Похищение Европой
В Третьяковской галерее прошло представление новых поступлений, ставшее прологом к экспозиции, которая откроется на Крымском Валу лишь в конце декабря. Самые важные экспонаты на выставке приобретены в последние два года при помощи спонсоров. Галерея обогатилась, в частности, полотнами Зинаиды Серебряковой и Дмитрия Левицкого, акварелью Василия Сурикова, двумя иконами и старообрядческим “Апокалипсисом”. Через четыре недели Третьяковка презентует и то, что сама приобрела за последние 15–25 лет.
Нынешняя же прологовая презентация превратилась не только в показ вещей, но и в чествование дарителей – “Сургутнефтегаза”, British American Tabacco Russia, “Ситибанка Т/О Москва”, благосклонно отнесшихся к идее пополнения коллекции. Подобное сотрудничество бизнеса и культуры существует во всем мире, но нигде, вероятно, музей так не зависит от благородства своих меценатов, как в России.
Оценки экспертами представленных работ не сильно различаются – стоимость их не превышает $160 000–180 000. Причем больше половины суммы приходится на портрет статс-секретаря Храповицкого кисти Левицкого.
Цены не влияют на спокойное восприятие большинства новинок. Несмотря на громкость представленных имен, сами работы не заполняют лакун в собрании Третьяковки, а лишь обогащают уже существующие коллекции, да и художественная ценность многих из них не вызывает громких восторгов. Есть вещи бесспорно значимые, как выкупленное в одной частной французской коллекции полотно Левицкого или редкая икона 1715 г. “Богоматерь Шуйская”. Зато “Сон Гали” Серебряковой относится к раннему, ученическому периоду ее творчества и интересен лишь специалистам; “Цветущий миндаль” Маковского просто никакой; и лишь акварель Сурикова по-своему неожиданна. Правда, и та уже знакома публике после недавней ретроспективы художника.
Между тем существует целый раздел в собрании Третьяковки, который придется дополнять не одному поколению хранителей, – это неофициальное искусство 1960–1990 гг. Вскоре на Крымском Валу откроются залы, посвященные русскому искусству конца ХХ в., и тут-то мы увидим, каково это жить без Кабакова и Янкелевского.
Но отечественные спонсоры совершенно равнодушны к искусству нашего времени, предпочитая ему классику. Опасения рождены самой историей: с оценкой современного искусства всегда происходят разительные кульбиты. Официальный Салон затмевал импрессионистов, а Бенуа с Бакстом финансово превосходили “Бубновый валет”. А потенциальные спонсоры, к сожалению, не следят за ходом времени. Искания 20-летней давности давно уже принадлежат истории искусства. Но большинство работ наших классиков на западные экспозиции привозят из западных же собраний. Например, в Еврейском музее Вены сейчас проходит выставка “Эдем, Сион, утопия: к истории будущего в еврействе”, где представлены работы Григория Брускина из собрания Кунстхалле Эмдена и кельнского музея Людвига, а также “Пророк” Владимира Янкелевского, по-прежнему принадлежащий автору.
Впрочем, и любовь меценатов к классике знает границы. Наиболее желанное для Третьяковки полотно – временно хранящееся здесь “Похищение Европы” Валентина Cерова, которое владельцы решились наконец-то забрать из музея, – уплывает, судя по всему, безвозвратно. Выкупить его не удается. Рыночная стоимость “Похищения” – более $400 000 – оказывается непосильной для друзей музея.
К счастью, на конфискацию картины у ее владельцев “в национальных интересах” рассчитывать сегодня не приходится.