Статья опубликована в № 4311 от 27.04.2017 под заголовком: От редакции: Вредная профессия

Вредная профессия

Насколько должен упасть рейтинг премьера, чтобы его поддержка стала обременительной для президента

Когда выходит этот фильм Навального про Медведева, невозможно, чтобы власть молчала <...> – сказал в среду «Дождю» Никита Михалков. – Молчание в данном случае выглядит настолько неоднозначно, что вызывает в людях такое сомнение, которое может оправдать им и их детям вот такие выходы на борьбу со строем государственным в стране».

В среду же был опубликован опрос «Левада-центра», согласно которому рейтинг доверия Дмитрию Медведеву достиг рекордно низких показателей. Ему не доверяют 52% россиян (доверяют 33%). На не задававшийся ранее вопрос об отставке премьера положительно ответили 45% (отрицательно – 33%). Схожий тренд фиксирует и фонд «Общественное мнение»: падение доверия к премьеру с первой и второй недель марта (с 46 до 39%) и рост недоверия (с 44 до 50%). Важно ли это?

С одной стороны, в отсутствие инструментов обратной связи соцопросы стали восприниматься властью как удобный механизм проверки того, как усваиваются сигналы, посылаемые обществу государственными СМИ.

С другой стороны, премьер и правительство при Путине традиционно играют роль громоотвода общественного недовольства. Они принимают на себя риски ухудшения ситуации в экономике и падения уровня жизни, тогда как очки за успехи достаются президенту. Рейтинги одобрения работы премьера всегда ниже, чем у президента, – если премьера не зовут Владимир Путин. В 2009 г. «Левада» спросил россиян про распределение ответственности за последствия кризиса: упреки поделили между собой кабинет Путина-премьера (36%) и президент Медведев (23%), в то время как лично Путина-премьера обвинили только 17% россиян. И, конечно, всеми успехами докризисного периода страна была обязана лично Путину, тогда еще президенту (52%).

Рейтинг премьера и его кабинета в период первых двух президентских сроков Путина едва ли напрямую влиял на их шансы быть отставленными. Все четыре года премьерства Михаила Касьянова рейтинг его кабинета, согласно опросам «Левады», был отрицательным (уровень неодобрения был выше одобрения), хотя лично у Касьянова на момент отставки он был положительным (48% одобрявших). Одобрение работы лично премьера Михаила Фрадкова накануне его отставки было выше, чем у его кабинета (45 и 43% соответственно). А правительство Виктора Зубкова, начав с отрицательного рейтинга, к моменту отставки вышло на уровень в 56% одобрения, сопоставимый с последующими рейтингами кабинета самого Путина.

Вопрос в том, насколько должен упасть рейтинг премьера сегодня, чтобы его поддержка начала восприниматься как опасная для Кремля. Сегодня конструкция с потенциальной возможностью «отцепления» Медведева и перевода на него негатива выглядит способом управления рисками, говорит политолог Михаил Виноградов. Другое дело, что никто (кроме, возможно, Никиты Михалкова) точно не знает, наступил ли час икс, чтобы это делать, или все рассосется. Кроме того, необходимо иметь гарантии, что такой шаг укрепит позиции власти, а не расшатает, что граждане и элиты увидят в этом силу и изящество изначального замысла, а не признак слабости и вынужденности.

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)