Почему «Соловей» пошел под снос

Варианты спасения киноцентра были, но кроме местных жителей он оказался никому не нужен
На последнем сеансе в киноцентре «Соловей» зал был полон /Евгений Разумный / Ведомости

4 декабря в Москве начался снос легендарного киноцентра «Соловей», расположенного на Красной Пресне. На его месте будет построен очередной жилой комплекс, который, с моей точки зрения – если судить по тем рендерам, которые опубликовал РБК, – уж точно не станет архитектурной жемчужиной города.

Собственник объекта – АО «Киноцентр». Его владельцы стали известны только в самый последний момент. Ими оказались бывшие акционеры небольшого банка «Хованский» Вадим и Эдуард Меркины. Несколько лет назад они продали «Хованский» чешскому J&T Bank и начали искать покупателя на «Соловья». Но в итоге, не договорившись с крупными девелоперами и заручившись поддержкой Промсвязьбанка, решили строить сами.

Больше года жители района и их неравнодушные соседи пытались остановить уничтожение крупнейшего в России и Восточной Европе кинотеатра. Но протесты, петиция на Change.org (а ее подписали больше 100 000 человек) и личные обращения деятелей культуры, архитекторов и политиков к властям города и владельцам здания не помогли. Собственники «Соловья» даже не стали ждать ответа от мэра Москвы Сергея Собянина, которого режиссер Никита Михалков лично попросил выкупить киноцентр, чтобы открыть там общемосковский дом творчества молодежи. Впрочем, возможно, что им-то ответ властей города как раз известен, просто никто не счел нужным сделать его публичным, довести до сведения общественности.

В этом мне и видится основная проблема взаимодействия между мэрией Москвы, инвестиционным сообществом и жителями. Инструменты, которые должны были помочь найти компромисс между интересами граждан и застройщиков, есть – например, публичные или общественные слушания. По факту же они не работают, поэтому предсказать судьбу того или иного объекта в городе невозможно. Почему жителям после многочисленных протестов удалось приостановить «реконструкцию» дома Булошникова на Большой Никитской улице, но зданию «Литературной газеты» в Костянском переулке в аналогичной же ситуации это не помогло? Почему собственник дома Черникова в Хамовниках заявил, что отказывается от его сноса, а владельцы «Соловья» – нет? Четких ответов на эти вопросы не существует.

А можно и нужно ли было сохранить киноцентр? Вадим Меркин необходимость сноса «Соловья» объяснял тем, что «противопожарная безопасность в здании была на нуле», и пугал повторением трагедии «Зимней вишни». Аргумент – бронебойный и надежный, однако в нем есть определенная доля лукавства. Все эти годы «Соловей» прекрасно работал и наверняка проходил все необходимые проверки, и что-то никто про безопасность граждан не вспоминал. У здания «Соловья» есть собственник, и он вправе делать с ним, что захочет, – еще один безапелляционный аргумент от сторонников сноса киноцентра. Истинная правда. Тем не менее вариант решения этой проблемы был. Пусть Москва не хочет тратить средства на выкуп киноцентра, 6 млрд руб., которые, по некоторым данным, хотели выручить за «Соловья» его собственники, сумма немалая, хотя для богатейшего российского региона подъемная. Но в некоторых случаях городские власти легко договариваются с собственниками участков и инвесторами о безденежном обмене. Так, владелец Магнитки Виктор Рашников, инвестировавший $160 млн в проект на месте гостиницы «Россия», после его отмены получил от города Renaissance на Олимпийском проспекте. Мэрия также может одобрить девелоперам проекты большей площади, если они передают часть своих участков под программу реновации. Почему нельзя было пойти этим же путем и не предоставить собственнику «Соловья» аналогичный по стоимости участок под строительство жилья? Просто кроме местных жителей киноцентр оказался никому не нужным. А инструментов влияния на город и инвестора у общественности, как я уже писал, нет.