Внешний привод дела Ивана Голунова

Дело против полицейских развивается скачкообразно, но заявления потерпевшего и его защиты остаются без ответа
Уголовное дело против полицейских, подбросивших наркотики журналисту Ивану Голунову (на фото), развивается скачкообразно /Евгений Фельдман для Ведомостей

Уголовное дело против полицейских, подбросивших наркотики журналисту Ивану Голунову, развивается скачкообразно. 29 января в нем наконец появились фигуранты, которым будет предъявлено обвинение сразу по трем статьям Уголовного кодекса (УК). Но движущая сила громкого дела остается за кадром: на обращения самого Голунова органы если и реагируют, то отписками или молчанием, а сам он узнает о подвижках из прессы.

29 января Следственный комитет сообщил о задержании фигурантов дела о подброшенных наркотиках, по которому Голунов был признан потерпевшим только в январе 2020 г., – это пять бывших сотрудников УВД по ЗАО Москвы. Еще одна новость – обвинение им, похоже, будет предъявлено не только в превышении должностных полномочий (ст. 286 УК), но и в фальсификации доказательств (ст. 303 УК) и хранении наркотиков (ст. 228 УК). Следствие полагает, что полицейские «подложили наркотические средства» в рюкзак Голунова и его квартиру, «фальсифицировав таким образом результаты оперативно-розыскной деятельности» «с целью незаконного привлечения Голунова к уголовной ответственности», причем подброшенные наркотики «ранее были незаконно приобретены полицейскими и также незаконно хранились и перевозились». Незаконное хранение наркотиков – стартовая статья для этого дела, именно это обвинение было в июне 2019 г. предъявлено Голунову, журналист же заявлял, что наркотики ему подбросили.

О появлении в деле фигурантов и расширении перечня статей Голунов, по его словам, узнал из новостей, хотя в последнее время он регулярно встречается со следователями. Такая заочная коммуникация следствия с потерпевшим стала уже привычной: о возбуждении дела против полицейских Голунов также узнал не от следователя, а от Владимира Путина, заявившего об этом на пресс-конференции в декабре 2019 г. Дело было возбуждено за день до нее и спустя 190 дней после того, как обвинение было снято с самого журналиста. Что на этот раз стало импульсом к новому продвижению – непонятно, но не похоже, чтобы это была прямая реакция на усилия Голунова и его защиты по ускорению процесса реабилитации журналиста и наказания виновных в фальсификации его дела. Раньше жалобу Голунова на отказ возбудить дело против полицейских ФСБ спустила в Генпрокуратуру, ничего неизвестно о реакции генпрокурора Игоря Краснова на обращение Голунова с требованием принести ему, как требует закон, письменные извинения от лица государства за незаконное преследование – установленный срок в 30 дней правоохранители пропустили. Попытки добиться от государства восстановления законности и доброго имени становятся для жертв произвола отдельным испытанием на прочность – фактически специфическим наказанием для невиновных.