Протест на диване против протеста на улице

Никогда нельзя знать наверняка, какой вид гражданского активизма переломит ход резонансного дела – но пассивность не помогала никому
Освобождение из СИЗО и перевод под домашний арест фигуранток дела «Нового величия» /Максим Стулов / Ведомости

Освобождение из СИЗО и перевод под домашний арест фигуранток дела «Нового величия» Анны Павликовой и Марии Дубовик, безусловно, хорошая новость, хотя для всего дела, понятно, только промежуточная. Но история борьбы и за это решение в полной мере отражает искаженную систему обратной связи между обществом и государством. Существующие каналы коммуникации действуют крайне слабо, каждый раз порождая крайнюю неопределенность реакции на высказываемое гражданами недовольство, вынуждая активистов всякий раз задействовать все возможные инструменты выражения протеста.

Громкие процессы последнего года – дела «Нового величия», врача Елены Мисюриной и сотрудников «Гоголь-центра» – отличаются друг от друга, но вызвали похожую реакцию: стремление профессионалов и активной части общества защитить людей, несправедливо, по их мнению, пострадавших от пристрастной и жестокой машины следствия и правосудия. Отличия в результатах заставляют задуматься о механизмах общественного влияния и их эффективности. Те, кто пытается исправить очевидную несправедливость, вынуждены апеллировать к верховной власти или ее элементам (Совет по правам человека, уполномоченный по правам человека и др.). Следствие и суд по букве закона независимы от исполнительной власти, что любит подчеркивать президент. Но активисты видят, какие приговоры выносят суды, и понимают, что в советской поговорке «суд независим и подчиняется только обкому» достаточно лишь заменить последнее слово.

Вы видите часть этого материала
Подпишитесь, чтобы дочитать статью