Статья опубликована в № 4720 от 19.12.2018 под заголовком: Протест остался во Владивостоке

Почему Приморье проголосовало против Москвы

Предприниматель из Владивостока Денис Дженжера о причинах и результатах протестного голосования на губернаторских выборах

Повторные выборы губернатора в Приморском крае завершились победой врио губернатора Олега Кожемяко. В сентябре назначенец из Москвы Андрей Тарасенко не смог «вчистую» обыграть коммуниста Андрея Ищенко, которого протестное Приморье выбрало себе в фавориты. ЦИК не смог смириться с истеричными фальсификациями, а власть – с неудобным избранным губернатором, поэтому было решено провести повторные выборы.

Выигравший второй тур выборов, но не ставший губернатором Ищенко – это случайный бенефициар протеста. Многие голосовавшие за него не питали иллюзий насчет «коммуниста на золотом крузаке» – было понятно, что даже в случае избрания Ищенко могут скоро убрать из губернаторского кресла. Это была возможность показать зубы – и Приморье их показало.

Протестное голосование на сентябрьских выборах не возникло из ниоткуда, но со стороны может показаться удивительным – ведь к региону уже 10 лет приковано внимание центра. Для развития Дальнего Востока создали министерство, для проведения саммита АТЭС в 2012 г. построили инфраструктуру, переданную в дальнейшем Дальневосточному университету (ДВФУ), мосты, объездные дороги, новый аэропорт и даже Театр оперы и балета.

Но это был не дар: центр не выпускал управление из рук. Предвзятое отношение – мол, в экономически активном регионе во власти воры и бандиты – проскальзывало и тогда. Недоверие со стороны Кремля началось с замены губернатора из местных Сергея Дарькина на ставленника из Москвы Владимира Миклушевского еще до главного мероприятия 2012 г. Влияние местных элит и бизнеса оставалось ограниченным: местным строителям на объектах саммита достался лишь субподряд, ректоры ДВФУ назначались из Москвы, без учета мнения преподавателей, а Театр оперы стал филиалом Мариинки.

Настроения жителей региона в духе «спасибо за саммит, дальше мы сами» умело приглушались. Это противостояние не выступало отчетливо, но ощущалось. Когда первый «московский» губернатор так и не смог за шесть лет достроить два 5-звездочных отеля, приморцы восклицали: «При Дарькине уже бы давно достроили!»

При этом коснувшиеся Владивостока изменения обошли стороной жителей края. Запущенные амбициозные программы – дальневосточный гектар, территории опережающего развития, порто-франко – мало улучшали качество жизни приморцев. Да, жители глубинки могут приехать в самый большой океанариум в мире по самому большому в мире пролету моста на остров Русский, но путь их будет лежать по километрам грунтовки через речушки, где наводнениями смыло мосты.

Следующий «московский» врио Тарасенко тоже начал бодро. Но быстро стал раздражать – то ли краснодиректорскими повадками, то ли флотской служивостью. За год руководства Приморьем он успел обидеть многих: строителей, яхтсменов и даже рисоводов. Против него сыграла и пенсионная реформа. Соседний Хабаровск тоже вдохновил – там засидевшийся единоросс Вячеслав Шпорт набрал меньше основного конкурента от ЛДПР Сергея Фургала.

Но ощущения, что губернатор от власти может проиграть, не было до результатов первого сентябрьского тура. В исходе голосования во втором туре выборов в Приморье и последующей отмене смешались и восторг, и возмущение, и эйфория.

Возмущались, правда, больше коммунисты и сторонники Алексея Навального. Действительно массовых митингов в поддержку Ищенко после второго тура не было – все-таки он был случайным «пассажиром». Массово идти под статью о митингах ради человека, который объявил было голодовку, но через сутки ее отменил, прагматичные приморцы не захотели. Многие просто ждали, а что же будет дальше? Так или иначе Приморский край передал мяч на поле Кремля.

Новая избирательная кампания началась сразу же в сентябре – с назначения Кремлем врио губернатора Кожемяко. Выходец из Приморья, эффективный губернатор трех дальневосточных субъектов и владелец рыбодобывающих бизнесов, по слухам, сам напросился у Владимира Путина в родной – четвертый – регион. Считают ли его в Приморье своим человеком? Этому мешает назначение Кремлем. Земляки шутят, что он скорее летун, как говорили в советские времена. Или «подорожник» – в том смысле, что президент всякий раз его к больным местам прикладывает. Он свой для региона в том смысле, что у него есть тут свои интересы и амбиции. Но и у Дарькина, с 2012 г. урывками приезжающего в Приморье, тоже остались дома свои интересы. Зато за Кожемяко пристально – пристальнее, чем у нас, – наблюдают в Амурской области: возможно, потому, что его команда, которую он привел на Сахалин, а теперь и в Приморье, сформировалась именно там.

С назначением врио Кожемяко протестный пожар принялись тушить пирогами в виде обещаний финансовой поддержки из центра (счет из Москвы, открывшийся скромной цифрой в 1,7 млрд руб. на латание дыр в здравоохранении, ко дню выборов вырос до 14 млрд на мосты и дороги) и скоропалительных законов. Получив невиданный карт-бланш из Кремля, кандидат № 1 первым делом избавился от токсичной «Единой России», зарегистрировавшись самовыдвиженцем.

Из каждого подключенного к интернету утюга лилась предвыборная агитация кандидата от власти. В агитации Кожемяко представлялся эдаким своим парнем, иногда даже грозящим пришельцам из Москвы и Китая. Но с объемом закупленной рекламы штаб переборщил – уже через пару недель она вызывала раздражение у всех. Местные СМИ также не устояли перед харизмой и деньгами.

Но если для владивостокцев нашлись быстрые рецепты – отмена кнопки «Глонасс» для автобизнеса; статус столицы региона (справедливый) для Владивостока; даже скидки на четыре вида рыб в супермаркетах, – то жителям края достались только обещания – поднять здравоохранение, построить мосты и отремонтировать дороги. Через неделю после назначения Кожемяко врио громко ушел в отставку сити-менеджер Владивостока Виталий Веркеенко. За полгода набравший популярность деятельный глава заявил об отсутствии мотивации и желания участвовать в политических играх. Вслед полетели и другие головы в краевой администрации. Предприниматели в кулуарах жаловались, что стало невозможно решить простые вопросы из-за подвешенного состояния власти и ожидаемой смены команды.

Но надо было и к голосованию готовиться. Буйных конкурентов-коммунистов устранили сразу же. Сначала центральный аппарат КПРФ в Москве отказался выдвигать кандидата, что ощутимо ударило по заслуженной репутации приморской ячейки. Баловень протеста Ищенко, чтобы сохранить лицо, пошел на выборы независимым кандидатом и ожидаемо увяз в муниципальном фильтре. Затем казуистским решением коммунистов отодвинули от наблюдения за выборами. А они в регионе самые компетентные партийные наблюдатели.

Протест сполз к кандидату от ЛДПР Андрею Андрейченко, не набравшему даже 10% в первом сентябрьском туре. Остальные кандидаты не заинтересовались.

Независимая общественность требовала привлечения к ответственности организаторов и исполнителей сентябрьских фальсификаций и дыры в бюджете в 300 млн руб. Власть отмалчивалась, а энергия гражданского общества материализовалась в движении «Право на выбор» со своей платформой для наблюдения и оценки голосов. Количество зарегистрировавшихся участников позволило бы с лихвой покрыть 1311 стационарных избирательных участков края неподконтрольными наблюдателями. Но и здесь ни власть, ни якобы независимые кандидаты не проявили интереса. Лишь штаб Кожемяко поиграл в гражданское общество, выдав 21 направление на избирательные участки наблюдателям от движения «Голос».

Столь «эффективная» кампания дала свой результат – Кожемяко победил в первом туре повторных выборов. Но были ли побеждены протестные настроения?

Явка на выборах побила рекорд. В новейшей истории Приморья такое количество избирателей еще не выходило голосовать за губернатора. Это можно объяснить и административным ресурсом, и возросшей ответственностью граждан за будущее, и протестной фрустрацией. Перед выборами ползли слухи об обеспечении явки и «правильного голосования» командными методами среди силовиков и военных. Но спрос со стороны гражданского общества на защиту своего выбора существует, и он никуда не исчезнет.

Протест не исчез, и об этом свидетельствуют результаты как ранее малоизвестного Ищенко, так и его сменщика Андрейченко. И как бы ни убеждали московские политтехнологи всех мастей, заполонившие Владивосток этой осенью, в «сговоре элит» – дальневосточный избиратель самостоятельно скрутит фигу в кармане.

Результаты голосования разделились на три группы. Протестная – это про вечно недовольный Владивосток, которому всегда мало. Апатичная – это депрессивный Партизанск или Дальнегорск, где люди живут по привычке. Аномальная – Спасск, где сами жители удивлены результатами голосования. На аномалии голосования на участках, где отсутствовали наблюдатели, указывают активисты «Голоса» – и общество активно обсуждает эти результаты, ставит под сомнение легитимность выборов, поднимает вопрос об ответственности фальсификаторов, неэффективности наблюдателей от провластной Общественной палаты, о чем говорили и в сентябре. После этих выборов запрос на участие независимых наблюдателей еще больше вырастет.

Следующие годы в Приморье будут нелегкими для новой краевой власти. Избиратели будут пристально следить за выполнением щедро розданных властью обещаний. Протестная осень сплотила гражданское общество и вдохновила на действие. Оказалось, что можно проголосовать против кандидата Кремля – и протест заметят. Оказалось, что кроме кнута в виде подмосковного ОМОНа в 2008 г. у государства для Приморья в запасе еще и «федеральный пряник». Но мы показали, что не мосты, океанариумы, порто-франко или не поддающиеся освоению гектары удерживают нас в этом важном аппендиксе страны – мы живем здесь по своему свободному выбору, а раз так, то и то, как нам жить, выбирать нам.

Автор – предприниматель, Владивосток

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more