ВСЕМИРНЫЙ ИНВЕСТОР: Куда делся "эффект домино"?
В 1990-е гг. кризис, происходивший в одной развивающейся стране, перекидывался на другие. Аргентинский же кризис, принесший крупнейший в истории дефолт суверенного заемщика, не оказал сколько-нибудь заметного воздействия на другие страны. Неужели инвесторы наконец-то выучили уроки прошлых кризисов? Кризис в Мексике в 1994 1995 гг. ударил по всей Латинской Америке. Девальвация таиландского бата спровоцировала азиатский финансовый кризис 1997 - 1998 гг., от которого пострадали пять стран региона, а Бразилия с трудом устояла, потратив $30 млрд из валютных резервов на поддержание национальной валюты. В 1998 г. Россия объявила о девальвации и дефолте, и нервная дрожь пробежала не только по развивающимся странам (обрушив-таки в январе 1999 г. бразильский реал), но и по развитым. А сейчас Аргентина не в состоянии выплатить $141 млрд госдолга, банковская система страны на грани краха, курс песо падает, а единственным значительным последствием стало сокращение туризма и банковские проблемы в соседнем Уругвае.
"Последствия аргентинского кризиса для других стран пока очень незначительны. Это удивительно", - говорит Джулиан Джессоп, экономист Standard Chartered Bank. Однако, по мнению скептиков, радоваться рано: Аргентина - достаточно изолированная экономика, так что "эффект домино" пока рано хоронить. Некоторые аналитики полагают, что курс песо может упасть очень низко, и не берутся предсказать последствия значительной девальвации для других стран.
В 2001 г. кризис поразил Турцию и Аргентину. Турции удалось достаточно быстро восстановить относительную стабильность, тем не менее финансовые рынки обеих стран понесли ощутимые потери. Убыток от инвестиций в гособлигации Аргентины составил в 2001 г. 68%. Однако инвесторам удалось заработать приличные деньги на других развивающихся рынках. Когда Аргентина летела в пропасть, рейтинговые агентства повысили рейтинг Мексики до инвестиционного уровня и котировки мексиканских бондов взмыли вверх. Выросли бразильские облигации. А на российских облигациях инвесторы заработали 55%.
Возникает соблазн заключить, что из кризисов 1990-х гг. были извлечены полезные уроки. В частности, поскольку информация о развивающихся рынках стала более доступной и качественной, инвесторы научились разграничивать удачные и неудачные объекты для вложения средств. "Мы уже сталкивались с "энроновским кризисом" в 1997 г. Мы вдруг узнали, что Таиланд взял в долг огромные деньги, а у Кореи не осталось резервов, - говорит Мохамед Эль-Эриан, управляющий директор крупного американского инвестфонда Pacific Investment Management, специализирующегося на вложениях в облигации. - Теперь у нас более качественная информация. Мы наняли больше аналитиков и стали лучше понимать ситуацию [на развивающихся рынках]".
Все это действительно так, но "эффект домино", как и вирус, распространение которого приводит к эпидемии, может принимать разные формы. Другие страны не подхватили аргентинский вирус потому, что у Аргентины в отличие от стран Юго-Восточной Азии весьма ограниченные торговые связи. В Аргентину, например, направляется около 10% бразильского экспорта, однако этот экспорт составляет лишь 1% бразильского ВВП. Кроме того, краха Аргентины на рынках ждали почти год. А мексиканский кризис застиг инвесторов врасплох. Чтобы привлечь ликвидные средства, многим инвестфондам пришлось, например, продать приносившие высокую прибыль чилийские активы. На этот раз инвесторы смогли без спешки избавиться от аргентинских бумаг, переведя средства в более надежные и доходные инструменты. Свою роль сыграло и то, что после серии кризисов конца 1990-х гг. на развивающихся рынках стало существенно меньше "горячих денег" - краткосрочных спекулятивных средств, вкладываемых в высокодоходные рискованные активы.
Однако в случае с Аргентиной "домино", похоже, оказалось не финансовым, а политическим. Кризис вывел на демонстрации тысячи людей. Популистские обещания сегодня в цене, и волна популизма может захлестнуть другие страны Латинской Америки. "Я называю это идеологическим домино", - говорит Нэнси Бердсолл, президент Центра проблем мирового развития - аналитического центра в Вашингтоне. По ее словам, многие латиноамериканцы воспринимают Аргентину как избалованного ребенка, которого разгневанные родители - международные финансовые институты - вдруг выставили за дверь. Распространение подобных настроений в обществе и политических кругах может привести к частичной ревизии рыночных преобразований, проведенных в 1990-е гг.
Популистское правительство Венесуэлы уже столкнулось с бегством капитала из страны и ростом социальной напряженности. Беспокойство у аналитиков вызывает и ситуация в Бразилии, которую в конце года ожидают президентские выборы. Политическая нестабильность может привести к падению инвестиций и капиталовложений, к сокращению притока иностранных денег на рынки акций и облигаций развивающихся стран. И это может затронуть не только Латинскую Америку, но и Индию, Индонезию и ряд других развивающихся стран.
И все же инвесторы научились разбираться в темных "развивающихся" лошадках. По оценке Института международных финансов, в этом году приток частного капитала в развивающиеся страны вырастет до $144 млрд со $115 млрд в 2001 г. (WSJ, 4. 03. 2002)