Мнения / Детали / Вещь недели
Статья опубликована в № 4413 от 22.09.2017 под заголовком: Вещь недели: Автомат Калашникова

Культурно-огнестрельный бренд

За что следует хвататься в России, когда слышишь слово «культура»
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Назвав автомат Калашникова культурным брендом России, Владимир Мединский не только объединил интересы возглавляемых им Министерства культуры и Военно-исторического общества, но и умело затронул душевные струны соотечественников. С них и начнем.

Ах, школьные годы чудесные! Кто из родившихся в СССР не собирал-разбирал автомат Калашникова! Руки и сегодня помнят его во всех деталях, но за давностью лет позабылось, что за урок это был. Возможно, история или даже литература, определенно что-то гуманитарное, раз речь идет о культурном бренде, хотя тогда мы этого иностранного слова не знали. Как бы то ни было, калашников – вещь ностальгическая, один из пленительных образов детства, когда деревья были большими, на школьной доске плясали солнечные зайчики, а пузатый военрук заявлял, что у мужчины не может быть живота и все, что выше ремня, – это грудь.

Но истукан работы скульптора Салавата Щербакова явил собой и более неожиданное «место памяти» (если воспользоваться термином французского ученого Пьера Нора). Как заметила литературный критик Анна Наринская, стилистика монумента отсылает к новорусскому кладбищу, где упокоились криминальные авторитеты лихих 90-х. Теперь и это ностальгия. А вовсе не повод для раздора, как беспокоится образованная общественность. Как кольт в Америке когда-то уравнял всех в правах, так калашников в России, получив статус культурного бренда, должен всех примирить.

Ведь если посмотреть на монумент беспристрастно, легко заметить, что в нем нет ничего воинственного. Входило ли это в художественный замысел творца или произошло случайно, но знаменитый конструктор держит автомат скорее как гитару. Как будто уже знает, предчувствует, что в руках у него культурный бренд.

С другой стороны, заявление министра Мединского, конечно же, изящный парафраз афоризма, который ошибочно приписывают то Геббельсу, то Герингу, но принадлежит он другому национал-социалисту – драматургу Гансу Йосту. Герой его пьесы «Шлагетер» (1933) восклицал: «Когда я слышу слово «культура», я хватаюсь за револьвер». Со временем фраза стала использоваться иронически, но Мединский смело вернул ей буквальный смысл, заодно окончательно утвердив Министерство культуры в качестве филиала Военно-исторического общества. Пазл сложился. Министр четко указал, за что следует хвататься в России, когда слышишь слово «культура». За автомат Калашникова. Который не просто бренд, а, если правильно понять министра, сама наша культура сегодня и есть.

Выбор редактора
Читать ещё
Preloader more