Труд под охраной

Сумма долгов по зарплате сократилась в течение года на 30%. Отчасти это объясняется тем, что работодатели испугались уголовной ответственности, считает Владимир Варов, заместитель министра труда и глава Государственной трудовой инспекции. Результаты проверок работодателей говорят о том, что зарплату задерживают в основном государственные предприятия, а большинство производственных несчастных случаев происходит на частных. Кроме этого частные предприятия допускают такие “экзотические” нарушения, как, например, включение в трудовой договор положения, предписывающего сотруднице не выходить замуж и не беременеть.

– В этом году правительство и законодатели активно взялись за работодателей, задерживающих зарплату. Но многие сомневаются, что эти законы будут работать. По крайней мере по статье 145-1 УК ни одного законченного дела нет.

– Эта статья фактически вступила в действие только в апреле, так что по ней привлекать к уголовной ответственности можно только по фактам задержки зарплаты начиная с апреля. К тому же судебная статистика собирает данные не чаще чем раз в полгода, и системных данных еще по определению не может быть, т. к. на уголовные дела такого рода требуется немало времени. Но именно благодаря этой статье (и, конечно, с учетом того, что правительство и Минфин принимали весьма интенсивные меры по бюджетному финансированию) начиная со II квартала этого года задержки по вине работодателей выявляются все реже и реже.

Когда мы раньше штрафовали по зарплатным делам, подчас до маразма доходило. Допустим, директор только официально полу-чает 40 000–50 000 руб. Ну что

ему штраф, даже максимальный,

8300 руб.? Бывало, директор приглашал госинспектора и говорил: “Ну что там у тебя? Со штрафом пришел? Ну давай, я тебе подпишу – только иди и не мешай работать”. Сейчас ситуация иная. Работодатели всерьез опасаются. Только возбуждение уголовного дела влечет за собой ряд крайне невыгодных для предприятия процессуальных последствий: затруднение или даже приостановку некоторых функций управления, постоянное внимание правоохранительных органов, допросы и т. п. Нередко в таких случаях подключаем налоговую инспекцию, полицию и т. д.

– А каковы другие типичные нарушения, помимо задержки зарплаты?

– Мы сейчас также обращаем особое внимание, например, на соблюдение законодательства о коллективных договорах и соглашениях. Иногда коллективные договоры на частных предприятиях содержат незаконные нормы. Допустим, нередко вводят так называемую штрафную систему. Это запрещено законом. Или вводят дополнительные, не предусмотренные законом основания для увольнения. Некоторые доходят до введения норм об увольнении вследствие беременности. Помню, в одной из крупных авиакомпаний были выявлены и коллективный договор, и индивидуальные договоры со стюардессами, где было установлено, что они в течение трех лет обязуются замуж не выходить и стараться не беременеть. Правда, последние полтора-два года мы таких пещерных изысков не встречали, но практикуются другие, подчас не менее своеобразные.

Наиболее типичные для частников виды нарушений связаны с нарушением требований охраны труда. А потом вдруг – несчастный случай. Если человек стал инвалидом, нужно выплачивать комплекс компенсаций, лечение, возмещение ущерба чуть ли не всю жизнь. И вот тут-то самое первое движение предпринимателя – скрыть. В прошлом году, например, мы выявили около 1300 скрытых несчастных случаев.

В прошлом году мы расследовали 11 500 несчастных случаев на производстве. В более 7000 случаев направлены материалы в следственные органы для возбуждении уголовных дел. Рострудинспекция расследует, как правило, случаи тяжелые и со смертельным исходом – это наша компетенция. Если произошел “обычный”, да простит меня Господь, случай, работодатель обязан создать комиссию на предприятии, привлечь туда профсоюзы, специалистов и т. д. А общее количество несчастных случаев на производстве от 150 000 до 200 000 каждый год.

– Случаи нарушения требований по охране труда инспекторы в основном выявляют на производстве, а не, скажем так, в “офисных” компаниях?

– Почему? Там мы тоже находим массу нарушений. Около двух лет назад вышли новые правила для работы на ПЭВМ, и мы ориентировали наших инспекторов на усиление надзора и контроля в этой области. Большинство организаций нормально реагируют. Но вот недавно была плановая проверка одного крупного банка, после которой были звонки, что, мол, мои инспектора терроризируют банк. Я поднял дело: в этом банке из 40 пунктов нарушений 30 были как раз в сфере норм техники безопасности по работе с электронно-вычислительной техникой.

– Что грозит работодателю за нарушение?

– У нас как у надзорно-контрольного органа досудебного порядка есть право на выдачу обязательного для исполнения работодателем предписания. Если выявляем какие-то нарушения, мы имеем право налагать штрафы до 100 минимальных размеров оплаты труда. Если продолжаются нарушения или выявляются серьезные нарушения (например, факт сокрытия несчастного случая), мы можем неоднократно штрафовать и включать механизм санкционного воздействия на полную катушку. Проверяем предприятие комплексно, по всем вопросам трудового законодательства, начиная от порядка приема на работу, наказаний, взысканий, материального стимулирования, рабочего времени и времени отдыха и т. п. Кроме того, проверяем все нормы охраны труда. А вы, наверное, догадываетесь, что вряд ли их кто-то знает достаточно хорошо. Как говорят, сладко не покажется.

– С правоохранительными органами вы работаете в тесной “связке”?

– Мы обмениваемся информацией с налоговой инспекцией, с налоговой полицией, с прокуратурой, с другими правоохранительными органами.

– А другие источники информации?

– Жалобы и заявления – работники напрямую к нам обращаются. Мы тщательно изучаем ситуацию в каждом регионе и в напряженных точках планируем комплексные, тематические, разовые (форм очень много) проверки. Плюс, конечно, анализируем СМИ.

Из профсоюзов приходит много материалов. Причем в последний год мы резко интенсифицировали сотрудничество именно с профсоюзами. Чтобы они реально защищали того конкретного человека, который им взносы платит.

А там, где у них сил не хватает, помогаем. И именно поэтому в

1996 г. мы учредили институт внештатных инспекторов труда. У нас сегодня около 4000 государственных инспекторов и почти столько же внештатников. Внештатный государственный инспектор может сделать проверку, подготовить свое заключение, проект постановления, предписания. Дальше уже должен подключаться штатный инспектор. Никакой зарплаты за это не положено.