-то смысле эксцентричный биолог был альтер эго режиссера Гильермо дель Торо, известного внимательным и трепетным отношением к чудовищам. Тем символичнее трансформация биолога в новом фильме. Любовь превратилась в опасную манию, субъект стал объектом, бессмысленной марионеткой, безмозглым петрушкой.

А значит, никто больше не пытается понять чудовищ. Никто их больше не любит. И никому они здесь не интересны и не нужны. Никто не изучает их морфологию, не систематизирует, не восхищается мощью и разнообразием. В сущности, кайдзю здесь те же трансформеры – недаром в решающей битве из трех монстров лепят одного.

Немногим больше индивидуализированы и главные герои. Бойега пытается быть смешным, но сценаристы не придумали для него шуток. А его отношения с хулиганкой-вундеркиндом, клепавшей собственного егеря в гараже, подчиняются не внутренней, а сугубо внешней динамике меняющихся обстоятельств: были воришками-конкурентами, потом встали в бою плечом к плечу. В остальных персонажей, не считая знакомых по первой серии, вообще забыли загрузить характеры.

Нет, ребята, так не победим.

В прокате с 22 марта

Читать ещё
Preloader more