Приключение
Владимир Мирзоев приступает к репетициям спектакля "Пигмалион". Римейк знаменитой пьесы Бернарда Шоу сделал Максим Курочкин (автор пьесы "Кухня", поставленной год назад Олегом Меньшиковым). В роли мистера Хиггинса - Максим Суханов. Элиза - Анастасия Вертинская. Художником и продюсером спектакля выступает Павел Каплевич.
- Говорят, пьеса, написанная для вас Максимом Курочкиным, очень далеко ушла от оригинала. Почему вы решили переписать "Пигмалиона"? - Думаю, что для современной драматургии работа с классическим сюжетом - одно из самых плодотворных направлений. Создавая свою версию "Фауста" или "Дон Жуана", автор сразу подключается к мощнейшему культурному контексту и неизбежно ощущает иную меру эстетической ответственности. Сегодня наша драматургия очень провинциальна, что придает ей известное очарование. Но эту сырую нефть хотелось бы использовать в мирных целях.
- Почему выбрали именно Курочкина? - Максим Курочкин - талантливейший автор. Но он скорее писатель с абсолютным слухом, чем драматург. Только в сотрудничестве с театром, с компанией единомышленников рождается по-настоящему хорошая пьеса. Шекспир, Мольер, Брехт, Островский, Чехов - наверное, этих примеров достаточно. К сожалению, новая волна российской драматургии все дальше откатывается к берегам Утопии. Самые способные мечтают о сюжете, где главным героем будет именно драматург, а не режиссер или актер, или, не дай бог, директор. Пишущая братия обижена на режиссуру за ее равнодушие и не желает видеть очевидного - язык современной сцены стремительно опережает поэтику новых текстов.
- Какие установки вы давали драматургу? - "Установки" не совсем точное слово. В течение полугода мы - т. е. художник и сопродюсер проекта Павел Каплевич, исполнители центральных ролей Анастасия Вертинская и Максим Суханов, а также ваш покорный слуга - вели диалог с несчастным Курочкиным. Мы говорили обо всем на свете, что могло иметь отношение к пьесе "Пигмалион". Мы обсуждали темы, композицию, характеристики персонажей. Когда текст пьесы был в основном готов, я продолжил работу в качестве редактора.
- Главную женскую роль в новом "Пигмалионе" должна играть Анастасия Вертинская. Почему у вас уже во втором спектакле героиня значительно старше, чем в тексте? - Поверьте, никакой фрейдистской подоплеки здесь нет. Приоритетом для меня всегда является масштаб личности актера, уникальность его дарования. Кроме того, в новой версии "Пигмалиона" возраст актрисы не столь принципиален.
- Известно, что вашей мечтой изначально была кинорежиссура. Недавно вы получили предложение экранизировать "Веселые похороны" Людмилы Улицкой. Почему, имея устойчивую репутацию в театре, вы раньше не предпринимали активных шагов в направлении кино, а ждали предложения? - Упражняясь в каком-либо ремесле достаточно долго, обретаешь уверенность, силу, а с ними приходит и нехороший покой, тот, что сродни цинизму, артикуляция становится автоматической. Оказывается, художественный язык стареет и снашивается, как любое тело. Вероятно, кинорежиссура для меня - это погоня за вечной молодостью, гибкостью сознания, уязвимостью психики (ту же роль когда-то сыграла эмиграция). Но бросок в неизвестное нужно совершать вовремя, этот момент нужно почувствовать.
- Насколько книга Улицкой совпадает с вашими собственными представлениями об эмиграции, с вашим личным опытом? - Кое в чем совпадает. В книге есть хорошо знакомая мне атмосфера остановившегося времени, иррационального томления. Кроме того, онтологические корни жизни, действительно, на чужбине обнажаются. Быт становится неотличим от экзистенциального приключения. На первые пять-шесть лет, а потом вульгарная природа человека берет свое... Правда, в отличие от героев Людмилы Улицкой я трудился и расслаблялся в основном в англоязычной компании...
Я вообще люблю работать с чужими текстами. Диалог двух авторских голосов, двух восприятий дает вещи напряжение, драматургию. А в случае с нашим фильмом (если он, конечно, будет снят - проект находится в процессе подготовки) все еще интереснее. Сценарий вслед роману написал Григорий Ряжский. Оператор-постановщик Андрей Макаров - мастер с весьма индивидуальным почерком. Я уж не говорю об актерском ансамбле, где есть такие великие эгоисты, как Сергей Маковецкий, Елена Коренева, Максим Суханов, Ирина Апексимова.
- То есть вы собираетесь на фильме расширить свою актерскую команду, уже привычную театральному зрителю? - У нас действительно должны сниматься замечательные актеры, с которыми я прежде никогда не работал: Ирина Апексимова, Станислав Любшин, Михаил Филиппов, Наталья Егорова. Но я верен и своим прежним пристрастиям. Сергей Маковецкий, Максим Суханов, Александр Самойленко тоже появятся в этом фильме.
- Что вам в последнее время понравилось в русском кино? - "Про уродов и людей" Алексея Балабанова, "Второстепенные люди" Киры Муратовой, "Хрусталев, машину! " Алексея Германа.
- Если вернуться к разговору о театре: где вы чувствуете себя комфортней - в антрепризе или на репертуарной сцене? Где для вас больше ограничений? - Комфортно, когда у тебя и твоих товарищей есть выбор. Ограничения в любом случае связаны с предпочтениями публики. Но, к счастью, вкусы аудитории тоже меняются. На вкусы можно влиять, постепенно поднимая планку. Никто не верил, что пьеса Гарольда Пинтера будет интересна для тысяч зрителей. Однако "Коллекция" - вполне успешный проект.