«Мы продаем не просто катание, а также местоположение и вид»

Генеральный менеджер отеля Amangani Стюарт Лэнг рассказывает, как долина Джексон-Хоул превратилась в один из самых дорогих курортов США
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Удивительно, как сильно туризм способен преобразить территорию и обогатить ее жителей – при условии, что развитие территории ведется продуманно и имеет долгосрочную стратегию. Один из ярчайших примеров такого рода – долина Джексон-Хоул, штат Вайоминг.

Переселенцы с Восточного побережья в поисках лучшей жизни добрались на северо-запад США, в Вайоминг, к концу XIX в. Самым отважным приглянулась долина Джексон-Хоул, отрезанная от остального мира горами с трех сторон (первые охотники пришли сюда с севера с крутых гор хребта Титон – для них это был как спуск в дыру). Пустынные и богатые дичью, рыбой и пушным зверем места с бескрайними пастбищами сулили неплохой доход. Но жизнь была очень тяжелой: многомесячная зима вынуждала заготавливать много корма для скота впрок, а обильные снегопады затрудняли сообщение не только с внешним миром, но и между соседями. Так что снегоступы и лыжи для пионеров Джексон-Хоула были таким же повседневным атрибутом жизни, как лошадь и винчестер. Местные жители били пушнину и дичь; мясо бизонов и оленей шло на пропитание, а выращенный скот и добытый мех – на продажу. В 1888 г. во всей долине насчитывалось 23 жителя: 20 мужчин, две женщины, один ребенок, сообщается в экспозиции местного музея.

В 1894 г. на карте США появился новый населенный пункт – Джексон, будущий административный центр округа Титон. Основатели Джексона очень хотели, чтобы в нем было своё почтовое отделение, но для этого им нужно было в течение года доказывать Федеральной почтовой службе, что в Джексон возможно стабильно доставлять корреспонденцию. Почта доставлялась с другой стороны гор, из штата Айдахо. Чтобы сократить путь зимой, отважные почтальоны придумали спускаться к Джексону, который был построен у подножия, на самодельных деревянных лыжах. И год спустя в городе появилось-таки собственное почтовое отделение.

Первая мировая война взвинтила цены на скот и обогатила местных жителей: ранчо стали богатыми, а стада – еще более обильными. Параллельно на Восточном побережье США появилась мода на то, что мы сегодня назвали бы «активным агротуризмом»: состоятельные жители Бостона и Нью-Йорка ради экзотики и смены обстановки полюбили приезжать на лето в долину, чтобы поиграть в ковбоев. Местные жители давали им стол и кров, а они пасли их скот. В 1925 г. население Джексона составляло 400 человек, но за лето его посетили 600 «агротуристов». Некоторым из них Джексон-Хоул полюбилась настолько, что они купили себе здесь дома и ранчо.

Джексон-Хоул граничит с Йеллоустоуном – первым национальным парком в США, организованным в 1872 г. Когда в 1916 г. в стране была создана Служба национальных парков, ее первый директор Стивен Мезер (Stephen Mather) решил, что уникальные ландшафты Титона и долины также заслуживают защиты.

В 1919 г. в конгресс США был внесен законопроект о расширении границ национального парка вплоть до горной гряды Титон и озера Джексон, но этой идее воспротивились богатые скотоводы Вайоминга и Айдахо: они считали, что запрет на строительство дорог и недвижимости на большой территории может повредить их бизнесу. И сенатор от Айдахо законопроект заблокировал. С тех пор каждый год в конгресс США вносился законопроект о создании в Титоне национального парка, и 10 лет ангажированные конгрессмены его проваливали. Парк, включавший в себя только горный хребет Титон, был создан лишь в 1929 г.

Но пока шли парламентские дебаты, в Джексон-Хоул по приглашению Мезера приехал Джон Рокфеллер-младший. Миллиардер был настолько очарован красотой этих мест, что тайно учредил компанию и начал скупать здесь землю, чтобы не допустить появления на ней многополосных шоссе, бензоколонок и рекламных конструкций. Затея увенчалась успехом в 1949–1950 гг.: Рокфеллер передал скупленные земли государству и национальный парк Гранд-Титон был сформирован.

В 1965 г. на склонах Джексон Хоула были оборудованы первые горнолыжные подъемники, и курорт стал круглогодичным. А следом землю в округе стали скупать миллиардеры и голливудские звезды – свои ранчо здесь есть у Билла Гейтса, Харрисона Форда, Брэда Питта, Сандры Буллок... И округ Титон стал, по оценкам компании Rolls-Royce Motor Cars, самым богатым в США – годовой доход 1% самых богатых жителей здесь превышает $10 млн. На свет этих звезд в долину потянулись другие богатые любители экологического и приватного отдыха. А предложение рождает спрос, и в 1998 г. в Джексон-Хоуле появился отель люксовой сети Aman, а в 2003 г. – отель Four Seasons.

Генеральный менеджер Amangani Стюарт Лэнг рассказал «Ведомостям» о прошлом и настоящем курорта и отеля. (Сетью Aman владеет российский девелопер Владислав Доронин, а отелем Amangani – миллиардер Кристоф Хенкель, заместитель председателя комитета акционеров Henkel AG и основатель компании Canyon Equity, инвестирующую в элитные курорты.)

– Amangani открылся 20 лет назад. Когда вы начали работать в отеле?

– Я начал работать в Aman c 2003 г. – в продажах и маркетинге – и работал до 2011 г. В 2014 г. я вернулся в Amangani на позицию генерального менеджера.

– Джексон-Хоул сначала зарекомендовала себя как летнее туристическое направление, но теперь горы, окружающие долину, – это и известный горнолыжный курорт. Какой сезон сейчас важнее для курорта и для Amangani – летний или зимний?

– Катание здесь мирового уровня. Но из-за того что здесь есть национальный парк и люди приезжают сюда семьями, летний период – с мая по сентябрь – по-прежнему важнее. И для нашего отеля в том числе. Но для тех гостиниц, что расположены на склонах Титона и предлагают прямой доступ к горнолыжным трассам, важнее зимний сезон. Мы расположены в 16 милях от зоны катания и организуем шаттлы до нашего лыжного лаунжа [у подъемников].

– В Джексон-Хоуле есть и другие люксовые отели. Как вы с ними конкурируете и что делает ваш отель особенным?

– Наш небольшой размер. Внимание, которое мы оказываем нашим гостям. Мы не позиционируем себя, что мы лучше других. Мы – немного иные.

В зимний период мы конкурируем за горнолыжников с Four Seasons, с отелями Титона. Так как мы расположены в некотором удалении от зоны катания, люди, которые приезжают сюда в первый раз и не знают место, пытаются поселиться непосредственно на склонах.

Но у нас уникальное местоположение – в удалении от города, посреди дикой природы (олени, лоси, лисицы приходят к отелю), на высоте 2100 м над уровнем моря на солнечной стороне, поэтому солнце у нас светит намного дольше, чем в долине… Так что мы продаем не просто катание, а также местоположение и вид.

– Медведи, надеюсь, не приходят? А то в сувенирных магазинах Джексона футболки с шутками про съеденных медведями туристов – самый популярный товар.

– (Смеется.) Нет, медведи не приходят.

– У вас есть какая-то кооперация с Aman Le Melezin в Куршевеле?

– С генеральным менеджером Aman Le Melezin Тимом Вейландом мы регулярно общаемся. Я бы очень хотел там побывать. Я вообще очень люблю горы, и если компания когда-нибудь предложит мне переехать туда, то я соглашусь.

– У вас есть общие клиенты с Aman Le Melezin?

– Нет. 86% наших гостей – из США. Из них самая большая часть – из Нью-Йорка, вторая – с Западного побережья: Лос-Анджелес, Сан-Франциско.

– А кто оставшиеся 14% – бразильцы?

– Очень немного. Торгово-промышленная палата Джексона прилагает усилия по продвижению на латиноамериканском рынке, и он растущий, но Колорадо проделал в Латинской Америке настолько хорошую работу много лет назад, что большинство бразильцев по-прежнему едут кататься туда. Австралия тоже растущий рынок, туда направлено много наших усилий.

– Гости из России у вас есть ?

– Конечно! Немного, но есть. Из иностранных рынков для нас крупнейший – Великобритания, затем – Франция, Германия, Швейцария, которые меняются местами год от года.

– Я правильно понимаю, что Amangani только управляется сетью Aman, но не принадлежит ей?

– Правильно. Сеть Aman владеет и управляет 50% своих отелей и только управляет другими 50%. Собственник этого отеля [компания Canyon Equity] также владеет отелем Amangiri в Каньон Пойнт, Юта – это очень популярный курорт.

– Владелец сети Aman Владислав Доронин когда-нибудь бывал у вас?

– Нет. Он был в Юте, но до нас не доезжал.

– Что происходит в Amangani в межсезонье?

– Мы закрываемся на апрель и на три месяца в ноябре. В этом ноябре мы поменяли во всем отеле ковровые покрытия, которые пришли из Великобритании. Мы собираемся менять систему подогрева в открытом бассейне – сделать также подогреваемыми бортики и вход. Интерьеры нашего отеля отделаны красным деревом – лучшим красным деревом, которое можно было найти в Штатах 20 лет назад. Это очень сложный в уходе материал, мы его бережно покрываем маслом. Зато атмосфера – потрясающая, очень теплая.

– Какова среднегодовая загрузка Amangani?

– 52–55%. Что для наших цен очень хороший показатель. Мы не тратим много ресурсов на маркетинг межсезонья, но много тратим на продвижение зимнего сезона, поскольку хотим увеличивать загрузку. На зимний сезон мы предлагаем бесплатные ски-пассы, если гости останавливаются у нас не менее чем на четыре дня, бесплатные процедуры в спа и проч. То есть вместо того, чтобы предлагать скидки, мы сохраняем наши тарифы, но предлагаем внутри них много дополнительных услуг.

– У вас 120 сотрудников на 40 номеров. Очень высокий показатель. Сложно искать людей в Джексон-Хоуле?

– Очень сложно. Это один из главных вызовов для нас. Линейные сотрудники меняются каждый сезон. Летняя команда и зимняя – разные. Хотя я вижу, что теперь зимой возвращаются люди, которые работали у нас в прежние зимы. В Джексон-Хоуле недостаточно [доступного] жилья, поэтому многие мои сотрудники ежедневно ездят на работу из Айдахо. Это не так далеко – всего 30 минут на машине, но зимой в сильные снегопады перевал могут закрывать на 3–4 дня из-за угрозы схода лавин. Тогда приходится просить [работать сверхурочно] их коллег, которые живут по эту сторону гор.

– А вам удается кататься на горных лыжах во время сезона?

– Конечно! У нас есть «день на лыжах с генменеджером»: утром в пятницу или в понедельник я приезжаю в наш ски-лаунж, гости отеля – кто хочет – могут совершить несколько спусков со мной, я показываю трассы и окрестности. А затем возвращаюсь к работе в отеле. По воскресеньям я катаюсь с женой и детьми.

– У вас на курорте большинство трасс – черные. Гостям и вам не страшно получить травму?

– Это очень большое заблуждение, что Джексон-Хоул – только для экспертов. Здесь уже было много трасс для начинающих и лыжников среднего уровня, а за последние годы курорт проделал очень большую работу, и их стало еще больше: появились новые подъемники на новые трассы. Есть отличные горнолыжные школы для детей. Зона катания – одна из самых больших в Северной Америке, ее часто сравнивают с Уистлером (курорт в Канаде, где проходили горнолыжные соревнования Олимпиады-2010. – «Ведомости»).

– Что вы предлагаете вашим гостям летом?

– У нас круглый год есть тур на полдня по национальному парку Гранд-Титон: один отправляется из отеля ранним утром, другой – после обеда, гости смотрят на дикую природу, а потом мы устраиваем пикник – завтрак или ужин. А летом мы предлагаем туры в Йеллоустоун. Такой тур занимает 12 часов. У нас в штате есть отличные гиды.

– Почему вы выбрали гостиничный бизнес для карьеры?

– Студентом я подрабатывал в ресторане небольшого люксового отеля. И мне очень понравилась атмосфера: то, что в твой край приезжают люди с разных концов света, а ты можешь повлиять на их впечатления и воспоминания. Мы действительно делаем мечты реальностью – это может восприниматься как клише, но это правда. И это очень приятно.

– Каков был самый сложный запрос от гостя в вашей карьере?

– После 11 сентября 2011 г., когда в Нью-Йорке были разрушены башни-близнецы, авиасообщение было прервано на несколько дней. А у нас в отеле были гости из Нью-Йорка, которым нужно было срочно попасть домой. И мы отправили их на машинах. Это было непросто, но мы это сделали (расстояние между Джексон-Хоулом и Манхэттеном – 3500 км. – «Ведомости»).

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать