Мнения
Бесплатный
Мария Железнова
Статья опубликована в № 4361 от 12.07.2017 под заголовком: От редакции: Надзорные сомнения

Сколько можно сомневаться Центробанку

Как не допустить новых масштабных банковских крахов

Крах банка «Югра» (15-е место по объему средств физлиц – 181,8 млрд руб.) не стал полной неожиданностью для банковского сообщества. Даже Центробанк следил за «Югрой», как минимум один раз ограничивал привлечение средств населения во вклады и только за последние 12 месяцев вынес банку 10 предписаний по доформированию резервов на десятки миллиардов рублей – но в итоге все равно был вынужден ввести 10 июля в банке Юрия и Алексея Хотиных временную администрацию из-за «неустойчивого финансового положения». Агентству по страхованию вкладов предстоит выплатить вкладчикам банка 169,2 млрд руб. – новый антирекорд.

Зампред ЦБ Василий Поздышев признал, что регулятор уже некоторое время наблюдал «признаки» фальсификации отчетности и манипуляций с вкладами, «технического» выполнения предписаний и вывода активов. Некоторые нарушения были на поверхности. Так, в 2016–2017 гг. банк активно рекламировал вклады, уже будучи ограничен регулятором в возможности привлечения средств физлиц. Согласно официальной отчетности с момента введения ограничения в апреле 2016 г. до 1 июня 2017 г. объем вкладов физлиц вырос на 17,8 млрд руб. – почти на 11%. Некий сбой в конце апреля 2017 г. приостановил обслуживание клиентов «Югры».

Почему же, несмотря на широкий ассортимент плохих признаков, временная администрация была введена Банком России только сейчас? Руководство банка демонстрировало готовность выполнять требования регулятора, на то, чтобы заподозрить их в чисто техническом их выполнении, ушло несколько месяцев. Чтобы проверить подозрения, тоже потребовалось время, часть нарушений еще предстоит доказать, заявил Поздышев.

Получение вернейших доказательств нарушений – давняя и разумная практика регулятора, согласен финансовый омбудсмен Павел Медведев, она не оставляет возможности оспорить его действия в суде. Президент «Югры» Алексей Нефедов уже выступил с опровержениями подозрений ЦБ: по его словам, банк не выводил активов, выполнял все нормативы и требования к капиталу, а предоставляемая в ЦБ отчетность полностью соответствовала российским и международным нормам.

С одной стороны, надзор необходимо усиливать, но с другой – невозможно требовать от ЦБ полноценного следствия по каждой цифре в каждом отчете, признает председатель ЦБ в 1995–1998 гг. Сергей Дубинин. Отчасти этот конфликт должен быть решен в ходе анонсированной реформы банковского надзора, в частности разделения банков по типу лицензии на базовые (с некоторыми ограничениями по функционалу) и универсальные (без ограничения), которые будут находиться под более пристальным контролем. При этом надзор должен критичнее относиться к сделкам с заинтересованными сторонами и кредитованию собственников, считает Дубинин: «Если это не квалифицировать как уголовное преступление, такая практика будет продолжаться».

Проблему надо решать, когда банк только начинает проедать свой капитал, а не когда он его уже прикончил, полагает Медведев, банковский надзор должен подключаться на более раннем этапе, превратиться из наказания в консультанта, это тоже часть анонсированной ЦБ реформы надзора. Крайне полезным будет и расширение практики применения «мотивированного сомнения», когда надзор начинает действовать еще на этапе обоснованных предположений о серьезных нарушениях, но для этого нужен закон, который давно обсуждается, но все еще не принят – банковское сообщество опасается злоупотреблений.

Полная версия статьи. Сокращенный газетный вариант можно посмотреть в архиве «Ведомостей» (смарт-версия)