РЕЙТИНГ: Moody's ставит медвежий капкан
Агентство Moody's впервые в истории присвоило России инвестиционный рейтинг. Этот шаг удивил участников рынка - прежде всего выбором момента. Многие расценили повышение рейтинга России на два пункта как признание успехов российской экономики и поддержку лично Владимира Путина, причем всего за три месяца до выборов в Думу. Между тем одним из последствий данного шага может стать ускоренное приближение в России нового кризиса.
Следует отметить необычное совпадение интересов различных сторон, затрагиваемых повышением рейтинга. В течение четырех лет нефть оставалась достаточно дорогой, и в России наметилась политическая стабильность при явном, хотя и незначительном прогрессе в области государственного управления. Устойчивый рост экономики позволил биржевым индексам достичь рекордных высот. Баланс госбюджета положительный, страна готова выплачивать внешний долг с опережением графика. Западные банки снова инвестируют в Москву, стремясь воспользоваться нынешним периодом процветания в корпоративном секторе. Все стороны заинтересованы в раскручивании положительной спирали. Решение Moody's подхлестывает этот процесс, привлекая в Россию новые категории инвесторов. Между тем рейтинг - это лишь оценка способности правительства платить по внешним долгам.
Но улучшение финансового баланса России ничего не говорит о перспективах роста. Россия становится слишком узкоспециализированной страной, а это делает экономику уязвимой. Весьма хрупок и нынешний компромисс между властями и олигархами - и недавние перипетии "ЮКОСа" это подтверждают.
Рынок слишком широко трактует специализированный рейтинг, распространяя его на всю экономику. Полагая, что Moody's одобряет российские реформы в целом, инвесторы захотят вложить средства в российский рынок. При этом премия за риски, связанные с российскими активами, снижается, как и отдача от этих активов.
Если верить прошлому опыту, повышение доступности денег приводит к тому, что необходимость структурных реформ начинает казаться менее острой, хотя в действительности она не снижается. Активы в России неоднократно обесценивались из-за всевозможных потрясений, спровоцированных той или иной группой влияния, - вспомним дефолт, конфискационные кампании, банковский кризис и т. п.
Однако проходило немного времени, и международные инвесторы снова проявляли желание вкладывать в Россию средства, готовя таким образом почву для новых аналогичных потрясений.
Сейчас в России нет той напряженности, которая была в 1998 г. , и может создаться впечатление, что страна научилась лучше управляться с притекающим капиталом. Но повышение рейтинга повышает риск кризиса - слишком много возникает искушений для всевозможных инсайдеров.
Кроме того, в случае неожиданного внешнего потрясения (типа внезапного падения цен на нефть, резкого изменения курсов доллара и евро) замаскированная слабость российской экономики может обнаружиться очень быстро и явно. Законодательная база несовершенна, законы плохо исполняются, банковский сектор не занимается финансированием экономики, а Кремль недвусмысленно показал свою нетерпимость к сильным независимым структурам - наглядные примеры можно привести и в области СМИ, и в сфере бизнеса. Более того, у Запада очень мало рычагов влияния на Россию, что видно на примере событий в Чечне. Даже если Москва конфискует западные активы, Запад все равно будет покупать у России нефть и газ. Даже провозглашая себя союзником США, Россия остается источником международных проблем (вспомним ядерную программу Ирана).
Западные финансисты и аналитики показали, что не учатся на уроках российской истории. Им следовало бы учесть опасность вложения средств в страну, где решения принимаются произвольным образом. В России можно вести бизнес и получать прибыль, но широкий жест Moody's представляется слишком рискованным. Он может дорого стоить этому агентству и существенно подорвать доверие к нему. (WSJ, 13. 10. 2003, перевел Александр Сафин).
Жером Гийе - сотрудник инвестиционного банка Таня Соллогуб - экономист, специализирующийся на развивающихся рынках, Париж