Сколько стоит гражданам России российская угроза

Мы слишком привыкли приспосабливать свою частную жизнь к кульбитам внешней политики и отвыкли задавать власти вопрос — а не слишком ли велика цена
Это создает у Запада реалистическую картинку надвигающейся войны /Pavlo Pakhomenko / AP

Запрет въезда на территорию Украины мужчинам-россиянам в возрасте от 16 до 60 лет выглядит еще одним элементом картины растущей российской угрозы. Расчет, возможно, больше на западную аудиторию, но у нее есть и российский адресат: жертвами того, что верховный главнокомандующий называет «пограничным инцидентом, не более того», автоматически становится почти половина населения страны, у которой появляется повод спросить с руководства: а стоил ли того керченский абордаж?

Запрет, инициированный президентом Украины Петром Порошенко, стал реакцией на задержание 25 ноября на подходе к Керченскому проливу российскими военными экипажей двух украинских бронекатеров и буксира, направлявшихся в Азовское море. У несоразмерного на первый взгляд запрета – под него попали не только военные или хотя бы отслужившие в армии, но все без исключения взрослые мужчины – есть какое-никакое рациональное объяснение. Если, по версии Москвы, в конфликте в Донбассе участвуют только «отпускники», то в глазах Киева любой россиянин, физически способный воевать, может быть «отпускником». Практически, конечно, запрет мало что меняет: помимо контролируемых Киевом участков границы есть и легко проницаемые не то что для людей – для «Буков» участки.

Такой обобщенный, тотальный запрет на въезд взрослых мужчин (до сих пор проблемы возникали разве что у фигурантов санкционных списков или у въезжавших в Крым не через Украину россиян), несомненно, усиливает ощущение угрозы для Украины со стороны России. Объявление военного положения, приведение армии в полную боеготовность, возможность мобилизации резервистов и проч. – все это создает у Запада реалистическую картинку надвигающейся войны, а российские заявления о сугубо пограничном характере инцидента в проливе выглядят далеко не так убедительно, как и обещания не вводить зеркальных запретов для граждан Украины (хотя миграционный поток и так сокращается).

Цена керченского абордажа для Кремля растет как на дрожжах, и дело отнюдь не только в отмененной в последний момент встрече Дональда Трампа и Владимира Путина в Аргентине, которой так хотела Москва. Вслед за Трампом требование освободить украинских моряков повторили в ЕС и НАТО (удовлетворять это требование Кремль в ближайшее время очевидно не станет), а на очереди – ужесточение санкций, усиление военного присутствия НАТО в Черном море и другие последствия демонстрации силы.

Но это проблемы политиков – в отличие от запрета на поездки на Украину для обывателей. Россиянам не привыкать подстраивать частную жизнь под эксцессы внешней политики: возим же мы санкционный сыр из Европы, получаем американские визы в странах Балтии и летаем в Киев через Минск. Привычка к плохому плоха сама по себе, но еще хуже привычка не задаваться вопросом, не слишком ли большую цену заломило руководство страны за свое право чувствовать себя большими плохими парнями.