ЧЕЛОВЕК НЕДЕЛИ: Конструктор
Президент стал триумфатором, когда в Веймаре объявили, что советский долг ГДР усечен до $500 млн. Но вообще-то еще в конце февраля замминистра финансов Сергей Колотухин сказал "Ведомостям", что "больше $500 млн мы немцам не заплатим". Зная о непримиримой позиции Германии, требовавшей в 15 раз больше, мы написали, что платеж может не превысить нескольких сотен миллионов долларов. Зря страховались: Колотухин слов на ветер не бросает. В интервью летом прошлого года он огорошил публику заявлением: 2003 год - пиковый по внешним долгам - Россия пройдет без бюджетных потрясений. В ту пору это было откровением, а сегодня вроде как общее место.
Приход Колотухина в Минфин весной 2000 г. выглядит слепым случаем. Переселяясь в Белый дом, Михаил Касьянов искал для Минфина замену для переговоров с иностранными кредиторами. Парадоксально, но премьер поставил на человека, лично ему не знакомого, не с госслужбы, не имевшего навыка "отбивать" государственные долги или, выражаясь цивилизованно, реструктурировать. Колотухин имел другой опыт - работы в российском загранбанке Евробанк (Париж) и Внешторгбанке. Колотухин не стал, как говорят, продолжателем дела Касьянова, а действительно сменил его. Касьянов воплощал этап политического урегулирования советских долгов. Российский чиновник с манерами европейца точно играл на нюансах и противоречиях частных и официальных кредиторов - между Парижским и Лондонским клубами. Бульдожья хватка, а где надо - лайковые перчатки в общении с кредиторами помогали Касьянову добиваться реструктуризации задолженности.
Эта стратегия была исчерпана к январю 2000 г., когда Парижский клуб категорически отверг даже робкие намеки российских правительственных чиновников на очередную отсрочку платежей. Колотухин, неброский, если не сказать, простовато выглядящий, внес совершенно иное - конструкторское - начало в систему управления внешним долгом. Теперь непрерывно идет подбор, комбинация множества элементов, чтобы ослабить давление на бюджет не только в короткой, но и в отдаленной перспективе. На весьма выгодных условиях практически урегулирована задолженность перед коммерческими кредиторами, банками бывшего СЭВ и рядом стран, не входящих в Парижский клуб. В ход идут товарные поставки в погашение задолженности, операции своп, досрочный выкуп российских долговых обязательств на рынке. Отдельные схемы, например сокращение задолженности перед Чехией с включением в операторы компании Falkon, настолько запутанны, что вызывают подозрения. Однако Колотухин отвергает все упреки и, гордясь придумкой Минфина, говорит, что практически на пустом месте пассивы России уменьшились на $2,5 млрд.
У экспертов будет еще время оценить качество новой стратегии управления госдолгом. Пока можно лишь констатировать: за прошлый и нынешний год внешняя задолженность страны сократится более чем на $30 млрд и опустится до $113 млрд. Это менее 45% ВВП. Сразу после дефолта было 128% ВВП и казалось, что этот Монблан раздавит нас.
Александр Беккер