В Ле-Бурже выяснилось, что Superjet - хороший самолет

 20 июня новинка российского авиапрома Sukhoi Superjet 100 совершал очередной демонстрационный полет, заявленный в программе международного авиасалона Ле Бурже как пресс-полет (на борту было порядка 30 журналистов); а еще более поздним вечером того же дня под Петрозаводском разбился ветеран отечественной авиации ТУ-134. На следующий день оба события показывали по телевизору. Одно по центральным французским каналам в рубрике «официоз»: 21-го июня в Париж приезжал премьер Владимир Путин, а «картинка» SSJ должна была стать подарком для гостя. Другое – по нашим центральным: сколько погибло, кто виноват, опознание, компенсации, заявления...

И вот Интернет выдает сумасшедший новостной микс – подробности авиакатастрофы ТУ-134 чередуются с сообщениями об успехах SSJ на Ле Бурже (новые соглашения, пускай символические, но все же; FT иллюстрирует большой красивой фотографией нашего самолета заметку про то, а кто же будет третьим в мировом авиапроме; наконец, любование полетом SSJ на авиашоу самим Путиным).

 Успехи SSJ победили. Два дня спустя после авиакатастрофы, президент Дмитрий Медведев дал поручение готовить форсированный вывод ТУ-134 из эксплуатации – и не только из-за катастрофы, но и просто потому, что это уже пора сделать (по предварительной версии, трагедия произошла из-за ошибки пилота и плохой погоды, сама машина была в порядке). Я не удивилась заявлению Медведева. Оно вполне могло прозвучать и без трагедии. Почему?

Проект SSJ опаздывает почти на три года (первый самолет должен быть поступить «Аэрофлоту» в ноябре 2008 г.). Каких только историй о нем нет! Получится тяжелее, чем проектировался. И вообще не было проектирования – это какой-то неудавшийся или ставший ненужным проект Boeing (он, кстати, консультант SSJ). Денег ушло больше и еще надо. С двигателями проблемы. Серийное производство никак не начнется. Разработчик – «Гражданские самолеты Сухого» (входит в Объединенную авиастроительную корпорацию) – подтверждать или опровергать что-то никогда не стремился. 

Но буквально за несколько месяцев произошло то, что ждали годами: самолет получит сертификат типа (считай, паспорт), затем – был передан «Армавиа» (похоже, для обкатки – ведь стартовый заказчик «Аэрофлот»). И вот – 16 июня SSJ совершает первый регулярный рейс «Аэрофлота» из Москвы в Петербург, везя на Питерский форум в бизнес-классе вице-премьера Сергея Иванова, министра экономического развития Эльвиру Набиуллину, президента ОАК Михаила Погосяна, гендиректора «Аэрофлота» Виталия Савельева. Говорят, шторки между бизнес- и эконом-классами были раздвинуты, а Иванов в какой-то момент даже пожелал «выйти в народ». Народ несколько смущенно общался с чиновником, кто-то фотографировал его на мобильный, рассказывал очевидец.

Прошел SSJ и финальное [с точки зрения имиджа] испытание, покружив около часа над Парижем с журналистами на борту – были и российские, и иностранные (SSJ еще строят итальянцы и французы). Этот пресс-полет был первым, продуманным, очень важным. Чтобы тот, кто сомневается, не верит, мог лично убедиться, что SSJ летает. И чтобы потом об этом рассказал и написал. Потом меня многие спрашивали: «Как самолет?». Я отвечала: «Нормальный. Летать можно».

 Все вышеперечисленное и вселило в чиновников уверенность в то, что «да, нам есть чем заменить старые Ту». Отсюда все более жесткие требования к самолетам 1960-х гг. выпуска. Понятно ведь, что оснастить старую машину новым оборудованием затратно, проблематично, а порой и вовсе невозможно. На то и расчет, похоже.

 В меня же уверенность вселили сотрудники проекта SSJ. Пресс-полет проходил на одном из четырех так называемых самолетов-лабораторий. Они предназначены для различных испытаний. Мы, например, летали на лайнере №  95005 (половина салона занята специальным оборудованием с огромным количеством датчиков). Или – «пятерочки», как ласково говорит бортовой оператор Денис (на вид не больше 35 лет). Он пришел в ГСС в 2006 г. И с тех пор просто одержим самолетом – «я живу в нем», признается Денис. Был период, когда по полтора месяца находились в командировке в Комсомольске-на-Амуре (там, на авиазаводе идет сборка SSJ), а дома – только двое суток: сплошной недосып, жена недовольная, вспоминает он. «У нас все такие, а иначе бы хороший самолет не получился», – говорит Денис. И говорит он так спокойно и уверенно, что у меня нет никаких сомнений, что самолет, действительно, хороший. «Как реагируете на то, когда ругают SSJ?» – не удерживаюсь я. «А как можно реагировать на то, когда ругают твоего ребенка? Поубивал бы!», – в сердцах выдает Денис.

 P.S. Уход «тушек» неизбежен. Жаль только, что с ними поступают, как нередко поступают со стариками в нашей стране: списывают, забыв о былых заслугах.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать