Кодируют только лучших
У российских специалистов, занимающихся лечением алкоголизма методом кодирования, стали появляться корпоративные клиенты. Компании, особенно в провинции, похоже, отчаялись покончить с пьянством сотрудников уговорами и увольнениями. Эту проблему они теперь решают с помощью психотерапии. И хотя многие психологи скептически относятся к кодированию, этот метод оказывается вполне действенным, и обе стороны - работник и работодатель - остаются довольны. Всех не уволишь.
По данным Министерства здравоохранения, в 2001 г. в наркологических диспансерах России прошли лечение 2,2 млн больных алкоголизмом. Однако эти данные не отражают реальной ситуации, поскольку многие обращаются за помощью анонимно, говорит Алексей Магалиф, главный врач Клиники психологической адаптации, специализирующейся на лечении алкоголизма. По приблизительным подсчетам медиков, этим заболеванием в нашей стране страдает около 10 млн человек, а гибнет из-за злоупотребления спиртным до 800 000 человек в год.
Однако алкоголизм в России - проблема не только медицинская, но и экономическая. Например, при подборе временного рабочего персонала около 5% кандидатов приходится вскоре после начала работы заменять из-за пристрастия к выпивке, говорит директор московского отделения рекрутинговой компании Kelly Services Наталья Долженкова. Особенно тяжело приходится сельскохозяйственным компаниям. "Когда мы начинали работать на селе, нетрезвый сельхозработник был чем-то совершенно обычным, скорее меня удивило, если бы весь колхоз был трезвым", - говорит Юрий Костюк, руководитель сельхозуправления группы компаний "Русагро".
Некоторые работодатели приходят в конце концов к выводу, что уволить всех за пьянство невозможно, - и стараются вернуть в строй хотя бы самых нужных работников. По словам Ильи Щетинина, заместителя гендиректора психотерапевтического центра "Дар", специализирующегося на кодировании, буквально каждую неделю в его компанию начальники приводят своих подчиненных на кодирование. "Как правило, руководители объясняют, что это ценные сотрудники, которые, к сожалению, пьют, - рассказывает Щетинин. - Когда-то начальник отдела кадров одного завода за ручку привела в итоге к нам более 30 человек".
Незакодированные на выход! Гендиректор колхоза "Восточный" в Астраханской области Олег Овчинников уговорил первого сотрудника на кодирование около двух лет назад. "Мы нашли врача, выписали аванс 2000 руб. и отвезли этого сотрудника в город", - вспоминает Овчинников. Сейчас в колхозе закодировано уже пять работников. "Это ценные сотрудники, которых мы не можем уволить, поскольку других механизаторов на селе нет", - говрит Овчинников. Обычно руководитель "Восточного" старается объяснить кандидатам на кодирование, что, поскольку во время запоев им ставят прогулы, они лишаются большой части заработка, составляющего в колхозе до 5000 руб. в месяц. А в последнее время Овчинников напоминает об одном трактористе, который, напившись, попал под свой же трактор и погиб. Этого работника Овчинникову в свое время так и не удалось уговорить пойти к врачу-психотерапевту.
На пьяниц также действует угроза, что их уволят, а в трудовой книжке напишут истинную причину увольнения. "Такого человека другой работодатель к себе не возьмет, а мы можем принять обратно, - объясняет глава колхоза. - Одного мы уже уволили и теперь ждем, когда он остепенится и вернется обратно".
Колхозники не видят ничего плохого в том, что их кодируют. Например, механизатор Владимир Спицын говорит, что поддерживает инициативу руководства: "Мой брат не пьет уже полгода, не пьют и остальные, кто закодировался". Каких-либо неприятных изменений в закодированных коллегах Спицын не заметил. "Нормальные ребята", - говорит он.
Выгодная забота.
Экономически кодирование ценного сотрудника работодателям гораздо выгоднее, чем его замена. Фирма "Супонинский хлеб" в г. Новокуйбышевске Самарской области очень долго искала хорошего электрика. Однако найденный с таким трудом специалист оказался пьющим. Ему предложили пройти кодирование. Месячная зарплата такого сотрудника составляет 7000 - 7500 руб. А кодирование на два года стоит лишь 1000 руб. В "Супонинском хлебе" из 80 работников закодированы семь: кроме электрика это грузчики и водители. По словам хозяйки пекарни Анжелы Супониной, все идут на это добровольно. "Они приходят и говорят - не бросайте нас, мы любим производство, хотим работать, - рассказывает Супонина. - Родственники даже приходят, просят. А люди хорошо работают. Нужно им помогать". Супонина сама отводит своих работников к врачу-психотерапевту и остается в кабинете во время процедуры - она считает, что ее присутствие для них важно. "Вот 15 января поведу трех человек на очередную кодировку, - делится планами предпринимательница. - У них срок кончился". Трудная трезвость.
Как объясняет Алексей Магалиф, под кодированием понимают несколько схожих методик, суть которых одна - внушить человеку страх перед алкоголем. Это делают с помощью психологического внушения, по методике, разработанной Александром Довженко в 1984 г. Или в организм вводят химическое вещество, из-за которого пациент может почувствовать себя плохо, если выпьет. Однако многие специалисты по психиатрии и психологии считают, что кодирование может приводить к различным неожиданным последствиям. "Это абсолютно крайний вариант, - говорит Марина Мелия, гендиректор компании "ММ-класс". - Успешным [этот метод] может быть только в том случае, если кодирование не насильственное, если человек сам осознает, что он - алкоголик, что его алкоголизм - проблема. Если же человек не хочет кодироваться, то потом он может так сильно сорваться, что оказать повторную помощь становится гораздо сложнее". По словам Мелии, кодирование сопровождается большим напряжением, вызывает скрытую агрессию, которая может проявиться как на работе, так и дома и требует психотерапевтического лечения. Кроме того, отмечает психолог, кодирование значительно снижает самооценку человека, что влияет и на его трудовую мотивацию. По словам психологов, кодирование особенно опасно, если алкогольная зависимость обусловлена какими-то невротическими явлениями: человек пьет, чтобы снять какие-то симптомы. Руководитель психологического центра "Команда" рассказал, как руководитель одной из компаний оказался алкоголиком, который по настоянию учредителей подвергся кодированию, стал испытывать страх в закрытых помещениях и упорно избегать людей, напоминавших ему о выпивке, - в том числе клиентов. Алексей Магалиф убежден, что кодирование не излечивает от алкоголизма, а только откладывает запой на время. "Это как игра в рулетку, на кого-то подействует, а кто-то начнет пить уже через неделю-другую, - говорит он. - Лечение должно быть индивидуальным и уж тем более не из-под палки". Тем не менее Магалиф допускает использование кодирования в случаях, когда пациенту сложно получить серьезную и квалифицированную медицинскую помощь.
С тем, что кодирование - не идеальный метод, согласны и работодатели, которые к нему прибегают. "Какое-то напряжение в людях чувствуется", - признает Анжела Супонина. По этой причине по окончании срока кодирования некоторые сотрудники "Супонинского хлеба" между двумя сроками кодирования позволяют себе расслабиться. Однако Олег Овчинников из совхоза "Восточный" не считает, что кодирование сделало его сотрудников агрессивными. "Злоба может появиться у тех, кто сидит дома без дела", - убежден он.