Сколько стоит судебная реформа

Экономист Дмитрий Скугаревский о судебной системе как механизме перераспределения частной собственности
Максим Стулов / Ведомости

Российские деловые круги и ответственные за экономический рост власти представляют идеальную судебную систему одинаково. Для них это площадка, где справедливо разрешаются гражданские и административные споры, а производство по уголовным делам идет с соблюдением всех процессуальных гарантий. Система своими решениями вырабатывает правила игры, исключает возможность внесудебного давления и поэтому пользуется уважением и доверием. Надежные, быстрые и предсказуемые решения судей обеспечивают защиту прав собственности. В экономику благодаря этому приходят длинные деньги инвесторов, убежденных, что они найдут защиту у объективного и непредвзятого арбитра в случае конфликта.

Эта линия аргументации используется властью и бизнесом так часто, что уже стала аксиомой. Но давайте подвергнем ее сомнению. Так ли важна судебная система для экономического роста? Если общество, бизнес и власти объединяет желание роста реальных доходов, почему мы еще не провели все возможные структурные реформы судебной системы, чтобы приблизить ее к идеальной модели?

На первый, наивный, взгляд мы и так близки к идеальной модели: российские арбитражные суды – одни из самых быстрых и в то же время специализированных, согласно сравнительному исследованию ОЭСР. Из международных сопоставлений можно сделать вывод, что ваш вопрос рассмотрит судья-профессионал в сжатые сроки.

С другой стороны, в России крайне много гражданских исков. Но основной источник этих исков не граждане-сутяжники, а само государство, которое использует суды не для разрешения спора, а в административных целях, т. е. чтобы принять решение. Суды общей юрисдикции удовлетворяют более 95% исков по гражданским и административным делам. В арбитражных судах долгое время споры, связанные с уплатой малых страховых взносов в ПФР, были частой категорией дел.

При грамотно настроенной системе госуправления большинство решений должна принимать исполнительная, а не судебная власть. Именно увеличение дискреции исполнительной власти позволит разгрузить суды. Сегодня цена быстроты российских судов – неимоверная нагрузка на судей и, следовательно, гораздо меньшее время, уделяемое каждому делу.

Получается, что, просто ускорив время рассмотрения дел в судах, экономического роста не достичь. Тогда стоит остановиться и спросить себя: какова цена вопроса? Может быть, судебная система на деле не столь значимый фактор для деловой жизни, как это кажется, а болезненные реформы не нужны?

На этот вопрос можно ответить с уверенностью. За 2018 г. арбитражные суды субъектов России рассмотрели дела, где сумма заявленных требований составляла 5884 млрд руб. Конечно, это достаточно смещенный показатель: например, в одном деле о взыскании компенсации за нарушение права на товарный знак истец заявил требования в размере 61 трлн руб. Поэтому лучше смотреть на взыскания. За тот же 2018 год суды приняли решения о взыскании с участников споров 1969 млрд руб. Это 2% ВВП, или 5% расходов консолидированного бюджета страны за тот же год.

Не каждое из принятых решений исполнимо (см. «Взыскательное государство», «Ведомости» от 19.04.2017), но получается, что каждый 50-й рубль добавленной стоимости, произведенной в стране за год, влечет за собой гражданский или административный спор. Можно сказать и по-другому: арбитражные суды своими решениями перераспределяют 2% ВВП в год.

Понимание судебной системы как механизма перераспределения заставляет по-другому посмотреть на идеальный суд. Много ли это – 2% ВВП в год? Судебный процесс – это игра с нулевой суммой, где побеждает один и проигрывает другой, или от каждого решения есть позитивные экстерналии для общества?

Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге исследовал исходы всех небанкротных арбитражных дел, завершенных в 2018 г., где был один истец и один ответчик. Мы посмотрели, как судебная система перераспределяла взысканные в таких спорах 820 млрд руб.

Львиная доля взысканий касалась споров между истцами – частными организациями, нацеленными на извлечение прибыли, и такими же ответчиками (533 млрд руб. взыскано). Второй по размеру взысканий стала ситуация, когда частная компания – истец успешно взыскивает с организации муниципальной формы собственности (60 млрд руб. за 2018 г.). Организации в федеральной собственности (в основном органы исполнительной власти этого уровня) взыскали с частных компаний 55 млрд руб., а наоборот – 20 млрд руб. Для сравнения: в 2013 г. пропорция была 23 млрд к 14 млрд руб. соответственно.

Идеальный тип судебной системы, транслируемый властями-реформаторами, требует уточнения. Российские арбитражные суды важны для экономики, перераспределяя 2% ВВП каждый год. Но лишь 65% суммы взысканного в специализированных экономических судах связано со спорами двух частных организаций. Недостаточно мечтать о судебной системе, которая даст непредвзятых арбитров для коммерческих споров. Следует думать и о ситуациях, когда в экономическом споре появляется публичный интерес.

В фокусе Общероссийского гражданского форума (пройдет в субботу) – уголовное судопроизводство, касающееся лишь около 4% дел, рассмотренных судами страны. Но именно уголовная политика сейчас определяет роль и место публичного интереса в целом. Вы не увидите выкладок, говорящих, что, например, отмена СИЗО по ненасильственным преступлениям или расширение подсудности суда присяжных приведет к такому-то росту ВВП. Однако эффект от повышения стандартов доказывания, более критичного отношения к публичному интересу в одной отрасли права с неизбежностью распространится и на другие, в том числе изменив роль арбитражных судов в перераспределении частной собственности.

Автор — ассоциированный профессор ПАО «МТС» по эмпирико-правовым исследованиям Европейского университета в Санкт-Петербурге