Статья опубликована в № 3143 от 13.07.2012 под заголовком: Общественный интерес: Реформы по-хлестаковски

Михаил Фишман: Реформы по-хлестаковски

Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Дума аж вспотела под конец сессии, работая над пакетом общественных контрреформ. Этот пакет, внезапно проведенный Владимиром Путиным, весь посвящен решению единственной задачи: погасить свободу слова и собраний. Спонтанно сформированный пакет охватывает все сферы проявления этой свободы: на улице – законом о митингах, в сети – законом об интернете, в общественных организациях – законом об НКО, в прессе – законом о клевете.

Путин и депутаты торопятся. Цензура в интернете обсуждалась годами – и так и этак, – но поезд все стоял и стоял на месте. И вдруг – бац! – три дня, и вот она. Все законы Дума обсуждает со скоростью, с какой обычно утверждают чрезвычайное положение в зоне боевых действий или принимают экстренные меры в разгар экономической бури, – с той только разницей, что речь идет не о борьбе с внешним врагом или обстоятельствами, а с неугодным и неподконтрольным общественным мнением.

Стремительность, с которой законодатели закручивают гайки, вроде бы должна показать, что режим крепок и страха у него нет. Но получается по-другому, и имидж власти, наоборот, страдает: если все в порядке, то откуда такая спешка? Тем более что общественное мнение прекрасно понимает – все эти законы нужны только для того, чтобы заткнуть недовольным рты. «Единая Россия» так и не смогла объяснить с трибуны, что закон о митингах нужен кому-нибудь, кроме нее самой. Граждане только лишний раз укрепились в мысли, что им всегда врут – говорят одно, имеют в виду другое.

Путинский политический пакет невежествен и неряшлив – и юридически, и грамматически. В нем второсортная публицистика принимает вид правовой нормы. Его предложения противоречат букве и духу Конституции, здравому смыслу, другим законам, а то и друг другу. Не успев утвердить огромные административные штрафы за уличные митинги, депутаты возвращают клевету в УК под тем предлогом, что КоАП не дает штрафовать по-крупному. Они мнут и перекручивают ткань легального поля, будто это пластилиновая игрушка.

На каком основании депутаты возвращают в УК клевету – через полгода после того, как сами ее оттуда изъяли? Чем это можно объяснить, кроме как потерей короткой памяти? Все принимаемые законы обосновываются не заботой о благе общества, а иностранным опытом, перевираемым в каждом случае, но так, чтобы читалась главная мысль: те, кто пишет законы там, тоже пишут их под себя, а не для людей. Нам дают понять: везде торжествуют шкурные интересы. Но есть ли в мире хоть один пример редекриминализации клеветы или это чисто российское ноу-хау?

В итоге от думского законодательного блицкрига веет поистине хлестаковской удалью. И вся спешка – не столько от уверенности в своих силах, сколько от необыкновенной легкости в уме. От отсутствия направления, целей и ориентиров. Это решительность двоечника-прогульщика, который давно перестал заглядывать в свой дневник. До кучи можно голосовать за все, что угодно, – какая разница, если не думать о перспективах. Лучше всего двоечники умеют не беспокоиться о завтрашнем дне – в этом они отличники. И как с похмелья, плохо помнят про день вчерашний.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more