«Раньше наши дети любили Бэтмена, а сейчас спрашивают, где Чебурашка»

Ответ на критику отечественного кино со стороны депутатов Госдумы – а буквально на прошлой неделе парламентарии выплеснули ее на замминистра культуры Жанну Алексееву – не заставил себя долго ждать. На круглый стол, организованный 29 января комитетом по культуре Госдумы, пришли, пожалуй, самые авторитетные представители киноиндустрии. Председатель комитета по культуре Госдумы Ольга Казакова сообщила, что к дискуссии приглашались все депутаты, но посетили мероприятие считанные единицы. Разговор о качестве российского кино в итоге свернул на обсуждение не менее важных тем, таких, как внутренняя свобода и несвобода, а затем перетек в дискуссию о роли «добровольных» цензоров.

Первыми слово взяли руководители Минкультуры Ольга Любимова, Фонда кино Федор Соснов и Института развития интернета Алексей Гореславский. Именно эти организации являются ключевыми государственными институтами поддержки отечественного кинематографа. Видимо, в ответ на слова депутата Дмитрия Певцова, что деньги на кино «дают своим», они поочередно подробно рассказали, как устроен механизм выделения субсидий на кинопроекты. Если коротко – система многоступенчатая, в отборе кинолент, в том числе через экспертные советы, принимают участие не только представители киноиндустрии, но и общественных институций и даже РПЦ. Кроме того, питчинги (представление проектов его создателями) в случае Минкультуры и Фонда кино являются публичными – их трансляция ведется в интернете.

Затем слово взял режиссер, гендиректор «Мосфильма» Карен Шахназаров и первым делом напомнил, что работает в кино уже 50 лет: «И за все эти годы всегда были недовольные нашим кино. Во времена советского кинематографа на совещаниях говорили, что у нас «серое» кино, зритель на него не ходит. И сейчас есть претензии постоянно. Так устроен этот мир». Вышедшие в этом новогоднем прокате сказки – «Чебурашка-2», «Буратино» и «Простоквашино» – собрали, как напомнил режиссер, много зрителей. «Что в этом плохого? Хорошо ведь, радоваться надо! Систему поддержки много критикуют, но она работает, есть достойные картины. И не надо в нынешней ситуации ее трогать», – резюмировал Шахназаров.

В защиту существующего механизма господдержки кинематографа выступил и гендиректор «Первого канала» Константин Эрнст, один из продюсеров культовой дилогии «Дозоры» Тимура Бекмамбетова, а также других знаковых для российской киноиндустрии фильмов и сериалов. Эрнст, в частности, остановился на вопросе приоритетного выделения Фондом кино субсидий кинокомпаниям-лидерам. К таковым относятся создатели самых кассовых кинолент последних лет, перечень кинокомпаний-лидеров ежегодно определяет сам Фонд кино и приоритетно дает им часть средств (на возвратной и безвозвратной основе) на съемки новых проектов. При этом другие кинокомпании тоже могут претендовать на деньги Фонда кино, но в общем порядке.

«Все спрашивают, почему поддержку Фонда кино получают в первую очередь лидеры? А почему никто не задает вопрос, зачем на Олимпиаду посылают лучших спортсменов? Хорошее кино снимает очень ограниченное количество людей. Фонд кино создавался, изначально была такая установка, чтобы поддерживать зрительское кино. Фонд с этой задачей уже который год справляется», – заявил гендиректор «Первого канала».

Режиссер и продюсер Федор Бондарчук осудил критику российского кино и назвал ее огульной. В 90-е, как напомнил Бондарчук, отечественная киноиндустрия была в упадке, и «только Сергей Михайлович Сельянов каким-то чудом производил фильмы», в 2000-х на кинорынке начали доминировать голливудские мейджоры: «Отечественным лентам было очень сложно попасть в прокат и биться там с американскими лентами. Нам тогда все говорили: «А где же русские герои? Где же наши сказки? Доколе?» И сейчас наши дети смотрят и любят российские сказки – «Чебурашку», «Буратино». Раньше наши дети любили Бэтмена, сейчас спрашивают, где Чебурашка. Это же радость великая! Остальное – вкусовщина».

Режиссер артхаусного кино Алексей Герман в рамках круглого стола поднял один из важнейших для киноиндустрии вопрос о регулировании отрасли: «Нам сейчас очень важно понять, о чем мы можем говорить в кино, а о чем не можем. У нас в советских фильмах, которые стали классикой и мы все их любим, некоторые главные герои были бездетными, немного пьющими. Как с этим работать сегодня? У нас сейчас масса контролирующих органов, которые оценивают проекты, в том числе, на соответствие традиционным ценностям. Мне кажется, что излишняя регламентация может помешать развитию отечественного кино. Если мы еще будем плодить контролирующие органы, мы просто задохнемся».

К дискуссии подключился актер, режиссер и депутат Госдумы Николай Бурляев: «Алексей Алексеевич, я с вашим отцом (режиссером Алексеем Германом. – «Ведомости») работал. Он так же, как и Тарковский, не задавался вопросом: что можно, а что нельзя. Они делали это. И Тарковский говорил: «Если хочешь быть свободным, ты им будь. Не спрашивай ни у кого разрешения на это».

«Именно поэтому замечательный патриотический фильм моего отца – «Проверки на дорогах» 20 лет пролежал на полке, как и «Мой друг Иван Лапшин», который был запрещен», – парировал Герман.

Бурляев согласился с этим замечанием, но, вернувшись к теме регулирования кино, заявил, что «магия кино действует даже не на сознание, а на подсознание, на психику зрителей, в том числе маленьких детей»: «Поэтому общественный контроль этой сферы должен быть».

Уже под самый конец круглого стола, когда время обсуждения приблизилось к трем часам, внезапно слово решил взять депутат Госдумы Иван Мусатов. Парламентарий зачитал с бумажки написанные, как он отметил, им самим тезисы в адрес отечественного кинематографа. Суть их сводилась к тем претензиям, которые депутаты уже ранее озвучивали – «засилье ремейков», «шаблонный подход» и т. д.: «Все это в результате приводит к творческой импотенции. Нужен избирательный подход, не запреты, но, возможно, какое-то ограничение или квотирование бюджетов на сказки и ремейки. Конечно, хорошо, что налоговая получит деньги за снятые фильмы. Но, как отметил Николай Петрович Бурляев, нам надо снимать искусство, нам нужно снимать качественное кино».

Любимова спросила Мусатова, а смотрел ли он сам фильмы, которые критикует. Депутат ответил вопросом на вопрос: «А вы смотрели «Аватар»?» Министр ответила отрицательно. Депутат сказал, что «Чебурашку» он смотрел, этот фильм и «Аватар» – разного уровня проекты.

«А в чем конкретно суть вашего выступления? Что необходимо сделать, на ваш взгляд?» – спросила Любимова то, что, кажется, пытался понять каждый присутствующий в этот момент в зале.

«Хочется мощных проектов», – начал отвечать Мусатов. «Как «Аватар»?» – прервала его министр. «Не как «Аватар», конечно же», – неуверенно ответил парламентарий.

И в этот момент не выдержал уже спокойный обычно ректор ВГИКа Владимир Малышев: «Когда я шел на этот круглый стол, коллеги мне сказали: «Сиди и не высовывайся!» Я единственный из присутствующих здесь, будучи молодым клерком, поработал в Госкино СССР. И я видел, сколько крови и здоровья попортила творцам цензура, которая была тогда государственной. И сколько хороших фильмов стали средними из-за этой цензуры. И вот сейчас я вижу, сколько появилось «добровольных» цензоров, которые категорично дают оценку тем явлениям в искусстве, в которых они сами глубоко не разбираются».

При этом, как отметил ректор ВГИКа, идет «явное желание из «добровольных» цензоров стать официальными»: «Уверяю, если мы это пропустим и у нас вновь появится жесткая государственная цензура, это будет откат назад и навредит искусству. Искусство жесткой цензуры не терпит».