Плохой рассказ про кокаин

Неумение работать с неприятной информацией делает официальную версию истории малоубедительной
Gendarmería Nacional

Запоздавшие и не всегда последовательные объяснения истории обнаружения кокаина в школе при российском посольстве в Аргентине демонстрируют растерянность российских официальных представителей, не привыкших к работе с неприятной для них информацией.

То, что мы знаем о произошедшем, свидетельствует, что у российских властей была возможность представить инцидент как успешную совместную операцию российских и аргентинских спецслужб: как говорят представители МИДа, чемоданы с кокаином были обнаружены в комплексе посольства еще в декабре 2016 г. во время инвентаризации, посольство сразу сообщило о них местным спецслужбам, известило об инциденте МИД и с его ведома активно сотрудничало с аргентинскими властями. Содействие посольства и российского ФСБ подтвердила и министр безопасности Аргентины Патрисия Буллрич.

Однако разъяснения запоздали: большую часть скандальной истории россияне узнали не от официальных представителей властей, а из СМИ и блогов, после чего реплики спикеров свелись к отрицанию опубликованной информации и нападкам на задающих логичные вопросы. МИД продолжает опровергать любую причастность дипломатов к организации наркотрафика, несмотря на опубликованные аргентинской прессой записи разговоров сотрудников службы безопасности посольства.

Предположим, дипломаты не знали о закладке наркотиков – тогда возникают вопросы к организации охраны дипмиссии (ею занимаются МИД и СВР). Экономист Максим Миронов, чьи дети учатся в посольской школе, написал, что завезти такую партию наркотиков невозможно без ведома начальника службы безопасности. В ответ посольство обвинило Миронова в попытках «использовать любую возможность для очернения нашей страны и посольства» и заявило, что технические сотрудники свободно перемещаются по территории, а школа во время каникул вообще не охраняется. Это звучит угрожающе – получается, потенциальный террорист легко может заложить там бомбу. Оправдания звучат неубедительно, отмечает эксперт по международным отношениям Владимир Фролов: территория посольства должна строго охраняться и регулярно проверяться. Российскому МИДу иногда вредит излишняя наступательность заявлений, иронизирует политолог Евгений Минченко.

Путаницы и вопросов добавляют и сообщения о размере партии (по данным Буллрич, на которые ссылаются российские информагентства, – 385 кг, по версии ФСБ – 362 кг), и видео с попавшим в кадр бортовым номером самолета спецотряда «Россия», куда грузят чемоданы, – официальный представитель управделами президента, которому подчинен отряд, опровергла использование борта для спецоперации. Такая информационная политика – игнорирование проблемной темы, привычная уклончивость в ответах и не менее привычная агрессия – вряд ли продуктивна и усугубляет и без того невыгодное положение, в котором оказались российские дипломаты.